Окно с видом на счастье - Наталья Игоревна Соснина

— А сейчас?

— А сейчас не знаю, Лёш, что думать, — грустно ответил Корольков. — Всяко думал, за эти годы-то… Может, и получилось бы что-то, если бы ума хватило хоть рассказать кому-то, посоветоваться. Но что ты! Я же сам все развести должен был! И медицину я бросить на полпути не мог, с седьмого класса к этому шел. Дилемма вышла, и я ее решил… Придурок.

— Но ты хоть с ней объяснился? — с волнением спросил Лёша.

— Нет, конечно! Утром она спала, приболела как раз, и я ей всю ночь температуру сбивал. А потом ушел. Она спала, представляешь, не ожидала, наверно, ничего плохого, а я взял и ушел.

— Ну ты даешь! Не думал, что ты на такое способен, поговорить-то можно было с человеком, — поразился Лёша.

— Да! — как будто бравируя, воскликнул Корольков. — Подонок я, Лёш, вот что я тебе скажу. Наливай.

Мужики снова выпили, а бармен, заинтригованный столь пикантной историей, продолжал потихоньку натирать и без того прозрачные, словно слеза, фужеры.

— А сегодня, — продолжал изливать душу Корольков, — замылся, захожу в ординаторскую. Слышу, Светка — надо ж было именно ей трубку схватить! Сейчас вся больница обсуждать будет, что мне какая-то дама аж в ординаторскую звонила! — говорит кому-то: мол, а вот и он, подождите…

— А чего обсуждать-то? — не понял Алексей. — Ну мало ли нам пациенток звонит или родня какая…

— Да ты б мою рожу видел, Лёша, — возразил Корольков. — Когда я понял, что это Катя. Стою, как дурак, с этой трубкой, и не уйдешь никуда, телефон стационарный. За свои деньги, блин, куплю трубку нормальную! — в сердцах добавил он. — И девки все выпялились на меня, и такое, знаешь, молчание повисло в воздухе, они, по-моему, аж дыхание затаили.

— Н-да, представляю… — согласился Румянцев, который не понаслышке знал, насколько любопытны бывают их коллеги, особенно дамы.

— Ну и я что? — вздохнул Корольков. — Хрю да му… Что-то случилось, мол, Катя? А она: и да, и нет, Саша. И смеется. А потом записку мою, двадцать три года назад написанную, процитировала. Слово в слово, Лёш. По-латыни.

— Слушай, Сань, — неожиданно перебил его Алексей. — А у тебя фотка ее есть?

— Да ну, откуда? — удивился Саша.

— Блин, ну в сетях-то есть?

Корольков дико посмотрел на друга:

— Лёш, ты что? Меня нет в сетях…

— Но она-то, наверное, есть? — не отставал тот.

— Так откуда ж я знаю? Я туда не хожу. Когда мне? — упорствовал Саша.

— Даже в «Одноклассниках»? — недоверчиво спросил Алексей.

— Да нет, конечно! — воскликнул Корольков и подозрительно продолжил: — Ты, что ли, там есть?

— Ну есть… — смущенно признался доцент Румянцев. — Захожу иногда, с пацанами из Верх-Тулы поболтать, с которыми в школе учился. Меня Серёжка с Димкой зарегистрировали.

— Ну ты даешь, Лёша! — то ли с возмущением, то ли восхищенно воскликнул Саша. — Тут помереть в спокойной обстановке и то некогда, а он в «Одноклассники» ходит…

— Да я редко, Сань, — начал оправдываться доцент Румянцев. — Так, может, в выходные…

— Ну и что мне твои сети? — перебил его Корольков.

— Ну как что? — Лёша потянулся за своим телефоном. — Сейчас мы ее найдем и посмотрим. Ты ж не против?

— Ты что! — завопил Корольков. — Не надо!

— Что ты орешь, Сань? — успокоил его друг. — Мы анонимно. Не ссы.

Тот снова ошеломленно взглянул на Румянцева:

— А что, так можно?

— Сань, ну ты че такой темный-то? Девок молодых… это самое, а в сетях не бываешь! А вот твоя эта, как ее? Жизель?

— Сам ты Жизель! — возмутился Саша. — Совсем уже!

— Спросит, — невозмутимо продолжал Алексей. — Ах, котик, а что ты сегодня в сториз выложил? А ты чего будешь отвечать? Что такое сториз? Так она тебя сразу на три буквы отправит, пня старого!

— Да пошел ты! — в сердцах воскликнул Саша, вмиг почувствовав себя и вправду каким-то пеньком, а про себя, однако, подумав: «А ведь Лёха прав! Хватит уже, наверное, с молодыми мутить… И вообще, не превратиться бы в этакого стареющего мальчика в красных кроссовках!» и добавил: — Делать мне нехрена, по «Одноклассникам» шариться.

— Саня, я тебя, может, огорчу сейчас, — засмеялся Лёша. — Но по «Одноклассникам» шарятся как раз такие старые пни, как мы с тобой. Твои Жизели сидят в других сетях, чтоб ты понимал.

— Короче, Лёх, — перевел стрелки Корольков. — Хватит трындеть. Смотрим или нет?

— Давай, — скомандовал Румянцев. — Фамилия какая у нее?

— А точно не видно, кто смотрит? — с опаской уточнил Саша.

— Сань, ну ты че, прикалываешься? — снова удивленно воскликнул Леша. — Ну ты реально, что ли, не был