Пышка. Накормлю тебя нежно - Авелина Атталь

Когда он скрылся за углом, Станислав Андреевич повернулся ко мне, и в его глазах всё ещё было раздражение, но теперь к нему примешивалось что-то легкое любопытство.

— Лида, — сказал он тихо, — я хотел спросить вас… — он замолчал, потом покачал головой. — Нет. Не здесь… Не так.

— А как?.. — спросила я, и мой голос прозвучал громче, чем я хотела.

— Вы когда-нибудь были в ресторане «Аврора»? — спросил он вдруг.

— В «Авроре»? — я моргнула. — Это тот, на набережной? С панорамными окнами?

— Да, — сказал он. — Там очень хорошая кухня и вид. Я подумал… — он запнулся, и это было так не похоже на него, на всегда уверенного, собранного Станислава Андреевича Ковалёва, — если вы не против, может быть, мы могли бы… поужинать там вместе. Сегодня вечером.

Я смотрела на него, и в моей голове было так тихо, будто все мысли разом куда-то исчезли.

— Вы приглашаете меня на свидание? — спросила я, и это прозвучало глупо, но я не могла поверить.

— Я приглашаю вас на ужин, — сказал он, и уголки его губ дрогнули. — Называйте это как хотите.

— А как же… — я запнулась, — субординация? Сплетни? Всё, о чём вы говорили?

— Лида, я хочу пригласить вас на ужин. И имею право это сделать. Не как начальник, разумеется... Как мужчина, которому очень нравится женщина, которая готовит лучшие супы в мире.

Я стояла, и в ушах у меня звенело, и я чувствовала, как улыбка расползается по лицу, и ничего не могла с этим сделать.

— Хорошо, — сказала я. — Я согласна.

Он выдохнул, и в этом выдохе было столько облегчения, что я поняла: он правда боялся, что я откажусь.

— В семь? — спросил он.

— В семь, — кивнула я.

Он улыбнулся и ушёл в кабинет, а я осталась стоять в коридоре с букетом петрушки в руках и с ощущением, что земля под моими ногами стала немного мягче.

Весь день я не могла работать. Я смотрела на часы каждые пять минут, перечитывала записки, которые он мне писал, и представляла, какой это будет ужин в «Авроре», с панорамными окнами и видом на реку.

Я представляла, как он смотрит на меня через стол, как мы разговариваем, как он улыбается, и от этих мыслей у меня внутри всё переворачивалось.

Витя больше не появлялся в нашем отделе. Оля сказала, что видела его в серверной, он сидел там с наушниками и что-то чинил, и я почувствовала укол вины.

Но решила, что поговорю с ним завтра.

Сегодня был мой вечер.

Наш вечер…

Домой я пришла в пять тридцать, и едва успела собраться. Я открыла шкаф и долго смотрела на свою одежду, не зная, что надеть. В конце концов остановилась на платье — тёмно-синем, с открытыми плечами и мягкой юбкой, — которое я купила год назад и ни разу не надевала, потому что не было повода.

Теперь повод был.

Я накрасилась — не слишком сильно, но достаточно, чтобы подчеркнуть глаза и губы, — и уложила волосы так, чтобы кудри падали на плечи мягкими волнами. Посмотрела в зеркало и подумала, что, может быть, я не так уж плохо выгляжу. Может быть, я даже красивая, несмотря на размер плюс плюс сайз.

Может быть, он увидит меня и поймёт, что не ошибся.

В «Аврору» я приехала без пяти семь. Ресторан был на последнем этаже высотки на набережной, и оттуда открывался вид на реку, на мосты, на огни города. Я вошла в холл и сразу увидела его. Он стоял у окна, в тёмном костюме и белой рубашке без галстука, и смотрел на воду, и в его позе было столько благородства и некоторой тайны, что мое сердце забилось быстрее.

Он обернулся, увидел меня, и его лицо изменилось. Стало мягче, что ли. Или … счастливее?..

— Лида, — сказал он, подходя, и его голос был низким и тёплым. — Вы… — он запнулся, и я увидела, как он смотрит на меня, как будто видит впервые. — Вы