Жена Дракона: Хозяйка дворца - Су Вань

Мастер Цин наблюдал за этими изменениями с тихим одобрением. "Твое тело смертно, но твой дух… он оказался более сильным, чем у многих," – сказал он однажды, его глаза-небо смотрели прямо на нее. – "Линци принимает тебя. Это хороший знак."

Он также иногда делился крупицами мудрости или историями, не связанными напрямую со сферами. Они были подобны дзенским коанам, короткими, многозначительными. Например: "Великий Дракон не нуждается в золоте, но золото стекается к нему. Почему?" Или "Самая прочная связь – та, что невидима." Или "У каждой тени есть свой источник света." Шао размышляла над этими словами, пытаясь найти в них смысл, относящийся к ее собственной ситуации.

Она спрашивала его о Владыке, но Мастер Цин был осторожен в ответах. "Владыка – это Царство Дракона, и Царство Дракона – это Владыка," – говорил он. – "Он древнее, чем память, и могущественнее, чем можно представить. Его воля – это закон. Его мотивы… непостижимы для смертного разума. Даже для бессмертного, не достигшего определенного уровня."

О других Женах он тоже говорил мало, лишь подтверждая их существование. "Они живут в своих павильонах," – отвечал он. – "У каждой свой путь в этом Дворце. Некоторые ищут власти, другие – покоя, третьи… чего-то еще. Не все они из мира смертных."

Это было интересно. Не все из мира смертных? Значит, Владыка берет в жены не только смертных принцесс? Это намекало на более сложную систему приношений или браков, чем та, что была известна в Земном Царстве. Возможно, Госпожа Лань Инь была примером такой "не-смертной" жены или спутницы.

Шао избегала встречи с Госпожой Лань Инь, насколько это было возможно. Но однажды, когда она возвращалась из Библиотеки, она снова столкнулась с ней. Лань Инь шла по широкому коридору в окружении своей свиты, ее роскошные одежды шелестели, а аура холодной надменности ощущалась на расстоянии.

Она остановилась, едва заметив Шао. Ее взгляд скользнул по Шао, затем задержался на ее глазах. В них, видимо, уже отражалось что-то новое – ясность, спокойствие, возможно, легкое свечение линци.

"Ты проводишь много времени в Библиотеке, я слышала," – произнесла Лань Инь. В ее голосе не было насмешки, как в прошлый раз, но появилась нотка… подозрительности. – "Учение – похвальное занятие. Но не стоит забывать о главном. Владыка ценит не только ум, но и… другие качества."

Она не уточнила, какие именно качества, но смысл был ясен. Красота? Покорность? Или что-то еще, чего Шао еще не понимала.

"Я следую велению Владыки," – ответила Шао, стараясь сохранить спокойствие. "Он велел мне учиться."

Лань Инь слегка прищурилась. "Приказ – это одно. Истинное желание – другое. Смотри, чтобы твоя ученость не сделала тебя… неинтересной." Она снова окинула Шао оценивающим взглядом, словно пытаясь найти изъян. "Дворец велик, Избранная. В нем легко потеряться. И легко забыться."

С этими словами она продолжила свой путь, оставляя за собой шлейф холодного аромата.

Эта встреча, хоть и короткая, напомнила Шао о подводных камнях этого мира. Знания давали ей опору, но не делали ее неуязвимой. Были другие силы, другие обитатели со своими интересами и амбициями. И все они так или иначе вращались вокруг центральной фигуры – Владыки Дракона.

Шао вернулась в свои покои, размышляя над словами Лань Инь и Мастера Цина. Учение – это путь. Но куда этот путь ведет? Делает ли он ее ближе к Владыке, как намекала Лань Инь, или отдаляет, делая "неинтересной"?

Она посмотрела на нефритовый кулон, который взяла с собой из Земного Царства – единственную вещь, связывающую ее с прошлой жизнью. Он казался тусклым и обыденным по сравнению со всем, что ее окружало. Но он был ее.

В тот "вечер" она попросила Духов-служанок принести ей цинь – музыкальный инструмент, на котором она училась играть в Земном Царстве. Дух Ручья принесла инструмент, вырезанный из нефрита и инкрустированный золотом – очевидно, не ее старый, а новый, местный.

Шао села у окна-террасы и положила руки на струны. Нефритовый цинь ощущался иначе, чем деревянный. Струны вибрировали, отзываясь не только звуком, но и потоками линци. Она начала играть мелодию из Земного Царства – грустную песню о разлуке и тоске по дому.

Музыка, исполненная на инструменте из Царства Дракона, наполненная линци, звучала невероятно чисто и пронзительно. Она разносилась по покоям, выплескиваясь наружу, в облачное море. В этой музыке Шао выразила всю свою боль, одиночество и решимость.

Она играла долго, пока пальцы не устали. Когда она остановилась, тишина во Дворце показалась еще более глубокой. Духи-служанки стояли у двери, их безэмоциональные лица были обращены к ней.

Внезапно, Шао почувствовала что-то. Легкое, едва уловимое изменение в потоках линци за пределами ее покоев. Словно что-то огромное и древнее на мгновение замерло, прислушиваясь.

Это могло быть ее воображение, или просто естественный ритм энергии. Но ей показалось… показалось, что кто-то слышал ее музыку. Кто-то, кто находился высоко, среди золотых башен, в самом сердце Дворца.

Владыка Дракон.

Чувство было мимолетным, но оно оставило в душе Шао легкий трепет. Учение давало ей знания. Линци меняла ее тело. Музыка, возможно, могла стать способом выразить себя. И, может быть, даже достичь того, чье внимание было столь непредсказуемо.

Она была Женой Дракона, пленницей в золотой клетке. Но клетка была огромна, а знания – безграничны. И у нее появился путь. Путь познания и, возможно, обретения силы, которая позволит ей не просто выжить, но и понять свое предназначение в этом невероятном мире.

Время во Дворце Дракона продолжало течь своим незримым, плавным потоком. Для Принцессы Шао каждый "день" был посвящен учебе в Великой Библиотеке. Под руководством Мастера Цина она погружалась во все более глубокие и сложные сферы знаний. Она изучила тонкости циркуляции линци не только в мире, но и внутри живых существ. Узнала о меридианах и энергетических центрах, о том, как направлять потоки энергии по телу. Эти знания излагались в сферах как фундаментальные принципы существования, доступные для понимания, но требующие практики для освоения.

Мастер Цин, видя ее усердие и растущую восприимчивость к линци, начал давать ей более конкретные наставления. "Знание без применения подобно воде в закрытом сосуде," – говорил он своим тихим, мудрым голосом. – "Ты вдыхаешь линци, ты поглощаешь ее с пищей, она омывает тебя. Пришло время научиться чувствовать ее *внутри* себя. Начни с малого. Найди ее