Позолоченная месть - Лисса Мия Смит

Эмми принялась накладывать себе еще оленины. По крайней мере, когда Джек ее выгонит, не придется уходить с пустым желудком.

– Знаете, чей бал открывает сезон каждый год? – Джек дождался, пока Эмми поднимет на него взгляд. – Виндзоров.

Мясо у нее во рту утратило всякий вкус. Тетя и дядя Грейс.

– Я уже позаботился о наших новых личностях. Теперь нам нужны новые лица. – Джек положил перед Эмми ту самую монету – реликвию. Вблизи стало видно, что она крупнее четвертака и вся покрыта серебряными и золотыми завитками, будто два металла не захотели образовывать сплав.

– Не трогай, – прошипел Калеб, когда Эмми потянулась к монете. – Она проклята.

Джек закатил глаза:

– Роуз первая тебе сказала бы, что никаких проклятий не существует.

– Да, но эта штука разрушила ее жизнь!

Откинув со лба темные волосы, Джек повернулся к Эмми.

– Моя сестра – как и мать – умела заглядывать в будущее. Но видения были короткими и довольно абстрактными. Роуз это не устраивало, и она много лет провела среди пыльных гримуаров, чтобы найти способ притягивать побольше мглы. Для изготовления реликвий, как правило, используется кость покойного члена семьи – если точнее, конкретный фрагмент грудины. Но для этой реликвии Роуз нашла… другую кость. И ее видения стали намного отчетливее.

– «Другую кость»? – фыркнул Калеб. – Она осквернила могилу ведьмы, жившей несколько столетий назад!

Джимми едва сдержал улыбку:

– Я думал, нам нельзя произносить слово «ведьма».

Видения будущего. Кости покойных родственников. Эмми хотелось бы отвергнуть все хоть как-то связанное с Обществом, но любопытство было сильнее.

– Она позаимствовала кость давным-давно скончавшейся чародейки, обладавшей даром усиливать искусство других. – Джек пожал плечами. – Ты же сам помог раскопать могилу.

– Потому что был уверен, что эта идея не сработает. – Калеб сжал губы и покосился на Эмми. – В тот единственный раз, когда Роуз использовала эту реликвию, она нарисовала, как именно мы умрем. В пугающих подробностях.

Эмми резко повернулась к Джимми:

– Ты видел собственную смерть?

– Нет-нет, – поспешно ответил он. – Меня она не рисовала, мы были не настолько близко знакомы.

Джек пожал плечами.

– Это полезная информация, – сказал он. – Я точно знал, что не умру в Гримсбейне.

– И теперь ты разрабатываешь хитроумный план, который вновь подвергнет тебя опасности.

– Калеб…

– Если ты твердо намерен заручиться ее помощью, она должна узнать правду. – Калеб уставился на Эмми в упор. – Оливер Страттон вонзит нож в горло Джека.

– Хватит, Калеб.

– И с учетом того, как молодо они оба выглядят на рисунке, это случится скоро. Очень скоро.

Джек закатил глаза:

– Видения Роуз не всегда сбывались.

– Назови хоть одно такое.

– Как насчет всех тех красоток? – Он усмехнулся. – Я их еще не целовал.

Юный ловелас. Ничего удивительного.

Калеб повернулся к Эмми:

– Если ты откажешься помогать, ему придется бросить свою безумную затею.

– Если она откажется, я отправлюсь к Оливеру в том самом виде, как на рисунке. – Джек плеснул себе еще вина. – Пусть Эмми изменит мою внешность, раз уж ты так волнуешься.

– Это уже четвертый бокал. Ты себя в могилу сведешь.

– А, так теперь ты сомневаешься в видениях Роуз? – Джек насмешливо салютовал ему бокалом, а Джимми отправил в рот еще кусочек мяса, чтобы скрыть улыбку.

Калеб вскочил на ноги.

– Роуз это не понравилось бы. Твоя жизнь важнее, чем месть за ее смерть.

– Нет ничего важнее возмездия. Ничего. – На его лице вдруг мелькнула такая острая боль, что Эмми невольно вздрогнула.

Так у Джека Фонтейна все же было сердце. И оно страдало из-за потери сестры.

Была ли ее смерть как-то связана с его арестом? И при чем здесь Грейс? Эмми изнывала от желания спросить, но знала, что Джек не ответит, пока не заручится ее поддержкой.

– С меня довольно. – Яростно сложив салфетку – Эмми и не думала, что такое возможно, – Калеб быстрым шагом вышел из столовой.

– Это все Роуз. Он до сих пор не может о ней говорить. – Негромко вздохнув, Джимми поднялся. – Ты знаешь, что я тебе доверяю, Фонтейн, но это совершенно фантастический замысел. Даже по твоим меркам.

– И ты, Ли? – В улыбке, скользнувшей по губам Джека, было что-то пугающее. – Разве ты не хочешь, чтобы Эмми восстановила свое доброе имя и не была вынуждена скрываться до конца жизни?

– Я хочу, чтобы вы оба восстановили свое доброе имя, но это слишком опасно.

– А если Эмми решит нам помочь?

Эмми прикусила язык. Ни один из них даже не смотрел на нее.

– Я пойду туда же, куда и она. – Джимми пожал плечами, будто не сказал ничего особенного. – Я многим обязан ее отцу. Да и тебе самой тоже, Эмс. Мы одна семья.

Он говорил совершенно искренне. Для Джимми, который выбивался из сил, чтобы отправлять деньги на родину, не было ничего важнее семьи. Даже если он был наживкой, с помощью которой Джек заманил ее в Мистфилд, Эмми все равно была рада, что он здесь.

Джек смерил их обоих настороженным взглядом.

– Я понял.

Когда за Джимми закрылась дверь, Эмми поерзала на месте. Дома ей не раз доводилось оставаться наедине с каким-нибудь парнем – и в подвале для угля, и в квартире в ожидании папы. Но в компании Джека ей было неуютно. И неудивительно. Он был из тех, кто любил подшутить над отчаявшимися людьми – например, над ней в Гримсбейне.

К счастью, Джек не попытался с ней заговорить. Вместо этого он схватил тарелки Калеба и Джимми и поделил оставшееся мясо между собой и Эмми. Она последовала его примеру и отложила столовые приборы. Зверский аппетит пересилил хорошие манеры.

Когда от еды не осталось ни кусочка, Эмми отодвинула тарелку.

– Мои силы играют в твоем плане ключевую роль. – «А я их лишилась», – чуть было не добавила она.

Джек вытер рот салфеткой.

– Дай мне руку.

Эмми не шелохнулась.

– Я не кусаюсь. В отличие от тебя, – добавил он, и его глаза сверкнули. – Давай. Я хочу кое-что показать.

С недоверием глядя на него, она тем не менее протянула руку через стол. Джек положил реликвию ей на ладонь и сомкнул ее пальцы, накрыв их своими.

Эмми ахнула от того, какой теплой оказалась его рука, но не успела отстраниться, как вдруг что-то… ощутила.

Она замерла не дыша.

То самое прохладное неземное дуновение. Воздух будто стал тяжелее. Но когда Эмми потянулась к