Гостеприимство Аркедорума - Артем Бах

Аня также узнала больше о так называемых «осквернённых Первородным». Как оказалось, наш «дар» уже неоднократно встречался среди последователей Первого Бога, и все его носители со временем либо сходили с ума, либо пропадали без вести. Как, впрочем, и те, кто пытался проникнуть в Запечатанный город. В общем, наша авантюра не внушала уверенности в завтрашнем дне, и мы неоднократно думали о том, чтобы её бросить. Я неоднократно думал.

Чумной Доктор пока оставался для меня загадкой, и я не знал, тянет ли его обратно в родной мир или нет. Он довольно нелюдимый, а об отце отзывался крайне нелестно, но мне кажется, Тимур хочет найти способ вернуться назад не ради себя, а ради Ани: девушка скучала по своим родителям, по друзьям, родным и по другим близким. Я же… Я хотел найти дорогу домой, но с каждым днём находил в Аркедоруме что-то, что не хотел отпускать. Здесь есть много интересных людей, здесь… Здесь есть Азрия, и она ни за что не покинет этот мир. В конце концов, здесь я чувствую себя по-настоящему живым, чувствую себя нужным. Я борюсь с опасностями, с несправедливостью, защищаю и спасаю нуждающихся! Ну и дров я наламываю прилично, но это пока! Со временем я наверняка стану настоящим героем!

Так я думал, и так мне хотелось думать впредь. Но и на Земле оставались люди, которыми я дорожу. На Земле всё ещё жила частичка меня, которую я тоже не хочу отпускать. Начать новую жизнь в совершенно другом, полным приключений мире — это увлекательно, это весело, если, конечно, опустить переломанные руки, травмы головы, постоянные пляски со смертью и тот факт, что я до сих пор жив лишь благодаря чуду. И благодаря моим друзьям. Но выбирать между двумя мирами — это грустно, очень и очень грустно. А потому я решил, что моя цель — не выбирать вовсе! Я хочу научиться путешествовать между мирами, чтобы принадлежать им обоим, чтобы считать своим домом оба мира. Вот только Смотрителю Грани знать об этом совершенно ни к чему.

— Триста девяносто три, триста девяносто четыре, триста девяносто… — я продолжал считать отжимания, тренируясь как умалишённый. Третий подход подряд несколько затянулся.

Благодаря силе Оркара, которая позволила мне обойти обычные для человека физические ограничения, и благодаря учению Бун, позволившему мне правильно рассчитывать силу и держать её под контролем, я смог крайне эффективно и быстро развить своё тело, но каждая тренировка изматывала меня донельзя.

— Триста девяносто девять… Четыреста!

От усталости я рухнул на землю, ощутив лицом приятную снежную прохладу.

— Ты себе продыху совсем не даёшь, — в нескольких метрах от меня раздался голос Тимура. — Если бы твоя физиология соответствовала моим познаниям в человеческой анатомии, а мы не имели бы доступа к целительной магии, я бы настоятельно тебе рекомендовал меньше тренироваться и больше лениться.

— Я всю жизнь ленился, — ответил я, продолжая лежать, уткнувшись лицом в снег. — Вот только, если не проявлю упорство теперь и окажусь недостаточно сильным, кто-нибудь из нас может умереть.

Я снова не заметил, как Чумной Доктор приблизился. Интересно, он научился так бесшумно перемещаться, пока его разыскивала стража в Гальтоне, или же ещё раньше?

— В общем-то, я не нотации пришёл читать, — Тимур с виноватым видом потёр затылок. — Хайхиль привёл очередного иномирца. Говорил, что тот всю дорогу пытался дьявола вызвать или кого пострашнее.

— А оказалось? — поинтересовался я, с трудом перевалившись на спину и посмотрев на своего друга. Наедине со мной, Аней и Азрией он практически никогда не носил маску.

— Да на немецком просто говорил. Аня использовала на нём заклинание понимания языков, и тот смог рассказать свою историю. Около месяца назад его призвали искатели приключений, чтобы он тащил на себе их вещи, вот только этих искателей перебили лесные эльфы, а на безоружного и до смерти перепуганного иномирца пожалели стрел.

— И как он выживал в лесу целый месяц?

— Его подобрали две друидки, от которых он сбежал лишь недавно. Группа Хайхиля его отыскала в паре дней пути от таверны побитого и всего покрытого царапинами, особенно в области спины. Сейчас этот иномирец вводит в краску Аню и Кристину своими историями, рассказывая о том, какие «ужасы» с ним творили эти друидки.

— Вот неблагодарный, — усмехнулся я.

— Ага, — кивнул Тимур с серьёзным выражением лица.

Похоже, Лирия и Нилима всё также терроризируют людей в этих лесах. Немецкий язык не напугал сестёр, но они всё ещё могут проявлять агрессию к жителям Давитана, да и иномирцев похищают и удерживают силой. Надо будет как-то разрешить эту проблему.

— Погоди, ты сказал, что иномирец говорит на немецком? — спросил я, осознав, что упустил очень важную деталь. — А сколько ему лет?

— На вид около тридцати-тридцати пяти, — ответил Тимур. — А что?

— А то, что он отличается от всех, кого мы находили до этого времени. Он был призван с помощью свитка, который был изготовлен не в столице.

Я поднялся на ноги и накинул на голый торс свой плащ, висевший на ближайшей ветке. Игнорируя сильную боль в мышцах, я направился в Пьяницу, а Тимур последовал за мной.

Отворив двери нашей таверны, я увидел большое столпотворение. Группы Лиама, Хайхиля и ещё пары присоединившихся к Гильдии выдающихся искателей приключений занимали несколько столов. Две группы зелёных иномирцев, ещё не отведавших настоящего боя, но жаждущих стать авантюристами, тоже находились здесь, как и остальные спасённые нами люди, которые пополнили состав персонала таверны. Обычных посетителей здесь пока не было, что сейчас мне было только на руку.

— Хайхиль, Лиам, — довольно громко произнёс я с порога без лишних формальностей. — У меня есть для ваших групп задание. Плачу по двадцать пять золотых каждому участнику.

— Внимательно слушаем, Громобоец! — с наигранным пафосом ответил хоббит.

— Нужно найти следы группы искателей приключений, призвавшей новенького, — я кивнул в сторону укутанного в плед немца, сидящего за столом с Аней. — Раздобудьте их вещи, снаряжение, походные журналы или другими способами узнайте, кто они и откуда пришли. Вся найденная экипировка достанется вам, но только после её тщательного изучения в гильдии.

— Будет сделано!

— И возвращайтесь без потерь: долю погибших товарищей я не выплачу.

Позади меня послышались шаги. В