Барон Оболенский 3 - Александр Горин

Лиля улыбнулась, и в её глазах заплясали озорные искорки.

— А я за вами наблюдаю, — сказала она просто, будто это было само собой разумеющимся.

Андрей, услышав это, обернулся с облучка, подмигнул мне и расплылся в улыбке.

— За бароном многие наблюдают, — произнёс он со значением. — Кстати, ваше благородие, давайте пирожки поедим, которые вам Яна дала. А то горох уже надоел, честное слово.

Лиля чуть покраснела, ещё сильнее выпрямила спину, сжала поводья и ускорила Снежку, уходя вперёд.

Я мысленно потянулся к ней:

— «Лиля, не спеши».

Лиля не ответила, но притормозила, и Снежка послушно сбавила шаг.

— Андрей, пирожки позже, завтракали же недавно, — сказал я советнику, и он снова с грустью принялся поедать горох бабы Марфы.

А с Лилей что? Ревнует? Видимо, да. С одной стороны, чувство не самое хорошее, а с другой — приятно осознавать, что нравишься. Но она ведь девчонка! Была точнее, сейчас-то вон, взрослая какая. И красивая, даже когда сердится.

— А ты почему спрашивала? — спросил я, поравнявшись с Лилей и убирая стрелу в колчан. — Снежка тебя уже слушается?

Лиля повернулась ко мне, и её лицо сразу просветлело.

— Да, ваше благородие! — воскликнула она с искренней радостью в голосе. — Точнее, нет, но она точно меня слышит. Я чувствую, как она понимает, когда я её о чём-то прошу. И я её понимаю.

А ведь точно! Надо поручить Лиле разведку. У неё же связь с Кедром, она с ним разговаривает, лошадь свою чувствует. И мысли мои слышит, и передавать их мне может. У неё точно второй дар — ментальный, как я и думал раньше.

— Так давай учись, — сказал я, глядя на неё с улыбкой. — Через их зрение смотреть.

Лиля удивлённо захлопала ресницами, и её брови поползли вверх.

— Это как? — выпалила она, наклоняясь в седле в мою сторону. — Что, так можно?

— Можно, — спокойно ответил я, потянувшись сознанием к птице, нарезавшей круги над лесом. — Могу показать как.

Следующие часа два мы потратили на обучение. Я объяснял, как переносить сознание в птицу, как чувствовать Верного, как удерживать контакт. Лиля старалась, хмурилась, закусывала губу, но ничего не получалось. Она могла чувствовать животных, могла передавать им мысли, но увидеть их глазами — никак не выходило.

Я смотрел на её сосредоточенное лицо и понимал: без ментальной сферы тут не обойтись. Нужен второй дар, и, скорее всего, никакие тренировки его не заменят. Впрочем, Лиле я этого говорить не стал. Может я и ошибаюсь.

Застава показалась впереди к полудню. Знакомые ворота, знакомые вышки, знакомый часовой, который при виде нашего обоза вытянулся и гаркнул:

— Ваше благородие! С возвращением!

Купец Игнат выскочил из своей лавки раньше, чем мы успели слезть с лошадей. Его круглое лицо сияло, кафтан развевался, а руки уже тянулись к нашему товару.

— Ко мне? — воскликнул он, подбегая и кланяясь. — Рад видеть! Товару-то сколько навезли, вот это да!

— Не к тебе, Игнат, — ответил я, спрыгивая с Черномора и привязывая поводья к столбу. — Мы к князю.

Купец замер, и его улыбка медленно сползла с лица.

— Добрались-таки до вас княжеские? — спросил он, понижая голос и оглядываясь по сторонам. — Что, угрожали вам?

— Ну до прямых угроз дело не дошло, — усмехнулся я. — А так добрались, да. Зорин приезжал.

Игнат присвистнул, качая головой.

— Сам Зорин, надо же! Это серьёзно, ваше благородие, с ним лучше не шутить, он большое влияние на князя имеет. А я уж думал, когда в следующий раз к вам.

— Так мы на обратном пути сами к тебе заедем, — сказал я, глядя ему в глаза. — А что с чёрными ядрами?

Купец оживился и энергично закивал.

— Есть! Есть чёрные! — воскликнул он, уже разворачиваясь в сторону лавки. — Пойдёмте, ваше благородие, ко мне, всё покажу.

Вскоре на прилавке передо мной лежали одиннадцать орехов и семнадцать горошин. Чёрные, тяжёлые, с маслянистым блеском. Я пересчитал, перекатывая их в ладони, и удовлетворённо хмыкнул.

Ну, теперь на Врата точно хватит. И даже на вторые почти, если ещё найдём. Ядер пришлось, конечно, прилично ему отдать взамен, но мы за это время набили их столько, что у нас ещё прилично осталось. К тому же сбыли ему четыре хитиновых доспеха по очень и очень хорошей цене.

— Ментальной сферы нет у тебя? — спросил я напоследок у Игната.

Игнат развёл руками и виновато вздохнул.

— Нету, ваше благородие. Редкость страшная. Но я запишу, поспрашиваю. Как появится — сразу к вам.

— Добро, — кивнул я и вышел на улицу.

Андрей крутился у коновязи, разглядывая лошадей на продажу. Я улыбнулся и подошёл к советнику. Ух, как он сейчас обрадуется!

— Ваше благородие! — воскликнул советник, тыча в серого коня, который стоял чуть поодаль, помахивая хвостом и косясь на моего шумного советника. — Смотрите! Настоящий боевой конь!

Интересно, он как будто прочитал мои мысли. Или я считал его желание? Неважно сейчас.

Я подошёл ближе, оценивая жеребца. Крепкий, ладный, с умными глазами. Андрей уже вертелся рядом, заглядывая коню в зубы и пытаясь погладить.

— Нравится? — спросил я, усмехаясь. — Хочешь себе такого?

— Ещё как хочу! — выпалил Андрей, и его лицо засияло так, что веснушки почти растворились. — На таком я стану настоящим оруженосцем барона!

— А Варвара от такого оруженосца вообще растает, — подначил я, скрещивая руки на груди.

Андрей расплылся в такой простодушной улыбке, что даже Лиля фыркнула.

— На то и расчёт! — заявил он, гордо выпячивая грудь. — Это почему она на меня внимания не обращает? Потому что у меня коня не было!

Лиля захохотала, прикрывая рот ладошкой, и её смех звонким колокольчиком разнёсся над заставой. Я улыбнулся, глядя на эту парочку.

Покупка заняла не больше минуты. Я отсчитал деньги, Андрей схватил поводья и попытался с размаху вскочить в седло. Конь повёл ушами, брыкнул задними ногами и шагнул в сторону, а мой советник с размаху плюхнулся на землю.

— Тихо ты! — воскликнул он, вскакивая и отряхивая штаны. — Стой, кому говорят!

Конь посмотрел на него с выражением глубочайшего презрения и снова шагнул в сторону. Андрей бросился за ним, попытался ухватиться за рожок передней луки седла, но жеребец крутанулся на месте, и советник снова растянулся в пыли.

Игорь уже согнулся пополам, держась за живот, Лиля смеялась в ладошки. Мужики из нашей охраны тоже заржали в голос.

— Опять невезуха, ваше благородие, — с кряхтеньем поднимаясь на ноги и потирая ушибленный локоть пробурчал Андрей. — Я уж думал, что вот с лошадью новая удачная полоса в жизни начнётся,