Барон Оболенский 3 - Александр Горин

— Восемь? — переспросила она с тревогой. — Где ж их столько взять?

— Можно заменить один орех двумя горошинами, — вставила Лиля, поднимая на меня серьёзные глаза. — Я читала в книге Андрея, что так тоже можно. Только держаться будет чуть хуже.

— А можно и тремя горошинами, — добавил Андрей, отрываясь от миски и вытирая рот рукавом. — Но кажется мне, что это будет всё равно работать хуже, чем орехом. Вот если бы у нас сферы были, вот тогда… Только где их столько взять?

— Охотники, купцы, — ответил я, отпивая молока. — Матвей с артелью обещал собирать. Купец на заставе выменивать будет. Ну и мы сами на охоте будем выбивать. Но есть ещё одна проблема, — продолжил я, оглядывая своих. — Врата мы перекрыли так, что третий ранг и выше оттуда не пролезет. А нам как раз ядра третьего и четвёртого ранга и нужны — с них горошины и орехи падают. Правда, я думаю, что Врата такие не одни и такие монстры в ближайшее время не переведутся, просто им до нас топать далеко.

— Как не одни? — Ира округлила глаза и вцепилась в край стола. — Вы хотите сказать, что их может быть несколько?

— Я тоже так думаю, — подхватил Андрей, кивая с таким видом, будто мы обсуждали погоду. — И чем быстрее мы обнаружим следующие, тем лучше. Это же логично.

— Есть у меня одна идея, как с этим быть, — сказал я, доедая кашу и поднимаясь из-за стола. — Но скажу позже. Сначала укрепления.

Андрей с восторгом в глазах вдруг отставил миску и повернулся ко мне, едва не опрокинув кружку с молоком.

— Ваше благородие, а помните, как Борис сегодня с сосны на гуцупа прыгнул? — он даже привстал, размахивая ложкой. — Копьё вниз, сам с трёх метров, и прямо в стык пластин! Я такое только в сказаниях читал!

Я усмехнулся, вспоминая этот момент. Прыжок и правда был отчаянный и точный, как у Ахиллеса против Гектора. Только вот Борис не герой древности, а ельгинский мужик с рыжей бородой и прищуренным глазом. Хотя, чем чёрт не шутит, может, и его имя когда-нибудь в легенды войдёт.

— Борис сегодня был молодцом, — согласился я, направляясь к выходу.

— А я уже балладу слагать начал, — с гордостью признался Андрей, хлопая по тетради. — «И прыгнул Борис с сосны, как орёл небесный, и пронзил гуцупа в самое сердце…» Пока черновик, но рифма уже есть!

— Рифма у тебя, может, и есть, — хмыкнула Ира, собирая миски и вытирая стол. — А вот у Бориса теперь весь бок отбит, я сама слышала, как он жаловался.

— Зато красиво, — не сдавался Андрей, поднимая палец. — Искусство требует жертв.

— Пойдём, жертва искусства, — позвал я новоиспечённого балладника, открывая дверь. — Обойдём укрепления.

Я вышел из избы, чувствуя, как тёплый обед растекается по телу, придавая сил. Андрея я отправил за Гаврилой и Савелием, а сам направился к южному частоколу.

Грызень проломил приличную дыру, и сейчас её залатали, вбив новые колья, но я видел, что этого мало. Просто заделать дыру — не выход. Нужно укрепить так, чтобы больше ни одна тварь не смогла пробиться.

Пока я раздумывал, как наилучшим способом укрепить частокол, ко мне подошли Андрей, Гаврила и Савелий.

— Звали, ваше благородие? — спросил староста, вытирая кепкой пот со лба.

— Звал. Весь частокол нужно укрепить поперечными лесинами, — ответил я, останавливаясь у места прорыва и указывая рукой. — Сделать по три ряда поперечин с креплением на скобах, чтобы надёжнее было. А ещё подпорки под них сделать, чтобы больше ни один грызень не проломил проход.

Гаврила кивнул, поглаживая бороду и прикидывая что-то в уме. Его глаза быстро перебегали с одного участка стены на другой, и я видел, что староста уже прикидывает, где взять материал и сколько людей поставить.

— Сделаем, ваше благородие, — прогудел он. — А вышки?

— Вышки позже, — отрезал я, поворачиваясь к воротам. — Пока и этих на первое время хватит для обзора, можно и с настила стрелять. Сейчас главное — частокол и ворота. Ворота тоже укрепить требуется.

Савелий указал клюкой на вышки.

— Ваше благородие, забыл вам сказать, что мы сегодня на двух вышках арбалеты поставили. Василий доделал сегодня, еле притащили, тяжёлые такие, — сказал он с ноткой гордости в голосе. — Большие, станковые с большими болтами на крупных тварей. Говорит, что ещё три штуки вот-вот готовы будут.

Андрей тут же встрял, сверкая глазами и размахивая тетрадью.

— Жаль, у нас их ночью не было, — сказал он с досадой. — Мы бы того большого на подходе свалили. А если ещё и болты зачаровать!

— Болты обязательно зачаруем, — сказал я, глядя на Андрея. — Передай Макару, что нужны ещё три станковых арбалета, чтобы всего восемь было. Семь на деревню и один на мельницу.

Гаврила подался вперёд.

— Так ваше благородие, и ручные арбалеты тоже нужны, — пробасил он, поглаживая бороду. — Они поудобнее луков будут. Особенно для тех, кто не охотник. Целиться-то легче.

Да, ручные арбалеты нужны и много. Держать сразу несколько заряженных на частоколе, чтобы не тратить время на зарядку. Или вообще сделать заряжающих и стрелков.

— Верно, — сказал я. — Но сначала станковые. Я сегодня сам займусь арбалетами и болтами.

Только бы придумать, как стабилизировать огонь на наконечниках, чтобы не обновлять каждый день. Да и чтобы не горели словно факел, а то в колчан не уложишь. Ну ладно, это, надеюсь, решу со временем.

Андрей уже строчил что-то в тетради, бормоча под нос про «стабилизацию магических свойств». Гаврила с Савелием переглянулись и принялись обсуждать, где взять лесины для поперечин. А я стоял, глядя на частокол, и прикидывал, сколько времени у нас уйдёт на все эти укрепления.

Довольно громко прозвучали два удара в било на мельнице. Работает сигнализация, это хорошо. Два удара — значит, идут свои. И кто там пожаловал? Охотники? Рано вроде бы, я их ждал не раньше завтрашнего обеда.

— Охотники вернулись! — воскликнул Андрей, засовывая тетрадь за пазуху.

— Откуда ты знаешь? — удивился Савелий. — Может, купец снова.

— Не, охотники, больше некому, — уверенно заявил советник.

Я посмотрел на Кедр, где жила пустельга. Послал ей мысль и, выводя птицу в полёт, подключился к её зрению.

— Охотники, Андрей прав, — подтвердил я. — Причём, Матвей верхом и теперь их не восемь, а десять.

— А откуда вы… — снова удивился Савелий, а потом благодушно улыбнулся. — А ну да, вы же маг.

— Ещё какой маг, — хитро взглянув на меня, произнёс советник. — Всё про всех знает, всё видит