Гурджиев: переосмысление - Роджер Липси
Люди понимают, что значит «знание». И они понимают возможность различных уровней знания. Они понимают, что знание может быть меньшим или большим, то есть одного качества или другого качества. Но они не понимают этого по отношению к «бытию». «Бытие» для них означает просто «существование», которому противопоставляется лишь «несуществование». Они не понимают, что бытие или существование может быть самых разных уровней и категорий. Возьмите, к примеру, бытие минерала и растения. Это иное бытие. Бытие растения и животного — снова иное бытие... Но бытие двух людей может отличаться друг от друга сильнее, чем бытие минерала и животного. Именно этого люди не понимают. И они не понимают, что знание зависит от бытия. Они не только не понимают последнего, но и определённо не желают понимать. И особенно в западной культуре считается, что человек может обладать огромным знанием — например, быть способным учёным, делать открытия, двигать вперёд науку — и в то же время быть и иметь право быть мелочным, эгоистичным, придирчивым, низким, завистливым, тщеславным, наивным и рассеянным человеком...
И всё же это его бытие. И люди думают, что его знание не зависит от его бытия. Люди западной культуры высоко ценят уровень знания человека, но не ценят уровень бытия человека и не стыдятся низкого уровня своего собственного бытия. Они даже не понимают, что это значит. И они не понимают, что знание человека зависит от уровня его бытия.
Если знание далеко опережает бытие, оно становится теоретическим и абстрактным, неприменимым к жизни или даже вредным, потому что, вместо того чтобы служить жизни и помогать людям лучше бороться со встречающимися трудностями, оно начинает усложнять жизнь человека, привносит в неё новые трудности, новые невзгоды и бедствия, которых прежде не было.
Причина этого в том, что знание, не соответствующее бытию, не может быть достаточно обширным или достаточно приспособленным к реальным потребностям человека. Оно всегда будет знанием одного вместе с незнанием другого; знанием деталей без знания целого; знанием формы без знания сущности.
Подобное преобладание знания над бытием наблюдается в современной культуре. Идея ценности и важности уровня бытия совершенно забыта. И забыто, что уровень знания определяется уровнем бытия. На самом деле на данном уровне бытия возможности знания ограничены и конечны. В пределах данного бытия качество знания не может измениться, и возможно лишь накопление сведений одного и того же рода в уже известных пределах. Изменение природы знания возможно только с изменением природы бытия.
Взятое само по себе, бытие человека имеет множество различных сторон. Самая характерная черта современного человека — отсутствие в нём единства и, кроме того, отсутствие в нём даже следов тех свойств, которые он больше всего любит себе приписывать, то есть «ясного сознания», «свободной воли», «постоянного эго, или „я“» и «способности делать». Вас может удивить, если я скажу, что главная черта бытия современного человека, объясняющая всё остальное, чего ему недостаёт, — это сон.
Современный человек живёт во сне, во сне он рождается и во сне умирает. О сне, его значении и его роли в жизни мы поговорим позже. Но сейчас подумайте лишь об одном: какое знание может иметь спящий человек? И если вы подумаете об этом и в то же время вспомните, что сон — главная черта нашего бытия, вам сразу же станет ясно, что если человек действительно хочет знания, он прежде всего должен подумать о том, как проснуться, то есть о том, как изменить своё бытие...
Вообще говоря, равновесие между знанием и бытием ещё важнее, чем раздельное развитие того или другого. А раздельное развитие знания или бытия ни в коем случае не желательно...
Развитие линии знания без линии бытия даёт слабого йога,... то есть человека, который знает очень много, но ничего не может делать, человека, который не понимает... того, что знает, человека без оценки, то есть человека, для которого нет разницы между одним родом знания и другим. А развитие линии бытия без знания даёт глупого святого, то есть человека, который может очень многое делать, но не знает, что делать и с какой целью; и если он что-то делает, то действует, повинуясь своим субъективным чувствам, которые могут завести его далеко в сторону и заставить совершить грубые ошибки, то есть фактически сделать противоположное тому, чего он хочет. В обоих случаях и слабый йог, и глупый святой заходят в тупик. Ни тот, ни другой не могут развиваться дальше...
Знание само по себе не даёт понимания. Не возрастает понимание и от одного лишь увеличения знания. Понимание зависит от отношения знания к бытию. Понимание есть равнодействующая знания и бытия. И знание, и бытие не должны расходиться слишком далеко, иначе понимание окажется далеко от того и другого. В то же время отношение знания к бытию не меняется от простого роста знания. Оно меняется лишь тогда, когда бытие растёт одновременно со знанием. Иными словами, понимание растёт только с ростом бытия.
В обычном мышлении люди не отличают понимания от знания. Они думают, что большее понимание зависит от большего знания. Поэтому они накапливают знание или то, что называют знанием, но не знают, как накапливать понимание, и не заботятся об этом. 8
Это классическое изложение, которое было бы уместно в любом серьёзном рассмотрении человеческого удела и наших более широких возможностей. Не произнося самого этого слова, оно отчасти представляет собой рассуждение о совести. То, что его высказывает Гурджиев — человек с Кавказа, человек из ниоткуда, — не должно порождать предубеждений или делать нас глухими к нему. Здесь возникает интересный вопрос: к кому это относится? Я помню, как однажды горячо сказал выдающемуся учителю гурджиевского материала, что охотно отношу это к себе, но провожу черту перед своим отцом: он, так сказать, освобождён от этого. Он жил тем светом, какой сумел обрести за долгие годы, со временем он умрёт, и, по моему убеждению, отправится прямиком на небеса или в близкое к тому место, так и не сразившись с вопросами, которые поднимают учения, заглядывающие под поверхность человеческого опыта. Иными словами, это фундаментальное учение о