Прах Барселоны - Джулия Лионе

– Почему ты никому не сказал? – не смогла сдержать упрека Джоана. Заметив, что Доменик перешел на «ты», она тоже обратилась к нему на «ты», почувствовав, как это короткое слово значительно сократило дистанцию между ними. Ей захотелось погладить беднягу по плечу, но пальцы все еще сжимали учебники.

– Он просил, – Доменик уронил руки на колени, – заставил поклясться, что я никогда его не сдам. А ты как бы поступила?

Джоана промолчала, потому что, как специалист, она бы нарушила клятву и попыталась всеми силами затащить больного на лечение. Но сейчас эта информация парню бы не помогла, а лишь усугубила бы чувство вины.

– Почему же он съехал?

– Аурели нашел ему врача. Но это был не настоящий врач-психиатр, который принимает в кабинете клиники, а какой-то шарлатан, гипнотизер. Он пообещал ему, что вылечит с помощью своей методики.

– Аурели нашел? Что за методика?

– Я не успел выяснить толком. Но знаю, этот человек знаком с женщиной, которая и сдала Пабло комнату. Ему было нужно, чтобы Пабло жил уединенно, подальше от людей. И он устроил переезд.

– Сеньора Каридад Видаль? – выдохнула Джоана.

– Ты ее знаешь? – Доменик вскинул голову, вновь утерев глаза.

Джоана залилась краской. Надо было срочно придумать ответ, почему она знает вдову профессора Видаля. Тео потом уничтожит ее за длинный язык.

– Ее показывали по новостям. Она нашла капсулу с цианидом.

– А я и забыл, что вылезла эта история с цианидом… – Он досадливо поджал губы и отвернулся к двери, выходящей на террасу, из щели тянуло свежестью приближающегося вечера. Деревья слегка колыхало морским ветром.

– Ты его видел? Этого гипнотизера? Сколько ему лет? Как он выглядит?

– Нет, только Аурели видел. Говорил, он ему таблетки достает.

– Да, мне он тоже это сказал… – вздохнула Джоана, хотела спросить, допрашивали ли его в полиции, но это могло отпугнуть парня. Она не помнила его имени в списках свидетелей. А фамилию спрашивать пока не хотела, чтобы не вызвать подозрений.

– А Аурели тебе рассказывал про то, как его… похитили? – вдруг спросил он.

– Да, – опустила глаза Джоана. – Но я ничего из его слов не поняла.

– Он действительно хочет восстановиться на факультете?

– Ага, вот отправил меня за книгами. Говорит, если не задобрить библиотекаря, не вернуть все долги, то вице-ректор и слушать его не станет.

– Аурели не собирается восстанавливаться на учебу. Он тебя использует, послал, чтобы выяснить, винят ли его в смерти Сэма Лозано. Ну того, с математического, который умер от цианида… Он постоянно кого-нибудь сюда присылает. Мучается, что не удалось и его спасти.

– Он сказал, что пытался его научить, как подстроить фиктивную смерть…

– Это все из-за того гипнотизера. У него методы… не знаешь, что лучше: быть больным или так лечиться. Он дал ему эту капсулу, сказал, что он всегда может ею воспользоваться.

Джоана нахмурилась. С этого момента рассказ Доменика стал расходиться с рассказом Аурели. Тот ведь говорил, что Самюэля заставили покончить с собой, а он пытался помочь ему подстроить самоубийство. Впрочем, Самюэль был тем еще лгунишкой, девушке своей он наплел про какую-то игру.

– Как Аурели познакомился с Лозано? Он ведь уже год не учится.

– Аурели за ксанакс приводит тому шарлатану клиентов. Думаешь, мало среди студенческой братии тех, кто мается, страдает, у кого вечные депрессии и кто не хотел бы халявных транков? Этот шарлатан работает в какой-то клинике и тырит там лекарства.

Аурели ничего не употреблял, кроме глазных капель с атропином! Джоана подавила желание разуверить в этом Доменика. Все еще рано раскрывать карты.

– Получается, что и Пабло дали эту капсулу? – спросила она. – С цианидом.

– Он им всем дает такие. Делает их сам. Утверждает, что это дарит контроль над жизнью. А когда появляется контроль, появляется желание жить.

Джоана приподняла брови. Было в этом что-то от экзистенциализма.

– Но Самюэль ею воспользовался… – вздохнула она, вовремя вернув на лицо невинное выражение.

– Только потому, что Аурели вмешался! У него с тех пор, как он после пьянки оказался в горах голым, без денег и документов, не все дома. Он утверждает, что его запихали в багажник те, кто должен был это сделать с Пабло. Но на самом деле все гораздо проще. Он кому-то задолжал, и его припугнули.

Джоана вспомнила, что в истории с багажником фигурировал несуществующий Роблес. Но опять промолчала.

– Каким он был – Аурели, когда был студентом? – спросила она.

– Тусовщик, бездельник. У него мечта писать для «Эль Хуэвес», его интересовала сатира. Это сатирический журнал. А когда его «наказали», он стал во всем видеть заговор. Он вдруг решил, что Пабло неспроста нашли в петле, стал всех расспрашивать, особенно тех, кого рекомендовал своему поставщику. Когда мы с ним последний раз виделись, он говорил, что хотел бы все исправить, но теперь якобы не может. Я думал, ты мне расскажешь, куда он влип и стоит ли мне теперь переживать, что явится полиция и начнет выяснять, что я знаю о смерти Пабло.

– А ты уже говорил с полицейскими?

– Да, один раз меня вызывали.

Джоана нахмурилась. Кто же он, этот Доменик? Не выходило, как у Тео, помнить имя каждого свидетеля, подозреваемого…

– А ты сказал полиции, что вы с Пабло диагностировали у него шизофрению, пользуясь «Гуглом»?

– Нет конечно! Это выглядело бы смешно! – Он вскинул ко лбу руки. – Но теперь жалею, что не сделал этого… когда Пабло был еще жив. Сейчас бы навещал его в палате, мы бы обсуждали очередной сюжетный поворот в его новой главе.

Он поднял на Джоану мрачный взгляд.

– Ты пойдешь в ректорат, расскажешь… все это?

– Почему ты решил довериться мне? – осторожно спросила Джоана.

– Я видел, как ты говорила с Аурели в садике за университетом. А потом ты пришла сюда, в резиденцию. Я понял: вы с ним общаетесь, и ты в теме.

– Мы познакомились в бывшей психиатрической больнице Санта-Крус… Мы были там в библиотеке.

– В Ноу-Баррис? – нахмурился Доменик.

– Да. Не знаешь, что его там так привлекает?

– Не знаю… Разве он не снимает где-то там жилье?

– Когда мы пришли туда, он притворился гидом и предложил показать здание бывшей психбольницы. – Джоана внимательно следила за тем, как Доменик отреагирует на это заявление. Тот был в замешательстве.

– И что? Показал? – спросил он. Более естественной реакции и представить нельзя.

– Нет конечно! Пришла какая-то служащая, и он припустился бежать.

– Вот же ненормальный!

Тут телефон Джоаны издал сигнал – пришло эсэмэс.

– Извини, – проронила она и открыла приложение.

«Аурели перевели в университетскую больницу. Приезжай, как закончишь», – писал Тео. Джоана испустила вздох облегчения.

– Что случилось? – спросил Доменик, заметив, как она изменилась в лице.

– Друг пишет… Аурели положили в больницу.

Джоана поднялась. Доменик тоже встал, лицо его выражало беспокойство.

– Ты поедешь к нему?

– Да.

– Почему твой друг знает про Аурели? Они общаются? – Доменик был сильно взволнован.

– Хочешь, поехали со мной, – вдруг нашлась Джоана.

– Да, конечно…