Путешествие в страну майя - Алла Юльевна Макарова

Вьющиеся тропические растения и кусты росли на крыше церкви, свешивались поверх карниза и еще больше подчеркивали прелесть изящного фасада этого древнего здания.

* * *

Здание «Женского монастыря» состоит из двух построек, различных по характеру архитектуры. Одна из них представляет как бы крыло основного здания. Общая длина всего здания по фасаду равна семидесяти шести метрам. Но только в здании-крыле находятся комнаты — их девять, и все они на первом этаже.

Крыло "Дома Монахинь" и "Иглесия"-церковь, Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Основное здание «Женского монастыря», к которому примыкает крыло, представляет собой сплошную громаду, сложенную из камней, скрепленных известковым раствором и предназначенную только для того, чтобы служить основанием для двух построек, венчающих монастырь. Грандиозная лестница — девятнадцать метров шириной, самая широкая из всех, которые Стефенс и Казервуд видели в этой стране,— поднимается на одиннадцать метров, до самого верха здания. Она подходит к надстройке, расположенной в центре огромной платформы. Ширина этой платформы со стороны фасада — пять метров. Она вся заросла травой и была приятным местом для прогулок — посетителю открывался великолепный вид на окружающую территорию.

С тыльной стороны платформы поднимается другая лестница и доходит до крыши верхнего здания; эта крыша служит площадкой для здания, возвышающегося над ним. Последнее, по словам Стефенса, было сильно разрушено. «Архитектура «Женского монастыря»,— пишет Стефенс,— характерна для архитектуры древних майя. Их зодчие никогда не строили верхнего здания на крыше нижнего, но всегда — отступя, позади. Основанием служил высокий фундамент из сплошного камня. Крыша нижнего здания была лишь площадкой для прогулки перед верхним зданием.

"Дом монахинь". Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Казалось, что все это громоздкое сооружение было задумано лишь для того, чтобы принять на себя тяжесть верхнего здания, состоящего из нескольких апартаментов, где мастерство и талант зодчих были щедро представлены».

Речь идет о хорошо сохранившемся верхнем переднем здании.

На том и другом конце этой надстройки находятся комнаты с тремя нишами. На стене, обращенной к югу, три двери, соответствующие трем нишам на северной стороне. Двери открывались в большой зал. На задней стене зала девять ниш.

«Все стены — от пола и до верхнего изгиба арки,— пишет Стефенс,— были покрыты цветным рисунком, теперь сильно стертым, но все еще носящим следы живых, ярких красок. Всматриваясь внимательно, мы различали отдельные фрагменты росписи: то голову с плюмажем из перьев, то руку, сжимающую щит или копье. Но все попытки Казервуда скопировать остатки этой росписи кончились неудачей».

Но вот исследователи спустились вниз и остановились за углом крыла «Женского монастыря», у здания «Иглесия», о котором была уже речь.

Фасад "Иглесии". Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Сравнительно большая высота подчеркивает приятные пропорции красивого здания. На передней стене — три карниза, сложный скульптурный орнамент расположен между ними. Этот скульптурный барельеф довольно грубо выполнен, но общее впечатление величественное. Главное украшение сосредоточено над притолоками дверей, а по ту и другую сторону от двери расположен барельеф с фигурами сидящих людей, к сожалению очень сильно выветренный. Та часть орнамента, которая находится под вторым карнизом, своим рисунком напоминает стены древних городов Лабны и Сайиля.

Само здание «Иглесия» хорошо сохранилось. Внутреннее помещение представляет собой одну большую комнату, когда-то оштукатуренную. Наверху стены, под самой аркой, видны следы медальонов лепной работы, в которых были заключены иероглифы.

Индейцы не боятся бывать на развалинах Чичен-Ицы, и только это здание вызывает у них суеверный страх; они рассказывают, что по страстным пятницам там раздается таинственная музыка. Исследователи устроили в этом здании лабораторию, принесли туда дагерротип (предшественник фотоаппарата) и работали весь день в страстную пятницу, но никакой музыки не слышали. Внутреннее помещение хорошо подходило для этой работы: свет проходил через единственную дверь, и затемнение легко устраивалось. Не нужно было также каждый раз после работы все складывать и уносить.

На расстоянии ста пятидесяти метров от «Женского монастыря» находится здание, известное под названием «Караколь» («Улитка»),— так называли местные жители астрономическую обсерваторию.

Это своеобразное, живописное по своему облику строение не похоже ни на одно здание древнеамериканских городов, за исключением сильно разрушенного круглого здания в Майяпане. Оно называется «Улиткой», потому что внутри здания находится винтовая лестница и своим строением оно напоминает улитку.

Круглое здание «Караколь» стоит на более высокой из двух рядом расположенных террас. Широкая пятнадцатиметровая лестница в двадцать ступенек, ведет на низкую террасу. По обе стороны этой лестницы, образуя своеобразную балюстраду, находятся скульптурные изображения огромных извивающихся змей. На Стефенса эта балюстрада, хотя и частично разрушенная, произвела сильное впечатление.

Караколь - обсерватория Чичен-Ицы Здание обсерватории в Чичен-Ице, частично реставрированное сотрудниками института Карнеги и мексиканскими учеными в 1920-1930 гг.

«Караколь» в диаметре немного больше семи метров. В нем четыре двери, каждая из них обращена в направлении одной из четырех сторон света: на север, на юг, на восток и на запад. Общая высота здания, включая террасу, — двадцать метров. Стефенс застал его частично разрушенным.

«Впечатление, которое производила «Караколь» в свои лучшие времена, даже среди окружающих величественных зданий, было, без сомнения, поражающим, из ряда вон выходящим»,— пишет Стефенс. Дверь ведет в круглый коридор. Во внутренней стене тоже четыре двери, по размеру меньше наружных. Они расположены в промежуточных точках компаса и обращены на северо-восток, на северо-запад, юго-запад и юго-восток. Через эти двери посетитель входит во второй коридор. Он видит в центре круглый камень, а над ним, на расстоянии около трех метров от земли, маленькое четырехугольное отверстие в стене, все забитое камнями. Стефенс попробовал освободить это оконце от камней, но они падали в узкий коридор и было опасно продолжать работу. Крыша стала настолько ветхой, что не представлялось возможным установить, куда это окошко выходило. По-видимому, оно предназначалось для наблюдений.

"Караколь" - обсерватория. Чичен-Ица. Рис. Казервуда.

Стены и того и другого коридора были оштукатурены и расписаны красками, сверху поднималась треугольная арка.

«План здания поражал необычайностью, но и изучив его, мы не смогли приоткрыть тайну, которая окутывала это здание»,— писал Стефенс.

Современные ученые предполагают, что это была обсерватория.