Звезда за облаками - Artyr Gor

Ступив на сцену, она приняла тяжёлую, сияющую золотом статуэтку и роскошный букет белых роз.

Со Ын подошла к центральному микрофону. Свет софитов заливал её фарфоровое лицо. Зал постепенно затих, пытаясь поймать каждое слово самой молодой за всю историю номинации триумфаторши.

Она выждала паузу, мягко улыбнулась и произнесла в микрофон чистым, глубоким, невероятно красивым и собранным голосом:

— Здравствуйте. Я… Соина. Для меня огромная честь стоять на этой сцене сегодня, в последнюю ночь 2001 года.

Зал ответил аплодисментами.

— Прежде всего, я хочу выразить глубочайшую благодарность нашему режиссёру Ли Чан Су и продюсеру — господину Ким Су Рёну. Спасибо за то, что поверили в меня, когда у нас были считанные часы на принятие решения. Спасибо всей съёмочной группе «Великолепных дней», моим замечательным партнёрам — Рю Сын Бому и Чи Сону, которые поддерживали меня в самые холодные ночные смены. Спасибо моему агентству RMA, госпоже Хан Хе Рён, моему менеджеру Пак Мин А и Кан До Джину, которые берегли меня каждый день.

Она сделала короткую паузу, опустив взгляд на тяжёлую золотую статуэтку, и продолжила с особой, звенящей нежностью в голосе:

— Но главную благодарность я хочу адресовать моим родным людям. Моим бабушке и дедушке на острове Чеджу… Дедушка, бабушка, я знаю, что вы сейчас смотрите этот эфир у телевизора. Эта награда — ваша. И огромное спасибо моим подругам, которые помогли мне в тяжёлый момент. Я скоро приеду домой. Спасибо вам за всё. С Новым 2002 годом, Корея!

Со Ын сделала глубокий, невероятно аристократичный поклон под угол сорок пять градусов, прижимая статуэтку к груди.

Зал встал. Вон Бин в первом ряду аплодировал стоя, не сводя с неё восхищённого взгляда. Актёры, режиссёры, даже самые суровые критики хлопали юной звезде, понимая: прямо на их глазах зажглась новая, величайшая звезда корейского кинематографа.

А в кулуарах, у мониторов прямой трансляции, уже шептались представители крупнейших рекламных брендов Кореи:

— Завтра утром, в восемь, отправляем в RMA контракт на рекламу косметики. Пять миллионов вон, наше предложение за сессию. Нет пусть сами ставят цену.

— Забудь о том певце, — отрезал представитель Samsung. — Мы рассмотрим её. Эта кандидатура мне нравиться больше.

Со Ын спускалась со сцены в сопровождении вспышек, держа в руках своё первое признание. Впереди был 2002 год, весенние съемки, новые битвы и долгожданный полёт на родной Чеджу. Но сегодня она стояла на вершине, и имя Соина отпечаталось в истории корейского телевидения навсегда.

1 января 2002 года. Сеул, элитный район Чхондамдон.

Полуденный солнечный свет пробивался сквозь тёмные, невесомые гардины из тёмной парчи, затапливая огромную спальню пентхауса глухим, янтарным полумраком. В воздухе висел тяжёлый, удушливый коктейль из запахов дорогого французского парфюма, выдохшегося коллекционного шампанского Dom Pérignon, сигарного дыма и разлитого на персидский ковер элитного виски.

На гигантской королевской кровати в полном беспорядке валялись смятые шёлковые простыни.

Чхве Тэ Сон — тридцатипятилетний наследник одного из крупнейших строительных холдингов Кореи и совладелец нескольких теневых развлекательных клубов Каннама — тяжело простонал и открыл глаза. Голова трещала от дикого похмелья после вчерашней закрытой вечеринки, затянувшейся до пяти утра.

Он слегка повернул голову. Слева от него, разметав по подушке крашеные светлые волосы, беспечно спала молодая старлетка из какого-то захудалого девичьего кей-поп ансамбля. Справа, уткнувшись носом в его плечо, посапывала известная модель из глянцевых журналов. Обе были наняты его помощником за астрономические чеки специально для этой ночи.

Тэ Сон поморщился от отвращения, согнав с лица брезгливое выражение, слез с кровати и рывком распахнул шторы. Резкий свет ударил по глазам, обнажив хаос в апартаментах: разбитые хрустальные бокалы, брошенные брендовые платья и скинутые на пол россыпи золотых украшений.

Он подошёл к бару, налил себе полстакана ледяной минеральной воды, жадно выпил и щёлкнул пультом огромной плазменной панели на стене.

На экране в ротации развлекательного канала SBS как раз транслировали повтор лучших моментов недавней церемонии SBS Drama Awards.

И именно в этот момент оператор дал крупный план: Со Ын в своём строгом, невероятно элегантном чёрном платье поднимается на сцену за наградой. Её точёная, безупречная осанка, холодный, гордый взгляд смоляных глаз и абсолютное, почти царственное равнодушие к аплодисментам тысяч зрителей в зале выделяли её среди всех остальных вылизанных актрис.

Тэ Сон замер с бокалом у губ.

Вчера на самой церемонии он сидел в VIP-ложе первого ряда — сытый, скучающий, обнимающий за талию очередную оплаченную красотку. Но когда эта девчонка прошла мимо его ложи, от неё веяло такой недоступной, железной волей, что у него перехватило дыхание.

Он медленно опустился на кожаный диван, не сводя тёмных, помутневших от похмелья и вспыхнувшей похоти глаз с экрана.

— Чёрт… — тихо, с хриплым смешком протянул Тэ Сон, проводя ладонью по небритому подбородку.

На кровати шевельнулась модель, потягиваясь и капризно мурлыкая:

— Тэ Сон-оппа… Ну ты чего встал так рано? Иди ко мне…

— Заткнись, — не оборачиваясь, холодно отрезал Тэ Сон.

Он смотрел на то, как Со Ын на экране держит статуэтку. В отличие от сотен продажных девиц, которых готовность лечь в его постель выдавало, с первого взгляда ради роли или сумки Birkin, в этой девчонке не было ни грамма фальши. В ней была дикая, гордая, чистая сила. Опасная сила.

«Я хочу её», — мысль прожгла его мозг с силой электрического разряда. Это было не просто банальное физическое желание. Это была страсть хищника, встретившего редкую, нетронутую добычу, которую хочется сломать, подчинить и заставить умолять о покровительстве.

— Я хочу эту девочку в свою постель, — прошептал Тэ Сон сам себе, и на его губах расползлась ядовитая, уверенная ухмылка человека, который привык покупать вселенную. — До дрожи хочу.

Он достал из кармана брошенных на кресло брюк дорогой платиновый телефон Samsung и набрал номер начальника своей службы безопасности, который выполнял для него самую грязную работу.

Гудок. Еще один. На том конце провода мгновенно ответил сухой, исполнительный голос:

— Слушаю, господин Чхве.

— Мин Су, — Тэ Сон встал в полный рост, не сводя глаз с лицом Со Ын на ТВ. — Наладь контакты с агентством Хан Хе Рён. Выясни про эту новую актрису — Кан Со Ын. Всё: с кем живет, с кем общается, какие у неё уязвимые места, сколько стоят её контракты. И найди способ, как устроить нам «случайную» приватную встречу в ресторане.

— Господин Чхве, она несовершеннолетняя, и Хан Хе Рён очень жёстко держит своих артистов…