Звезда за облаками - Artyr Gor

— Хе Рён держит её за железными дверями, — прохрипел старший продюсер, сделав глубокую затяжку. — Но у RMA нет ресурсов для полнометражного кино высокого уровня. Если эта пигалица сегодня возьмёт «Новую звезду», мы перекупим её. Чон Чхоль Су из Тэпёна за пару тысяч долларов и бутылку виски подпишет любую бумагу.

— Отец лишён прав, ты забыл? Она под опёкой деда, — возразил младший.

— В Корее всегда можно найти юриста, который докажет, что дед — неадекватный старик из деревни, — зло ухмыльнулся старший. — Ты посмотри на неё на плакатах! Это же не просто актриса. В ней есть секс, скрытый под маской невинности. Породистая, дикая кобылка. Если вложить в неё пару сотен тысяч долларов, через пару лет она будет собирать кинотеатры и стадионы в Токио и Шанхае. Я хочу её в наш новый проект. И, честно говоря, не только в проект… Ты видел её шею? Снять с неё одежду — и любой чеболь отдаст за ночь с ней половину своих акций.

— Заткнись, — буркнул младший, поправляя галстук. — Ей пятнадцать. Если брат узнает, что ты о таком дрянном бизнесе думаешь, он тебя через своих военных друзей в асфальт закатает. Поехали к SBS, займём места в ложе.

Огромный зал SBS Hall в районе Йоидо гудел, словно растревоженный улей. Сотни вспышек фотокамер слепили глаза, превращая декабрьскую ночь в ослепительный, пульсирующий день. На красной дорожке, выстеленной перед главным входом, творился настоящий хаос. Фанатские секторы скандировали имена своих кумиров, размахивая самодельными плакатами и светящимися палочками.

Серо-перламутровый Hyundai Starex плавно остановился у самого подножия лестницы. Кан До Джин первым вышел из машины, моментально оценил обстановку и распахнул тяжёлую боковую дверь. Мин А подала Со Ын руку, помогая ей выйти на морозный воздух.

В ту же секунду, когда стопа Со Ын в изящной туфельке ступила на красную ткань, толпа фанатов с правой стороны буквально взревела:

— Соина-а-а-а! Чо Ён Силь! Со Ын-а-а!

Со Ын плавно выпрямилась. Бархатное платье мягко описало дугу. Вспышки сотен фотокамер слились в непрерывную белую стену света. Со Ын не зажмурилась, не вздрогнула — она слегка наклонила голову, озарив толпу той самой задорной, искренней, невероятно тёплой улыбкой, которую знала уже вся страна. Она сделала медленный, грациозный поклон, плавно переводя взгляд от одного сектора к другому. Эту сцену она отрепетировала в агентстве за две недели до автоматизма.

— Боже мой, посмотрите на неё! — зашептались в секторе для прессы молодые журналистки из издания Sports Chosun. — Это точно та самая девчонка-кондукторша из «Великолепных дней»? В жизни она выглядит как наследница чеболя! Какая грация! Кто её дизайнер?

— RMA продвигает её под именем Соина, — ответил опытный фотограф, без остановки щёлкая затвором Canon. — Смотри, как держится. Никакого мандража. Рядом с ней даже опытные актрисы выглядят как провинциалки.

Но на балконе второго этажа, откуда открывался идеальный обзор на красную дорожку, атмосфера была далека от восхищения. Там собралась элита телеиндустрии, режиссёры, спонсоры и актёры старшего поколения.

В углу у мраморной колонны стояла тридцатилетняя актриса Ким Хе Сун — признанная звезда вечерних мелодрам, чья популярность в последние месяцы начала стремительно угасать из-за фантастических рейтингов «Великолепных дней». Рядом с ней стоял её продюсер, тучный мужчина с сальными волосами.

— Взгляни на эту мелкую дрянь, — шипела Хе Сун, до боли сжимая хрустальный бокал с шампанским. Её ухоженное, но тронутое первыми морщинами лицо исказила судорога зависти. — Нацепила чёрный бархат… Кого она из себя изображает? Ещё вчера в деревне на Чеджу навоз лопатой гребла, а сегодня Ким Су Рён суёт её во все эфиры! Заняла место Хё Чжин… Эта сучка забрала мои рекламные контракты с "СМG"!

— Успокойся, Хе Сун, — тихо пробормотал продюсер, оглядываясь по сторонам. — Не ори на людях. Ким Су Рён лично курирует её. Канал SBS на неё молится, у дорамы тридцать пять процентов рейтинга.

— Да мне плевать на Су Рён! — зло шептала актриса, глядя, как Со Ын шествовала по дорожке. — Ей пятнадцать лет! Вы посмотрите на эти бёдра, на эту шею! Она же явно проложила себе дорогу через постель продюсеров! Ким Су Рён старая коза, любуется своей дрянью и слюни на неё пускает! Я уверена, что Хе Рён подкладывает эту пигалицу под нужных людей из министерства и чеболей! Сучка… Выглядит как святая невинность, а сама, небось, уже пол-Сеула обслужила! Я сделаю всё, чтобы разрушить её карьеру. Начнётся весенний блок съёмок — я слив в прессу устрою про её отца-алкоголика. Посмотрим, как тогда её фанаты запоют!

В нескольких метрах от них стояла группа молодых актёров-мужчин из популярной молодёжной драмы. Один из них, двадцати четырехлетний красавчик-модель, не отрываясь, смотрел вниз через стеклянные перила. На его губах играла двусмысленная, похотливая ухмылка.

— Эй, Мин Хо, слюну подбери, — усмехнулся его коллега, подтолкнув парня локтем. — Ей пятнадцать. Она несовершеннолетняя.

— И что? — тихим, хриплым голосом отозвался Мин Хо, проводя языком по губам. — Ты посмотри на её спину… На эту фарфоровую кожу. Вырастет — будет настоящей богиней. Я бы отдал всю свою премию за то, чтобы оказаться с этой Соиной в одном номере отеля прямо сейчас. Чёрт… В ней есть какая-то порочная, скрытая грация. Она смотрит так, будто видит тебя насквозь. Была бы моя воля, я бы прямо в туалете её нагнул.

— Рисковый ты парень, — фыркнул коллега. — За ней, говорят бывший спецназовец ходит, как тень и менеджер как собака. Он тебе башку открутит раньше, чем ты успеешь расстегнуть ширинку.

— Ничего… Годик-другой подождём, — пробормотал Мин Хо, не сводя глаз с томного силуэта Со Ын. — Такие девки долго в недотрогах не сидят. Индустрия всех ломает.

Со Ын, пройдя сквозь ураган вспышек, шагнула в прохладное, залитое светом холла фойе SBS. Хан Хе Рён и Мин А шли шаг в шаг за ней, создавая непробиваемый визуальный купол.

— Слева — группа с телеканала MBC, зависть восьмого уровня, — спокойно комментировал в её голове Артём. — Прямо — режиссёры независимого кино, оценивают твои пропорции для кадра. Не обращай внимания на шум. Держи осанку, плечи назад. Ты здесь хозяйка вечера.

Со Ын сделала глубокий вдох, едва заметно поправив серебряный браслет на запястье. Впереди простирался огромный кулуарный зал, где собирались самые влиятельные лица корейского кинематографа 2001 года. И фотозона к которой она направлялась.

VIP-зона ожидания номинантов напоминала роскошный салон XIX века. Хрустальные люстры, ковры глубокого винного цвета, официанты в белоснежных