Боевые пловцы Сталина. Воспоминания адмирала ГРУ - Леонид Константинович Бекренев

— Леня! — сказал он. — Иди к нам на ЯГЭС работать.

— А я делать-то ничего не умею, — с усмешкой ответил я.

— Научишься. Научился же на трубе играть! Научишься и рабочей профессии. Да и с музыкой не расстанешься, у нас тоже духовой оркестр есть, рабочие играют.

— Не знаю, Саша! — сказал я. — Надо посоветоваться с матерью и с Александром Александровичем, он же у вас работает.

— Кто такой Александр Александрович? — спросил он.

— Жиров, — ответил я. — Кондуктор трамвая, муж моей старшей сестры.

ЯГЭС представляла собой два предприятия под единым административным управлением: собственно электростанцию и трамвайный парк.

— Вот как! — оживился Саша. — Знаю Алексан Ксаныча, в одной партячейке состоим. Что ж, посоветуйся.

О предложении Блинова я сказал матери. А в следующий приход домой она сообщила, что Александр Александрович советует согласиться с Блиновым: говорит, что ты будешь среди хороших людей и к делу приставленным.

— А сам-то как думаешь?

— Как скажешь, — ответил я матери.

В июне 1922 года я стал учеником-электриком ЯГЭС. Работал в обмоточном цехе по ремонту электродвигателей, силовой и осветительной сети пассажирских вагонов и электровозов.

— Старайся, будь послушным, учись! — наставляла меня Елизавета Евграфовна при первом выходе на работу, конечно, с влажными, теплыми, ласковыми глазами. — Ты стал рабочим, — с некоторой гордостью сказала она и, перекрестив меня, отправила в трудовой жизненный путь.

Работа начиналась в 8 часов. Выходил из дома в 7 часов. Первое время она каждое утро провожала меня с выходом со двора, вручая узелок с кусочком хлеба, двумя-тремя картофелинами в мундире и с солью, завернутой на манер лекарственного порошка.

Обмоточный цех был небольшим — человек 12–15 электриков и электрослесарей. Мастером цеха был Иван Васильевич Кузнецов, лет сорока с небольшим. Инженер-самоучка, опытный практик, рационализатор, работавший в цехе еще в дореволюционное время. Спокойный, внимательный к рабочим, никогда не повышал голоса. Его «правой рукой» по электрочасти работал Петр Александрович Горяченков. Он же был наставником молодых рабочих. Лет ему было за пятьдесят. Он был участником Цусимского сражения в мае 1905 года на броненосце «Орел» в качестве матроса-электрика.

Помощником дяди Пети (так называли Горяченкова) по работе с молодежью был Саша Блинов, уже довольно квалифицированный электрик. Он же был секретарем комсомольской ячейки ЯГЭС. Он и взял меня к себе на обучение.

Саша не ограничивался производственной, технической стороной дела при работе со мной. Спрашивал: где, как и с кем я провел вчерашний вечер, как здоровье у Елизаветы Евграфовны и т. п. Иногда давал местную или центральную газету и говорил: «Прочитай, Ленька, вот эту статейку, интересная, деловая». В рекомендованных им статьях содержался материал о производственной деятельности молодежи, идеологической и политико-воспитательной работе, о комсомольцах — Героях гражданской войны и т. п. То было мое первое приобщение к периодической печати. До этого никогда не приходилось держать газету в руках. И действительно, материал был интересный для меня, с таким я сталкивался впервые, так же как и с тем, что слушал на занятиях комсомольской учебы.

Интересна была (сейчас вспоминаю) и форма контроля, применявшаяся им, за выполнением мною его рекомендаций. Он не устраивал допроса. Но на следующий день обязательно изыщет или изберет момент, чтобы проверить, читал я указанную им «статейку» или не читал. Делал это как бы между прочим, при разговоре в период совместной работы в цехе, или в канаве двора под вагоном, или во время обеденного перерыва.

Брал меня с собой при выездах к «заболевшим» на линиях вагонам, чтобы устранить неисправность.

Работы для цеха было очень много. Электрочасть вагонов значительно износилась. Не хватало запасных частей и многих материалов для ремонтных работ.

Трамвай в Ярославле впервые начал действовать в 1900 году. Принадлежал частной бельгийской компании, управление (контора) которой находилась в Брюсселе.

В годы Первой мировой войны поставки из Бельгии двигателей, запасных частей и необходимых материалов резко сократились, а с появлением в России крупных революционных перемен и Гражданской войны — и вовсе прекратились. В начальных 1920-х годах ЯГЭС испытывала нужду не только в электромоторах и агрегатах, но и в медном проводе, в изоляционных материалах, в измерительной аппаратуре, вплоть до канифоли и паяльной кислоты, олова, в которых электропромышленность, как никакая другая, испытывает постоянную потребность. Отечественная промышленность еще не была в те годы способной обеспечить поставки упомянутых материалов. Приходилось «раскулачивать» одни вагоны, чтобы ввести в строй другие.

Путевое трамвайное хозяйство — рельсовое полотно, стрелочные переводы, воздушная электропроводка — тоже требовали серьезного ремонта, особенно после разрушительного воздействия Ярославского эсеро-белогвардейского мятежа в июле 1918 года. Воздушная проводка частенько обрывалась, вагоны сходили с рельсов.

Через год меня обязали сдать «норму» (узаконенное испытание для получения квалификационного разряда), тема которой была «Неисправности в электросхеме пассажирского вагона внепаркового исполнения».

Саша тогда уделил мне многие часы своего свободного от работы времени. Мы с ним облазали, пораскручивали, «отремонтировали» все узлы вагонной силовой и осветительной схемы, начиная с крыши и до вагонной тележки в канаве.

Экзаменовали меня мастер цеха И. В. Кузнецов и его помощник дядя Петя в присутствии работника отдела кадров и Саши Блинова.

Обучая меня, Саша говорил, что неисправность не так трудно устранить, труднее найти ее. А потому большее внимание уделил изучению электросхемы, измерительных электроприборов, порядка и техники устранения неисправностей.

«Норму» сдал успешно и получил начальный квалификационный разряд. Из учеников был переведен в кадровые рабочие. Стали привлекать меня и к ремонту (перемотке) электромоторов, к исправлению их коллекторов.

Производительность труда была низкой. Во всех рабочих процессах, кроме токарного, царил ручной труд. Но трудовой энтузиазм рабочего коллектива был высоким, и причиной тому