Путь Стратега 5 - Саша Токсик

— Хорошо, так уж и быть, учите по новому порядку, — сказал я. — Только помните, что личной ответственности с вас никто не снимал.

— Есть! — в один голос ответили оба.

Перед глазами вспыхнули строки Системы.

Авторитет: +50

Текущий уровень: 600/800

До самого вечера я ходил по лагерю и смотрел, как десятки сменяют друг друга на полосе, на реке и у мишеней. Новобранцы, которые промахивались после первой кружки, снова взялись за луки, и к концу дня их стрелы ложились заметно ближе к цели.

Гордей с Сергеем проводили меня до причала, и уже у катамарана Гордей замялся.

— Господин Новиков, позвольте спросить.

— Ты уже спросил, Гордей. Что такое?

— А может, пришлёте нам Митяя на денёк-другой? Мы бы с ним тогда ещё стенок понаставили и протянули полосу дальше по берегу.

— Нет, Гордей, справляйтесь своими силами, — покачал я головой. — Митяй сейчас занят другим делом.

— А каким делом, если не секрет, господин Стратег? — тут же спросил Сергей.

— Всё-то вам расскажи да покажи, — усмехнулся я и ступил на настил катамарана. — Митяй у нас нынче в командировке.

* * *

Регина вышла на крыльцо как раз к тому времени, когда охотники возвращались из леса. Старший из них, увидев ее, тут же пошёл ей навстречу.

— Опять следы, госпожа, — доложил он, стянув шапку.

— И где на этот раз?

— К западу, за холмом, в кустарнике у старой просеки.

— И никого не заметили?

— Нет, госпожа. Видать, ушли раньше, чем мы туда подоспели.

Это были уже третьи следы за неделю. Первые ещё можно было списать на случайность, вторые на совпадение, но третьи были уже закономерностью. Кто-то бродил вокруг Любятино, ее деревни, и высматривал округу, вот только кто это и зачем, Регина не знала. Это могли быть люди Круга, очередные кочевники или ещё кто-то. В любом случае это невольно держало Регину настороже.

Регина решила посмотреть на следы сама. Она накинула тёплый плащ и пошла с охотниками за холм. За кустарником тянулась старая просека, которая давно заросла молодыми берёзами. Старший охотник присел у края кустов и показал ей на землю.

— Вот здесь они и стояли, госпожа. Двое, а может, и трое. Ходили по корням и по палой листве, чтобы следов было поменьше. Простые мужики так не ходят.

Мёрзлая трава у кустов была примята широкой полосой. Под старой елью кто-то сгрёб в кучу хвою. Охотник разворошил ее палкой, и под ней показалось кострище с холодными углями.

От кострища охотник повёл ее вверх по склону, на самую макушку холма, и показал примятую траву у большого камня. Регина встала на это место и обернулась. Отсюда Любятино было видно целиком: вышка у въезда в поселение, крыша ее терема, амбары и дорога, по которой уходили ее телеги. Кто бы ни лежал здесь в траве, он мог спокойно сосчитать, сколько телег уехало и сколько мужиков осталось в деревне.

— Выходит, они отсюда смотрели, сколько у нас людей, — тихо сказала Регина.

— Похоже на то, госпожа, — кивнул охотник. — Зверя отсюда не высмотришь, а деревню видно как раз хорошо.

Регина велела охотникам ходить на просеку каждый день, утром и под вечер, и пошла обратно в деревню. Всю дорогу она думала, не написать ли о следах Володе.

Связь с Альянсом у нее держалась через амазонок и Клюворезов Володи. Раз в несколько дней то всадница привозила короткое деловое письмо от Кристины, то на перила крыльца садился Клюворез с парой строк от Володи. Регина и сама писала им, но о следах до сих пор не написала ни слова. Ей не хотелось, чтобы в Альянсе решили, что она пугается каждой тени. А стоило ей представить, как Кристина станет высмеивать ее в ответном письме, всякое желание рассказать о следах так и вовсе пропадало.

Куда сильнее ей портило настроение другое. Бывшие товарищи по Кругу, которых она считала друзьями, отвернулись от нее. Регина ушла из Круга и порвала с Беляевым, но думала, что остальные Стратеги если не продолжат с ней торговать, то хотя бы не забудут ее. Они ведь не раз и не два собирались всем Кругом, общались, шутили, были учтивы друг с другом и твердили, что все они заодно и радеют за общее дело. Но стоило ей перестать быть для них полезной, как о ней тут же забыли. Теперь Стратеги Круга все как один держались с ней холодно и отчуждённо. На ее письма они не отвечали, а некоторых ее гонцов из Любятино и вовсе выпроводили из деревни, даже не пожелав выслушать.

А ведь она только было поверила, что у нее появились настоящие друзья. Сама Регина выросла в богатой семье, в Столичной Лавке Рурских. Родители с детства внушали ей, что у каждого человека есть своя цена, и о людях надо судить только по тому, будет ли он тебе полезен и стоит ли с ним водить дружбу. Регина с ними не соглашалась. Она верила, что настоящая дружба бывает и без выгоды, а друзьями можно быть просто потому, что вы друзья. Но в последнее время она всё чаще сомневалась в своей правоте.

Вечером Регина собрала у крыльца всех мужчин, кто остался в деревне, чтобы расписать ночные дозоры. Набралось их меньше, чем ей хотелось. Многие крепкие мужики ушли возчиками с союзным караваном и вернуться должны были только тогда, когда караван пройдёт свой круг. В деревне остались охотники, стражники и земледельцы, которые до холодов работали в поле. Регина поставила по двое на ночь у въезда и у засеки со стороны леса. Она велела всем, кто увидит чужих, сразу поднимать крик, ни у кого не спрашивая, а стражнику на вышке — бить в колокол.

— А если из леса зверь выйдет, госпожа? — спросил один из мужиков.

— Тогда тоже кричи, — ответила Регина. — Пусть я лучше лишний раз выбегу на крыльцо, чем проснусь, когда чужие уже будут в деревне.

Ночью Регина сама обошла дозоры. У въезда оба стражника стояли с факелом и не спали. У засеки один из мужиков дремал, привалившись спиной к поваленному стволу, а второй ушёл греться к ближней избе. Регина растолкала спящего, и тот вскочил так резко, что едва не уронил топор.

— Виноват, госпожа, —