Первый Предтеча 7 - Элиан Тарс

Князь расхохотался.

— Ну, как узнает — забирай, — отсмеявшись, махнул он рукой. — Препятствий не будет, гарнизонные бумаги подпишу сам, выходное пособие ему и его людям выплатим из казны. Таково мое слово.

— Благодарю.

— Но упрямый он, конечно… — задумчиво проговорил князь.

— Это только плюс — с такими всегда понятно, в какую сторону они будут рваться, когда в бою станет станет жарко — в ту же, что и я.

Князь одобрительно хмыкнул и чуть придвинулся вперед:

— Мантия и воины — это хорошо, но этого недостаточно. Мне докладывали сводки о тебе — и из штаба, и от разведки. Чудищ ваш отряд перебил много, но далеко не всегда удавалось собрать трофеи. Некогда было — вы сражались за правое дело, а не за трофеи. Ценю это и понимаю. Так что княжество заплатит за всё, что осталось лежать на улицах. Назовешь Сафину, сколько каких Жетонов за родом записано — он высчитает и оплатит. Казначей мой, правда, уже сейчас просит дать ему больничный, но это его трудности.

— Это щедро, — отметил я, прикинув сколько денег

— Это справедливо, — поправил князь. — Особенно учитывая то, что большую часть этих костей так или иначе мои люди обработают, а Ядра соберут. — Я хотел было возразить, мол, часть Ядер-то мы уж точно собрали, но он выставил вперед руку и твердо произнес: — Мы все учтем — так будет правильно, — он помолчал, а затем не сдержался и хмыкнул: — А вот щедро было мое предыдущее предложение.

Он потянулся к нише в стене за своей спиной и достал оттуда плоский деревянный ларец. Судя по всему, ларец ждал своего часа с самого начала разговора.

Князь поднялся с места, и я встал следом.

— Антон Игоревич Северский, — твердо произнес он, вынимая из ларца тяжелую золотую пластину с тамгой. — За все, что ты сделал для моего рода, нарекаю тебя «Друг княжеского рода Ширинских», — он приколол пластину к отвороту мантии у моего левого плеча. Мех под ее весом слегка потянуло вниз. — Двери любого дома в княжестве для тебя открыты. Но в первую очередь, конечно же, моего.

Затем князь вытащил оттуда вторую пластину — которая была еще крупнее, на зеленой эмали в ней стоял на задних лапах золотой барс.

— А за то, что ты сделал для моей земли, нарекаю тебя «Герой Казанского княжества», — князь приколол ее с другой стороны, и мантия осела на плечах уже равномерно. — На наших землях тебе всегда будут рады, Антон Игоревич. Приезжай в любое время.

Он похлопал по обеим пластинам, проверяя, крепко ли держатся, и понизил голос:

— И насчет Лейлы… Свое предложение я не отзываю. Да и сама она теперь так просто тебя не оставит.

Князь подмигнул мне, провожая до выхода. Я обулся у порога, а на прощание его светлость крепко пожал мне руку.

Лейла ждала в коридоре за дверью. Увидев меня, она оттолкнулась от стены и сразу посмотрела на награды на мантии.

— Ну? Как прошло? — с хитрой улыбкой спросила девушка.

— Великолепно, — пожал я плечами. — Твой отец достойный человек. Хорошо посидели, так что сейчас Наиля заберу, и домой.

— Домой, — кивнула она. — Как много вещей и людей тебе надо перевезти?

Я промолчал. Княжна подождала еще пару секунд… Улыбка на ее лице начала медленно гаснуть.

— Много?..

Отвечать было излишним — она и так всё поняла. Лейла уставилась на плитку под ногами, опустив плечи.

— Ясно, — тихо произнесла княжна. — Значит, совсем домой.

Сейчас передо мной стояла уже не Церебра, которая рубила монстров и виверну раскаленной алебардой, а простая обиженная девушка.

Правда, это длилось секунд пять, пока она не тряхнула косой. Монетки в ней зазвенели, и она гордо вздернула подбородок.

— Ну и едь! — заявила она. — Я не сдамся, Антошка. Я тебя все равно заполучу.

— Ха, — не сдержался я. — Даже у твоего Учителя не вышло.

— Что?.. — нахмурилась она. — Погоди! Хочешь сказать, она пыталась? Но как? В чьем-то другом теле, да?

— Не понимаю, о чем ты, — пожал я плечами.

— Ну конечно, — процедила княжна. — Но не думай, что отвертелся, Северский! Учитель мне все сама расскажет!

Какая поразительная вера в Учителя! Прям как в любимую старшую сестру.

А в голове невольно всплыла история о том, как Шиза когда-то оставила свою ученицу на целый месяц в одиночестве на Ледяном Пике в одном нижнем белье. Практика очищения разума, да… Кстати Шиза не предупредила ту девушку, что на этом Пике живут морозные гоблины…

Как ни в чем не бывало, Лейла взяла меня под руку, сжав даже сильнее, чем раньше.

— Пошли, — деловито проговорила она. — Там тебя, наверное, уже заждались.

Едва мы вошли в зал, разговоры у ближайших столов стихли. В этот раз первым делом смотрели не на княжну, а на меня. Точнее, на золотые плашки на моих плечах.

Вперед других к нам подошел Сафин.

— Батыр, — сказал уважительно полковник, разглядев барса. — Друг рода… С такой бляхой у нас в любой дом дорога открыта.

— Его светлость сказал то же самое, — улыбнулся я, а затем сказал: — Ильдар Фаритович, должен вам кое в чем признаться. Уж простите, выкраду у вас лейтенанта Ветлугина. С концами. И скорее всего со всеми его бойцами.

— То есть насовсем, — буркнул Сафин, но потом задумчиво посмотрел в сторону и гораздо бодрее произнес: — А может, оно и к лучшему? Без капитана Гайнуллина… Я и не знаю, каков парень теперь и каково ему здесь будет. А с вами… Ему явно нужен тот, за кем он сможет следовать без оглядки. Спасибо, что сообщили заранее.

— Вам бы все равно передали, но я считаю, что такие вещи нужно говорить глаза в глаза, — пожал я плечами.

— Ценю, — коротко кивнул Сафин. — В том числе и то, что его светлость отдает Ветлугина в хорошие руки.

— Ну право слово, он же не котенок, — усмехнулся я.

— Верно, — хохотнул полковник. — Он настоящий ирбис.

Следом за ним подошел Золотой.

— Шайтан, — только и выдохнул он и стукнул себя кулаком в грудь. Потом покосился на княжну и, понизив голос, уточнил: — Стало быть, не зять?

— Пока что, — фыркнула Церебра.

— Шайтан… — повторил он.

Но с куда большим облегчением.

Ко мне подходили и другие гости. Усач с насосной станции твердил, что теперь-то я от них