Путь Стратега 5 - Саша Токсик
Неожиданно Кристина подошла ко мне и осторожно обняла.
— Спасибо, Владимир. И вообще… Доброй дороги, — едва слышно прошептала она.
Я улыбнулся, успокаивающе погладил ее по спине и отстранился.
На козлы сел один из моих бойцов, на пару с возницей от Кристины, второй и третий забрались внутрь, напротив меня. Я откинулся на мягкую спинку сиденья и удовлетворённо похлопал по походной сумке, где лежала карта.
— Трогай, едем к воеводе! — скомандовал я.
* * *
Дорога до острога заняла несколько дней, и всё это время я готовил доклад.
Раз за разом я прогонял в голове, что я скажу Загорному первым делом. На юге Рубежа ходят гоблины-кочевники из Зелёной Орды. Одну их шайку Альянс уже разгромил своими силами. И у шайки при себе была карта наших дорог и деревень, которой у зеленокожих быть просто не могло.
Всё прочее, от погони по следу до штурма стойбища, воевода услышит, если сам об этом спросит.
А спросить он должен был непременно. Я хорошо помнил, как на Собрании Загорный обвёл тяжёлым взглядом весь зал и бросил Стратегам, что кое-кто шлёт ему гонцов из-за волчьей стаи. Тут же дело было в разы серьёзнее. И речь шла даже не о каком-то могучем мутанте. Тот же Ледошкур мог бы угрожать моей деревне, но никак не всему югу Рубежа. Чего не скажешь о кочевниках…
Быть может, надо было и вовсе привезти воеводе голову шамана или ещё какого гоблина. Да, звучит дико и даже по-варварски, но это бы наверняка подтвердило, что гоблины на Рубеже есть. Но я посчитал это чрезмерным. При желании воевода всегда может послать людей на место стойбища. Ну, или посмотреть на погремушки, которые мы добыли.
В любом случае воевода должен будет отреагировать на мои слова, даже если лично он мне не поверит. Почему? Потому что цена ошибки слишком велика.
Кроха всю дорогу держался в небе над лесом, в стороне от дороги, и спускался к карете только на ночёвках. Бойцы дремали напротив меня, обняв гладиусы, непривычные к такому комфорту в дороге.
Примерно за день до приезда в острог нам навстречу попался патруль. То были трое всадников в красных мундирах. Старший придержал коня и спросил, чья карета и куда направляется. Услышав моё имя, он переглянулся с товарищами, коротко кивнул и предложил сопроводить нас до острога.
— Понимаете, господин Стратег, сейчас на Рубеже неспокойно. Позвольте нам составить вам компанию. Для вашей же безопасности.
Я заметил напряжение, которое он пытался скрыть, и активировал Взор Стратега.
Имя: Никифор Мячин
Отношение: опаска (готов к агрессии с вашей стороны)
Талант: Всадник
Потенциал: гонец, стрелок
Мне это не понравилось. С каких это пор к Стратегам вдруг относятся с опаской? Впрочем, спорить с подчинёнными воеводы я не стал. Всё равно нам было ехать в одну сторону.
— Не вижу в этом ничего зазорного, — ответил я мужчине, и мы поехали дальше.
На последней ночёвке я велел Крохе больше к карете не спускаться и кружить в стороне. Прятать мутантов от чужих глаз давно вошло у меня в привычку, а въезжать в острог с Клюворезом над головой было бы верхом беспечности. Птица обиженно клекотнула, но послушалась и ушла в серое осеннее небо.
К полудню лес наконец отступил, и впереди показался знакомый холм.
Острог всё так же возвышался над диким краем, единственный островок спокойствия на десятки километров вокруг. Всё так же стояли крепкие стены и сторожевые башни, над ними реяли знамёна, а по стенам ходили многочисленные стражники в красных мундирах. Казалось, с прошлого раза их стало только больше. Только у ворот на этот раз не толпились экипажи Стратегов.
Карета остановилась перед воротами, и я выбрался наружу, разминая затёкшие ноги.
Навстречу мне из караульной тут же выскочил уже знакомый служащий, Корнелий Ухов собственной персоной.
— Господин Новиков? Что вы здесь делаете? — склонив голову, осторожно спросил он, глядя куда-то мне за плечо, как раз в сторону сопровождавших меня солдат.
— Доброго дня, Корнелий. Скажи, господин воевода у себя? Мне нужно срочно его увидеть, я привёз важное донесение.
Корнелий кивнул, но с места так и не сдвинулся, и это вновь натолкнуло меня на нехорошие мысли. Краем глаза я заметил, как от ворот к нам чуть ли не бегом двинулись четверо солдат. Ещё двое встали по бокам кареты, рядом с моими бойцами. Последний, Никифор, как раз занял место за моим правым плечом.
Я активировал Взор Стратега.
Имя: Корнелий Ухов
Отношение: страх (боится ослушаться приказа)
Талант: Бюрократ
Потенциал: крючкотворец, писарь
Боится ослушаться приказа? Какого ещё приказа?
Ответа, впрочем, дожидаться мне не пришлось. Корнелий резко развернул бумагу, которую до сих пор держал за спиной, откашлялся и наконец посмотрел мне прямо в глаза.
— Стратег Владимир Новиков, — произнёс он, подавляя волнение. — Приказом воеводы вы арестованы вместе с вашими людьми. Просим вас сдаться и не оказывать сопротивления.
Авторитет −300!
Глава 4
За свою прошлую жизнь я побывал на сотнях совещаний, проверок и разборов полётов, но в тюремной камере не сидел ни разу. Как-то вот обошёл меня стороной сей опыт, хотя многие мечтали, чтобы меня однажды посадили.
Просто за то, что я не давал дорогу «правильным» решениям. Что ж, всё когда-нибудь случается впервые.
Камеру мне определили в подвале под казармой. Это был каменный мешок три на два метра. В углу лежала охапка соломы, у двери стояло деревянное ведро, а под самым потолком темнело узкое окошко с толстой решёткой. Сквозь него сочился серый свет и тянуло осенней сыростью. Дверь была сплошная, дубовая, с маленьким оконцем на уровне глаз.
Моих ребят заперли в соседней камере. Я слышал, как они негромко переговариваются, и пару раз стукнул в стену костяшками пальцев, чтобы знали, что я рядом.
Обыскали нас ещё у самых ворот, и обыскали, стоит сказать, основательно. У бойцов забрали гладиусы, у меня гоблинские сабли, шапку шамана и походную сумку, а вместе с ней и карту. Доспех из Ледошкура с меня тоже сняли, и теперь я сидел на соломе в одной рубахе и штанах. Хорошо хоть не голышом. Так бы я вообще окоченел за пару часов. Впрочем, и без того в камере стоял холод собачий.
Паниковать я не собирался. Какой смысл метаться по камере, если дверь от этого всё равно не откроется?
Куда полезнее