Сердце Велисгара - Екатерина Новак

– Оно во что-то одето, – прошептала Дарина, не веря своим глазам, вглядываясь в темноту. – Или… было одето когда-то?

– Может, это одежда жертвы, которую оно растерзало? – Орина едва шевелила губами, боясь снова рассердить существо.

Чудовище стояло неподвижно, его грудь тяжело вздымалась от прерывистого дыхания. Внезапно из его груди вырвался звук, от которого кожа покрылась мурашками – не рёв и не рычание, а стон. Протяжный, мучительный, полный такой человеческой боли и отчаяния, что у девушек перехватило дыхание. Сёстры застыли в оцепенении, не в силах пошевелиться.

А затем существо решилось на атаку. Дарина схватила нож Петрия, готовясь к отчаянной попытке защититься. Но вместо нападения зверь замер, издав звук, похожий на крик боли. Оно отпрянуло, взметнув когтями ворох листьев, резко развернулось и с невероятной для такого массивного тела скоростью скрылось в густых зарослях. За ним остался лишь треск ломающихся ветвей и странное ощущение, что это было не просто чудовище, а нечто гораздо более сложное и загадочное.

Дарина, дрожа всем телом, медленно опустила руку, в которой сжимала нож.

– Какая жуть… – едва слышно проговорила Орина. – Почему оно не напало?

– Похоже, колебалось… – ответила Дарина, всё ещё не отрывая взгляда от темноты. – Может, у него другая цель. Но тогда кто нападает на людей?

Ответа не было. Обеих охватывал липкий страх. Ночь продолжала властвовать над лесом, а костёр догорел. Сёстры переглянулись, решив не дожидаться нового визита зверя. Они поспешно подхватили мешки и бросились бежать, ориентируясь лишь на слабый свет луны. Сердца бешено стучали, а ноги заплетались от усталости и страха.

Только когда позади наступила полная тишина, сёстры решили остановиться на короткий привал. Вскоре на востоке показались бледные проблески рассвета. Остаток ночи девушки не сомкнули глаз.

– Оно, наверное, следит за нами, – проговорила Орина, смахивая со лба капельки холодного пота. – Идёт по следу, как настоящий охотник.

Дарина не знала, что ответить. Тревога сдавливала её грудь. Пусть зверь и не напал, но его намерения всё ещё оставались загадкой. И почему существо было одето в лохмотья, напоминавшие человеческую одежду? В сознании девушки мелькнула тревожная догадка: может, это вовсе и не зверь – во всяком случае, не полностью?

– Ладно, – наконец произнесла Дарина, – будем держать ухо востро. Вернуться мы не можем. Значит, путь у нас один – вперёд, в пещеры.

Собравшись с духом, они двинулись дальше, стараясь не останавливаться без особой нужды. С приходом рассвета Корневой Бор медленно просыпался: раздалось осторожное пение птиц, в кустах зашуршали невидимые зверьки. Но у сестёр не было ни сил, ни настроения любоваться красотой природы. Они упрямо шли вперёд, стараясь скорее убраться от места обитания чудовища.

Дарина и Орина, измотанные бегством, наконец, выбрались из Корневого Бора. Ноги подкашивались, одежда пропиталась потом, в висках стучала кровь. Они всё ещё не могли поверить, что остались живы после встречи с красноглазым чудовищем.

Спотыкаясь от усталости, сёстры вышли на небольшую каменистую площадку, укрытую от посторонних взглядов выступами серых скал. Из узкой расщелины между камнями вытекал тонкий ручеёк родниковой воды, наполняя неглубокую природную чашу, обрамлённую мхом. Безлюдное место, защищённое от ветра и чужих глаз, казалось маленьким островком безопасности.

– Может, присядем? – голос Орины прозвучал так тихо, что Дарина скорее прочитала слова по губам, чем услышала их.

Дарина молча кивнула, её шея и плечи затекли от постоянного напряжения. Она медленно повернула голову, вглядываясь в каждую расщелину между камнями. Красные глаза чудовища являлись ей даже в мимолётных видениях, стоило на мгновение прикрыть веки. Не заметив признаков опасности, она помогла сестре скинуть с плеч отяжелевший от дорожной пыли и влаги мешок. Орина охнула от облегчения.

Они опустились на шершавый камень у края родника.

– Как же я устала… – прошептала Орина, обхватив руками колени и сжавшись в маленький комок. Под её глазами пролегли глубокие тени. – Веки слипаются, тело молит о сне, но стоит прикрыть веки – и я вижу его…

Дарина лишь устало пожала плечами. Она понимала сестру – собственное тело стало свинцовым от усталости, но сознание отказывалось расслабиться даже на мгновение. Перед внутренним взором снова и снова возникала жуткая сцена: гигантская сгорбленная фигура в лунном свете, алые глаза, горящие нечеловеческим голодом, и… лохмотья человеческой одежды.

Горло пересохло, Дарина наклонилась к роднику и зачерпнула пригоршню холодной воды. Вода была чистой и свежей, с едва уловимой горчинкой минералов.

– Если так пойдёт и дальше, нам совсем худо будет, – пробормотала она, глядя в воду. – Ни сна, ни нормальной еды.

Орина устало убрала с лица прядь волос и задумчиво посмотрела на гладкую поверхность родника. Ей на мгновение показалось, что вода едва заметно движется, реагируя на её дыхание. Она опустила ладонь к поверхности лужицы, и волны действительно стали плавными, подчиняясь её прикосновению.

– Смотри… Вода всё-таки слушается меня, – сказала Орина, чуть улыбнувшись от неожиданности.

Дарина бросила на сестру рассеянный взгляд, молча кивнула. Ей тоже нравилось ощущение власти над стихиями и способности, которые они взращивали. Но тут же мысли её вернулись к реальности: толпа селя́н, чудовище, требования убить его, и идея поиска статуи Златомати – всё переплелось в голове и пугало.

– Ори, – заговорила Дарина, решительно вынимая из сумки небольшой каменный осколок и набор резцов, доставшихся ей от матери. – Ты же понимаешь, нам придётся в скором времени ещё раз столкнуться с этим зверем лицом к лицу.

Орина посмотрела на сестру с тревожным недоумением. Потом до неё дошло.

– Дари… – начала она. – Нам правда нужно убивать это чудовище? Я не хочу проливать кровь, даже его. Но мама… Люди не дадут ей пощады.

Дарина тяжело вздохнула: