Моя любимая неприятность - Настя О

А сама была не в силах оторвать взгляда от некроманта, наблюдая, как Родерик после моих слов заулыбался еще шире.

— Тогда по какому поводу грусть?

— Я сегодня хотела навредить старосте из твоей деревни.

— Тебе нельзя.

— Знаю, Родерик, но...очень хотелось настучать ему по голове.

Удивительно, как просто мне дались эти слова. Как будто я давно очень хотела рассказать ему… правду.

— Почему?

— Он говорил о тебе плохо. А ведь ты же...

— Я — что? — лукаво улыбнулся некромант, словно знал что-то, что было недоступно мне.

— Ты — хороший. Почему я рассказываю тебе все это, когда совершенно не собиралась делиться секретами?

— Дай-ка подумать, — вздохнул Родерик, присаживаясь во главе стола и принюхиваясь к содержимому кувшина. — Этот компот дал тебе Себастьян?

— Себастьян — кот, — справедливо заметила я. — Он не мог мне ничего дать. У него лапки.

Родерик усмехнулся — по-доброму и совершенно без сарказма. Красивые губы изогнулись в еще более красивой улыбке. Я почувствовала, что начинаю плыть от этого зрелища.

— Себастьян действительно кот. Только вот он, помимо всего прочего, еще и умертвие, которое я воскресил, чтобы мне не было скучно. И он больше всего на свете мечтает женить меня на порядочной женщине.

— Но ты ведь и так женился...

— По-настоящему женить, Лери, — с нажимом повторил некромант, и я почему-то смутилась. — Поэтому ты пила совсем не вишневый компот, а зелье правды. По вкусу они очень похожи. Есть небольшое отличие в нотах. Именно поэтому ты и хочешь рассказать все, что думаешь обо мне на самом деле.

— А ты?.. — я внезапно вцепилась пальцами в сиденье стула, на котором сидела.

Страшно было услышать правду от Родерика!

— Что — я? — склонил голову некромант, словно изучая меня.

— Ты — не хочешь мне ничего рассказать?

Вместо ответа он поднялся со стула и подошел совсем близко ко мне. Осторожно поддел подбородок пальцами и целую вечность смотрел мне в глаза. Я знала, что за этим последует. А еще отчего-то стало радостно на душе, поскольку Родерик явно не был под действием этого зелья правды.

И все равно потянулся ко мне.

Поцелуй получился сладким, с привкусом той самой вишни. Родерик ласково обхватил мой затылок рукой, придерживая и уверенно ведя меня сквозь омут эмоций. Мне показалось, что в голове взорвались одновременно тысячи фейерверков. И это было сладко — целовать мужчину, о котором раньше могла только мечтать.

Я знала, что он попробовал зелье с моих губ. Поэтому, когда поцелуй прекратился, спросила:

— Вкусно?

— Вкусно, — тихо подтвердил Родерик.

И выпил оставшийся напиток из моего стакана.

Тот самый «компот». Который провоцировал говорить правду.

Утро началось с ощущения теплоты. Я спала на мягкой перине — и она была совершенно не похожа на ту, что осталась в Академии Магии. Понять бы, как так вышло, что я ночевала не там.

Понять бы… о-о-ох!

Стоило только подумать об этом, как воспоминания обрушились на меня снежным комом. И тепло мне было, похоже, не только от перины и одеяла, но еще и от Родерика, который лежал на второй половине кровати. Я не удержалась: открыла глаза и посмотрела в его сторону. И почти сразу же натолкнулась на изучающий взгляд некроманта.

— Сожаления? — спокойно спросил он.

— Ни единого, — честно призналась я, возвращая голову на подушку и отчего-то испытывая колоссальное облегчение.

— Я рад.

На губах Родерика появилась еле заметная улыбка. А ведь вчера все именно с нее и началось…

Стоило этому невыносимому мужчине попробовать компота от Себастьяна, как с его губ полился такой поток откровений, что мне впору было краснеть, как самой настоящей девочке. Родерик оказался настолько внимательным и подмечающим малейшие детали, что от его слов у меня каждый раз сжималось сердце. Не от боли — совсем нет. Каждый вздох, каждое признание этого потрясающего человека возносили меня все выше и выше на небеса. Ну как, как, скажите, после этого я бы смогла остановиться?

Прикосновения Родерика к моей коже были настолько невесомыми и дразнящими, а объятия — родными и долгожданными, что я почти сразу потеряла разум. Его дыхание сделалось глубоким и порывистым, когда я начала отвечать на его ласки. А уж когда он отнес меня в хозяйскую спальню… за ее дверями произошло то, чего мы, как оказалось, оба ждали. Удивительно, но самым запоминающимся воспоминанием оказалось то, как Родерик шепотом произносил мое имя.

Мое настоящее имя. Лера. Валерия. Он запомнил все до мельчайших деталей, начиная с нашей первой встречи. Просто притворялся неисправимым букой — чтобы я скорее в нем разочаровалась. Зато теперь… он по-настоящему раскрылся передо мной.

Мягкий. Ласковый. Умопомрачительный и дразнящий. С чуть сбившимся дыханием и горящими нежностью глазами. Если я когда-нибудь и мечтала об идеальном мужчине, мироздание точно услышало мои молитвы и послало мне Родерика. Когда мы были вместе, душа рвалась на свободу, и очень хотелось закричать от счастья. Я и кричала — а Родерик пил эти крики с моих губ. И не было в тот момент никого счастливее нас.

А потом мы долго разговаривали, не выпуская друг друга из объятий. Тогда-то я и узнала, что Родерик еще больший вредина, чем я думала о нем на самом деле.

— Не понимаю…

— Что именно, Лера?

— Ты же меня ненавидел. Ты же морщился, когда я сказала, что ты великолепен. Как так получилось, что мы с тобой в итоге… закрепили наш брак?

— Ну… — смутился некромант, улыбаясь. — Дело в том, что мой дракон — точнее, моя магия — сразу признала тебя, когда ты вывалилась из портала. Поэтому, когда ты решила, что я прекрасен, магия с тобой полностью согласилась. А дальше все было делом случая. Но я и представить себе не мог, что мое показное равнодушие заставит тебя искать защиты… у меня же.

— Когда об этом говоришь ты, все выглядит так бодро и складно, — пожаловалась я лениво.

Ругаться не хотелось совершенно. Находясь в объятиях Родерика, я испытывала такое непередаваемое блаженство, что, предложи он мне сейчас новую порцию того самого «компота», я бы, не раздумывая, согласилась.

— А ты, конечно, страдала, принимая сложное решение выйти замуж? — усмехнулся некромант в мои волосы.

И за это я его тоже успела полюбить. Просто мой муж оказался поистине многогранным и тонко чувствующим человеком.

В общем, само совершенство. Один, идеальный. Мой.

— Я… — притихла я, задумавшись.

Да так и уснула. Правда, сквозь сон ощутила, как бережно Родерик переложил меня рядом с собой и как