Дворец зеркал - Артем Бах

— Ты… тогда, возможно, увидела бога… во плоти, — ошарашенно произнесла Азрия. — Твоё описание наводит меня на мысли о Тордо́руме, Золотом Боге, созданном, согласно легендам, древними дворфийскими кузнецами.

— В самом деле? — довольно безучастно спросила драконица. — Как интересно.

— Ты говоришь так, будто встречаешь богов каждый день.

— Не встречаю, но, если бы это было так, я не стала бы ползать на коленях и целовать им ноги. Моя мать говорила мне, что боги отличаются от драконов также, как драконы отличаются от людей. Боги стары, мудры, обладают огромным могуществом, но точно также допускают ошибки и часто имеют скверный характер. Потому сильные люди впечатляют меня куда больше сильных богов.

— Это весьма мудрая позиция, — с уважением в голосе произнесла Азрия. — Она схожа с тем, что проповедуется в письменах служителей Первородного Бога.

— Только вот я едва ли могу представить Смотрителя Грани как просто дракона побольше, — признался я. — Он находится на совершенно ином уровне, его образ мышления и видение мира выходит за рамки человеческого понимания. Если Минакад и Оркар кажутся довольно простыми личностями, то Смотритель… Смотритель является для меня загадкой.

— Это потому, что он функция, а не личность, — сказал Тимур, потерев подбородок. — Он лишь винтик в работающем механизме.

— Скорее уж молоток, забивающий выскакивающие гвозди. А вместе с ними и незваных гостей.

— Какая социопатическая аналогия.

— Вот на твоём месте я бы не загонял мне про социопатию.

— Я не социопат, я просто не люблю неразумных людей. Тебя, вот, я неразумным не считаю. И Азрию тоже.

Олира перевела взгляд на Чумного Доктора и, не дождавшись упоминания себя, недовольно фыркнула.

Чуть развеявшись и приподняв себе настроение, мы продолжили путь через лабиринты шахт и пещер. Вскоре нам удалось вернуться на прежний маршрут, и я вздохнул с облегчением: ещё один день в шахтах Аргарака закончился без смертей кого-либо из нас.

— О, Господи, какая же мерзость, — произнёс я, наблюдая за тем, как рыжеволосая женщина поедает непонятное существо, выглядящее как крупная зубастая пасть, торчащая из раскрытого чёрного зонтика. — Олира, у нас есть сухпайки, давай мы поделимся!

— Нет-нет, пускай ест, — возразил Тимур. — Если дать Олире доступ к нашей еде, то она закончится за неделю.

— Мы можем хотя бы пожарить эту… штуку.

— Не пвонимаю я вас, лудей, — с набитым ртом заговорила драконица, от чего я испытал рвотные позывы. — Вы сфокойно смотите, как едят сыое мяхо собаки или те же дваконы. Но ешли его поедают подобные вам, то вы испытываете отващение. В этом нет смышла.

— Я не понял и половины того, что она сказала, — произнёс Тимур, отводя взгляд от сомнительного зрелище. Похоже, даже для некроманта это было чересчур.

— Думаю, всё дело в нашем понимании нормы, — предположил я. — У большинства людей есть общепринятые нормы морали, есть правила приличия и этикета, которым все должны следовать. Если что-то сильно выбивается из этих норм, то оно сразу же подсознательно вызывает у людей отторжение.

— Ну не глупость ли? — возмутилась Олира. — Вот этим и опасно пребывание в стаи: ты следишь за другими и невольно черпаешь не только опыт, но и ошибки.

— А ты предпочитаешь учиться только на собственных, — укоризненно произнёс Тимур.

— Конечно! Так, ведь, гораздо интереснее, да и за их совершение никто не станет тебя судить. Стая же обязательно начнёт поучать, стоит тебе один раз не последовать их советам и поступить по-своему.

— А ты много времени в своей жизни провела в стае?

— Сейчас провожу.

Тимур озадаченно склонил голову набок и не стал продолжать разговор. В подобных вопросах Чумной Доктор понимал Олиру чуть лучше меня и Азрии, так как куда сильнее отходил от общепринятых понятий нормы.

С того момента, как мы вошли в подземелье, прошло уже около двух недель. За отсутствием солнца было сложно точно определять время, так что мы его исчисляли нашими ночлегами. Некоторые дни проходили спокойно: мы шли, останавливались, ели, мылись в сомнительных подземных водоёмах, затем снова шли. В другие же дни мы сталкивались с прелестями местной фауны, агрессивными аборигенами в лице очень негостеприимных аргаракцев, а также с бесчисленными ловушками, засадами, обвалами и другими пренеприятными источниками опасности.

Я боялся, что за длительное время, проведённое в таких условиях, мы начнём срываться, медленно сходить с ума или паниковать, но всё вышло немного по-другому: постепенно все четверо из нас начали раскрепощаться, в сложных ситуациях смешно и не очень отшучиваться, а также воспринимать постоянную опасность как обыкновенную рутину. Быть может, всё дело было в опыте, ведь смерть постоянно дышала нам в спины, но каждый раз мы переламывали ей её костлявые пальцы. В итоге, плюнув на меня и моих товарищей, она взялась за всё живое вокруг, что очень упорно, но тщетно пыталось нас умертвить.

И ещё через несколько дней мы, наконец, почувствовали, то, чего не чувствовали очень давно — лёгкое, тёплое дуновение ветра, нежно треплющее волосы и наполняющее сердца надеждой.

— Поверхность! — воодушевлённо воскликнула драконица, а её глаза загорелись от счастья. — Наконец-таки!

Олира нарушила строй и быстрым шагом направилась вперёд нас по тоннелю, но Азрия ухватила её за плечо и остановила.

— Нам нужно сперва позаботиться о нашей маскировке, — сказала рогатая воительница. — Мы можем натолкнуться на алидаморцев сразу, как покинем подземелье.

— Да? — недовольно переспросила драконица. — Ладно.

Олира закрыла глаза, и её уши мгновенно удлинились, а волосы окрасились в светло-русый цвет и заметно выпрямились. Бестия всё ещё выглядела немного дико, но при этом её было не отличить от чистокровной эльфийки.

— Я неуверен, что мои иллюзии нам помогут, — высказал свои опасения Тимур. — Алидаморцы — искусные маги, и распознать такие дешёвые трюки им не составит труда. Думаю, нам стоит обойтись без них.

— Тогда надень маску, — предложила Азрия.

— Вообще-то она довольно сильно выделяет меня в толпе. Думаешь, без неё не обойтись? Я не сойду за эльфа, если спрячу уши?

— Н-нет, это не поможет. Твоё лицо, оно… Как бы правильно выразиться?

— Стрёмное, — подсказал я Азрии.

— Это… не то, что я хотела сказать. Тимур, ты просто внешне не ассоциируешься с эльфом. И ты, Лео, тоже.

— А как быть с тобой? Кто-нибудь знает, как в Алидаморе относятся к тифлингам?

— Я думаю, что терпимо, — произнёс Чумной Доктор. — Высшие эльфы много взаимодействуют с магией, особенно с заклинаниями призыва и порталами, так что они наверняка регулярно подвергаются воздействию со стороны существ из других планов. К тому же у Азрии есть чётко выраженная эльфийская кровь, так что её легенда