Барон Оболенский 3 - Александр Горин

Работает, но не полностью, слишком ещё большая поверхность не затвердела. Горошина в моей руке стремительно теряла вес, и я чувствовал, как вместе с ней утекает и моя мана. Лиля всё это время стояла рядом, а теперь положила ладонь мне на плечо, и по телу разлилась тёплая волна. Её энергия жизни вливалась в меня, не давая вихрю в груди окончательно заглохнуть.

Теперь поверхность Врат стала уже, полностью затвердев с одной стороны и став хотя бы непроницаемой с другой, но всё равно пока сохранялась довольно большая средняя часть. Выходит, чтобы закрыть Врата полностью, надо активировать все чёрные кристаллы. А чтобы лазейка Хаоса не активировалась вновь, за кристаллами придётся следить и периодически подпитывать.

Горошина рассыпалась в пальцах, поверхность Врат вдруг заколыхалась посередине. Мужики отпрянули и выставили копья перед собой, охотники вскинули луки.

Плёнка вспучилась, и на землю вывалился скрежень, краб-переросток с клювом на змеиной шее. Он рванул было в сторону, но я уже выбросил руку, и корни, вырвавшись из земли, обвили его лапы. Тварь захрипела, задёргала лапами, пытаясь освободиться, и в этот момент я всадил в неё огненный шар. Сгусток оранжевого пламени прожёг хитин на груди, скрежень завалился на бок, дёрнулся пару раз и затих.

— Нужны ещё чёрные ядра, — произнёс я, глядя как Игорь начал добывать ядро из монстра. — Пока просвета хватает, чтобы твари выбирались. Одной горошины оказалось мало.

— Нужно ещё, — согласился Андрей, что-то быстро черкая в тетради. — Много нужно. Но механизм работает, это главное!

Я оглядел Врата. Восемь кристаллов, из них два теперь мерцали гораздо ярче остальных, а поверхность рядом с одним была ровной и мутной, возле другого не колыхалась, но пока ещё не затвердела.

Если одна горошина закрывает примерно шестую часть Врат, то для полного закрытия нужно ещё шесть таких же и хотя бы зерно для первого, для закрепления эффекта. Или что-то более серьёзное надо использовать для полного закрытия Врат, орех, например. Или сфера. Но где их взять в таких количествах?

Ладно, об этом подумаю позже. Сейчас главное — вернуться домой.

Мы собрали ядра с последнего скрежня, Андрей с Игорем быстро сняли панцирь, и отряд двинулся в обратный путь. Шли молча, экономя силы. По пути к Дубровке ещё пару раз вылезали небольшие группы монстров, с которыми мы быстро и без потерь разделались.

Когда подходили к Дубровке, уже смеркалось. Первым заметил нас Ваня, который сторожевым сурикатом торчал прямо за дамбой. Мальчишка тут же заорал что есть мочи:

— Наши идут! Барон вернулся!

Почти сразу по деревне прокатилась волна криков, послышался топот, и из-за ворот высыпали оставшиеся ельгинские мужики и все наши женщины. Настя, Марина, Лена, Ульяна, Вера, ещё кто-то, дети, баба Марфа.

— Илюша! — закричала Настя, опрометью бросаясь к мужу и повисая у него на шее. — Живой! Слава Богу, живой!

— Гаврила! — Марина вцепилась в старосту, уткнулась лицом в его бороду, сжала крепкой хваткой плечи и разрыдалась в голос. — Я тут места себе не находила! Думала, убьют тебя, окаянного!

— Тише, тише, женщина, — пробасил Гаврила, неуклюже поглаживая жену по спине свободной рукой, в другой сжимал древко копья до белых костяшек. — Чего развылась-то? Живой я, вон, весь на месте: и руки, и ноги, и даже голова.

На душе было тепло. Ставшая родной деревня, мы все вернулись, никого не потеряли, бабы плачут от счастья, дети визжат, Верный носится вокруг и лает от радости. И даже Ира машет рукой от ворот.

Ко мне подошёл Савелий, ельгинский староста.

— Ваше благородие, рад что вы вернулись в целости и сохранности, — начал он, кланяясь. — Докладываю. Пока вас не было, к дамбе волки подходили. Трое. Мы их из луков, ранили двоих, и они убежали в лес. А так всё спокойно, если не считать, что бабы там что-то не поделили, но потом правда быстро затихли.

Савелий хотел что-то добавить, но тут из толпы вынырнула баба Марфа с клюкой и заверещала на всю улицу:

— Бабоньки, хватит мокрое дело-то разводить! Мужиков кормить надоть!

Народ внял словам любительницы гороха и двинулся в сторону столовой.

— Идём, ваше благородие, — подошёл ко мне Гаврила, вытирая лицо платком, который ему сунула Марина. — Заслужили ужин.

У столовой выстроилась целая очередь к бочке с водой. Мужики умывались, фыркали, женщины бегали вокруг с ковшами и пытались хоть как-то привести дружину в божеский вид.

— Дай-ка, я тебе шею протру, — подскочила Настя к Илье с мокрой тряпкой. — Опять весь в кровище, как мясник.

— Так это не моя кровь, — хмыкнул Илья, наклоняясь и подставляя шею. — Монстрячья.

— Вот и хорошо, что не твоя, — Настя принялась яростно тереть ему загривок. — А то я извелась вся, пока тебя не было.

— Ой, хватит, кожу сдерёшь! — взвыл Илья, отскакивая. — Ты что, наждаком решила меня начистить?

Наконец все прошли в столовую, расселись за столом. Марина с Леной и Ульяной уже выставили на стол горшки с кашей, жареную рыбу, хлеб, миски с соленьями. Мужики накинулись на еду так, что в столовой стало тихо на пару минут.

Потом Андрей оторвался от миски, вытер рот рукавом и громко объявил:

— А ведь мы сегодня Врата Хаоса нашли!

Все головы повернулись к нему. Мой советник, воодушевлённый вниманием, вскочил из-за стола и начал рассказывать, размахивая ложкой. Каша с ложки полетела во все стороны, и одна особо жирная клякса шлёпнулась прямо на лоб Илье.

Илья замер, потом медленно поднял руку, вытер лоб и посмотрел на пальцы. Нахмурился, перевёл взгляд на Андрея.

— Ты чего дерёшься? — мрачно спросил он, поднимаясь из-за стола.

— Я не дерусь, я рассказываю! — возмутился Андрей, разводя руками и с его ложки слетел ещё один комок каши и плюхнулся Гавриле прямо в бороду.

Староста тоже поднялся, вытирая бороду и сверкая глазами.

— Это что за обстрел кашей? — прогудел он.

Мужики засмеялись, женщины тоже захихикали, шушукаясь между собой. Андрей медленно опустился на лавку, изумлённо глядя на свою коварную ложку с капающей с неё кашей.

— Так я это… — кашемёт на мгновение замялся, а потом расплылся в улыбке и выпалил: — Добавки хотел вам подложить!

— Держите меня семеро! — тряся испачканной бородой, староста сжал перед собой большой кулак. — А то неровен час у этого заботливого сейчас убавка каких-нибудь конечностей произойдёт!

Илья же угрожать не стал, а перешёл к действиям.

— Вот тебе тоже добавка! — Илья схватил со стола ложку и зачерпнул кашу. — Получай!

Каша полетела в Андрея, но тот