На краю Земли - Сергей Хардин
После этого напор внезапно ослаб.
Оставшиеся твари остановились среди деревьев. Несколько мгновений они смотрели на нас, потом начали отступать, одна за другой исчезая в зарослях.
— Не преследовать! — приказал я. — Строй держать, пока не убедимся, что они действительно ушли.
Мы простояли ещё несколько напряжённых минут. «Чуткий ветер» постепенно перестал чувствовать движение вблизи стены. Только после этого я позволил людям перевести дыхание.
На земле лежало несколько заражённых туш. Чёрная кровь пропитала траву, воздух наполнился знакомым мерзким запахом. Бойцы устало опирались на оружие, однако все оставались на ногах.
— Зацепило кого-нибудь? — спросил я, проходя вдоль строя.
— Нет, — ответил Виктор, быстро оценивая людей. — У Тимофея бровь рассечена, одному ногу подвернуло, ещё Савва запястье ушиб. Вчерашнему раненому хуже не стало.
— Тогда сначала перевязки, потом трофеи.
Никакой необходимости заставлять измученных людей немедленно потрошить туши не было. Лишь после того, как Прохоровы мази и корпия снова пошли в дело, несколько бойцов занялись осколками.
Добыча получилась неплохой: несколько камней второго ранга и два третьего. Я убрал их в отдельную суму, мысленно уже прикидывая, сколько подобных ресурсов потребуется Поречью в будущем.
Мирослав подошёл ко мне, когда осмотр почти закончился. Всё сражение он держался позади строя, готовый применить магию, если ситуация станет действительно критической, но вмешиваться ему так и не пришлось.
— Начинате думать не только о том, кого ударить первым, — произнёс старик, посмотрев на людей, которые приводили оружие в порядок. — Правильно двигаете строй, прикрываете слабые места, не гонитесь за отступающими. Это куда полезнее ещё одного мощного заклинания.
— Неужели похвала? — усмехнулся я.
— Не обольщаетесь, — сухо ответил Мирослав и сразу посмотрел на огромные четырёхпалые следы возле стены. — Особенно здесь. То, что ходило вокруг нас ночью, в этой драке так и не показалось.
Я тоже перевёл взгляд на лес. Из глубины зарослей донёсся тихий треск ветки.
— Знаю, — ответил я. — Поэтому быстро заканчиваем и занимаемся подземельем. На поверхности задерживаться дольше необходимого смысла нет.
После короткого отдыха мы вернулись к заваленному входу. Солнце уже поднялось над лесом, но над Заставой всё ещё висел сырой туман, клубившийся между остатками стен.
— Наверху остаются двое, — распорядился я, оглядывая людей. — Вчерашний раненый и ты, Матвей.
Молодой лучник вытянулся.
— Слушаюсь, ваше сиятельство.
— Охраняете коней и вход. Если заметите крупную тварь или услышите бой внизу, не лезете следом. Сигнал подаёте три раза подряд и держитесь возле выхода. Если наружная угроза станет слишком серьёзной — уходите на верхнюю площадку стены. Понятно?
Оба подтвердили приказ. После этого мы принялись за завал. Плиты лежали слишком правильно, чтобы считать их обычным обрушением. Некоторые словно намеренно надвинули на проход, а сверху уже за долгие годы нанесло землю и мелкий щебень. Мы использовали рычаги из крепких жердей, подкапывали края и по одному вытаскивали более мелкие обломки.
Примерно через полчаса открылась первая широкая ступень. Ещё спустя час проход стал достаточно широким, чтобы спускаться по одному человеку.
Я зажёг факел.
— Виктор идёт сразу за мной, Мирослав следом. Остальные держат расстояние в несколько шагов. Ничего незнакомого не трогать без команды.
Десятник коротко кивнул.
Лестница уходила вниз под небольшим уклоном. Ступени выглядели удивительно хорошо сохранившимися: края почти не осыпались, камень не растрескался, словно время здесь двигалось иначе, чем наверху. Воздух оказался прохладным и сухим. Не пахло ни плесенью, ни сыростью, только пылью и старым камнем. Первый коридор тоже сохранился почти идеально. Виктор провёл ладонью по стене и нахмурился.
— Наверху всё развалилось, а тут такое ощущение, будто кладку вчера закончили.
Я поднял факел выше. Массивные блоки были подогнаны настолько плотно, что между ними почти не просматривалось швов. Никакого известкового раствора, привычных неровностей или следов грубой обработки.
— Вот это уже и заправду впечатляет, — пробормотал один из воинов.
— Потому руками всё подряд и не лапаем, — негромко напомнил Мирослав. Старик стоял возле стены, рассматривая тонкие рельефные линии. — Здесь слишком многое пережило тех, кто наверху строил саму Заставу.
Я приблизился. Поверхность камня покрывала сеть тонких узоров. Одни символы отдалённо напоминали знаки, встреченные на стелах, другие были значительно сложнее. Система откликнулась после короткой паузы:
[Искусственно обработанная магическая структура.
Функциональное назначение: не определяется.
Активная энергетическая реакция: отсутствует.]
Вот и всё. Ни возраста, ни названия исчезнувшего народа, ни удобного объяснения происходящего. Впрочем, именно такого поведения от Системы я теперь и ожидал.
— Что скажете? — спросил я Мирослава.
Старик провёл пальцами рядом с узором, не прикасаясь к нему.
— Что это значительно старше самой Заставы. Форпост наверху, похоже, построили уже над существовавшим комплексом.
— Предтечи?
— Возможно. А возможно, и те, кого даже они считали древними. Не собираюсь выдумывать ответ только потому, что вам хочется красивого названия.
— Вот за это вас и ценю.
— А я думал, за отвратительный характер.
Несколько воинов тихо усмехнулись, и напряжение немного отпустило.
Мы продолжили путь. Коридор вскоре раздвоился. Я остановился и попытался почувствовать слабый энергетический отклик, который заметил ещё наверху. Слева ощущалась едва различимая дрожь, настолько слабая, что стоило отвлечься на дыхание людей или пламя факелов — и она почти исчезала.
— Туда, — сказал я, указывая налево. — Слабый отклик идёт оттуда.
Мирослав посмотрел в указанную сторону.
— Я почти ничего не чувствую.
— Я тоже не назвал бы это дорогой с указателями.
Мы пошли дальше. С каждым шагом ощущение становилось немного отчётливее. Не настоящий поток и тем более не приказ следовать куда-либо, а просто слабая пульсация где-то в толще камня.
В конце коридора обнаружилась глухая стена. Я поднял руку, останавливая остальных. Отклик шёл прямо из-за неё. На поверхности камня виднелись те же тонкие знаки, что встречались нам раньше, только здесь они образовывали замкнутый рисунок вокруг едва различимого вертикального шва.
— Похоже на дверь, — негромко заметил Виктор.
— Только ручку прикрутить забыли, — пробормотал я.
Я приблизился на шаг. Несколько символов возле шва неожиданно вспыхнули слабым голубоватым светом.
— Ваше сиятельство, назад, — сразу предупредил Виктор, шагнув ко мне.
— Стоять, — я поднял ладонь.
Не потому, что был уверен в безопасности происходящего, а потому, что любое резкое движение сейчас могло оказаться хуже бездействия.
Символы зажглись один за другим, затем внутри стены раздался очень тихий глубокий щелчок. Каменная плита с утробным, но не громким скрежетом плавно ушла в сторону. Никто не произнёс ни слова. За открывшимся проходом обнаружился новый коридор, полностью погружённый во тьму. Мирослав смотрел туда так напряжённо, что пальцы побелели на древке посоха.
— Вот такого я действительно раньше не видел, — тихо произнёс он. — Даже когда Застава ещё существовала, никто