На краю Земли - Сергей Хардин

До вершины мы добрались без очередного нападения монстров. Внутренний двор Заставы встретил нас всё той же противоестественной тишиной. Под сапогами похрустывал мелкий камень, ветер слабо шевелил верхушки деревьев, но здесь почти не было птиц и не слышалось возни мелкого зверья.

— Место как могильник, — вполголоса пробормотал один из бойцов.

Виктор повернул к нему голову.

— Потому глаза держи открытыми, а не язык.

Воин моментально умолк и принялся внимательнее рассматривать ближайшие развалины.

От внешней стены сохранилась едва ли треть. Каменную кладку покрывал мох, из щелей росли кусты и молодые деревца, корни которых медленно разрушали остатки укреплений. Однако возле бывшего внутреннего двора обнаружилась странная особенность.

За пределами стены заражённые растения встречались постоянно: сероватые наплывы, больные грибы, белёсые нити на корнях. Внутри же их становилось заметно меньше. Не исчезали полностью, но выглядели слабее и попадались отдельными пятнами. Виктор первым обратил на это внимание.

— Видите? — спросил десятник, указав концом меча на край старой кладки. — Внутри заставы гнили значительно больше.

Я медленно оглядел площадку.

— Значит, здесь всё ещё сохраняется какое-то воздействие. Слабое, но Мицелию оно явно мешает закрепляться так же быстро, как вокруг.

Мирослав подошёл ближе и нахмурился.

— Вот теперь можно надеяться, — произнёс он, однако сразу поднял палец. — Именно надеяться, а не радоваться. Если здесь действительно остался живой Камень, его влияние сейчас настолько слабое, что едва удерживает этот клочок земли от заражения.

— Это я уже хорошо усвоил, — ответил я. — Значит, ищем источник.

Старик подошёл к большому обломку кладки у края двора и опустился на одно колено. Счистив землю и мох, он открыл часть тонкой резьбы на поверхности. Переплетающиеся линии напоминали знаки, которые мне уже доводилось видеть на древних объектах.

— Что здесь написано? — спросил я, присев рядом.

— Не текст в обычном понимании, — объяснил Мирослав, внимательно рассматривая узор. — Скорее часть старого контура. Подобными знаками обозначали и соединяли элементы инфраструктуры, связанные с Камнями. Когда всё работало, по этим линиям проходила энергия.

— А сейчас?

— Сейчас они молчат.

Я сосредоточился на обломке.

[Фрагмент древней магической инфраструктуры.

Активность: отсутствует.

Сохранившиеся энергетические структуры: частично повреждены.

Источник питания: не определяется.]

На этот раз информация хотя бы подтверждала то, что Мирослав и без неё уже установил.

«Полностью мёртвым это место Система не считает», — едва не произнёс я вслух, но вовремя прикусил язык.

Вместо этого поднялся и немного отошёл в сторону. Если Камень действительно сохранился где-то под Заставой, следовало попытаться почувствовать хотя бы остаточное движение силы. Я прикрыл глаза и сосредоточился так, как учил Мирослав, не пытаясь охватить всё вокруг сразу.

Поначалу не ощущал ничего. Затем где-то глубоко под ногами появилось слабое чувство, похожее даже не на поток, а на едва заметную дрожь. Несколько тонких импульсов возникали и исчезали, словно в глубине земли тлел почти погасший источник, который всё ещё пытался поддерживать связь с окружающими структурами.

— Что-нибудь есть? — негромко спросил Мирослав, заметив мою сосредоточенность.

Я открыл глаза.

— Очень слабое. Где-то внизу. Не могу понять, это один источник или остатки энергии в самих конструкциях, но полной пустоты здесь точно нет.

Старый маг выпрямился и отряхнул ладони от земли.

— Тогда искать стоит. Если Камень окончательно не угас, даже такой отклик уже хороший знак. Но пока это только возможность, не больше.

Я согласно кивнул. В этот момент один из бойцов, осматривавших противоположную сторону двора, поднял руку.

— Ваше сиятельство! — негромко позвал он, когда мы обернулись. Воин стоял возле расколотого участка внутренней стены и указывал мечом на тёмный провал между камнями. — Здесь проход обнаружился. Похоже, вниз ведёт.

Мы подошли к самой стене. У её подножия, почти полностью занесённый землёй и каменной крошкой, темнел вход. Проход перегораживали тяжёлые каменные плиты, словно когда-то их намеренно сдвинули сюда, однако перекрыть спуск полностью так и не успели. Одна плита накренилась, оставив узкую щель, за которой виднелась лишь непроглядная темнота.

— Не по душе мне это место, ваше сиятельство, — негромко произнёс Степан, не сводя глаз с проёма. — Вроде просто дыра в земле, а смотреть туда совсем не хочется.

Я поднял голову к небу. Солнце уже опускалось к верхушкам деревьев, тени от развалин становились всё длиннее. Лезть в незнакомое подземелье на ночь глядя было бы чистым безумием, особенно после того, что мы видели по дороге.

— Сегодня внутрь не идём, — твёрдо решил я. — Вход осмотрите внимательно, но ничего не двигайте и руками без нужды не трогайте. На рассвете разберём завал и только тогда решим, насколько глубоко полезем.

По лицам людей промелькнуло явное облегчение.

— Лагерь разбиваем здесь, во внутреннем дворе, — продолжил я, обводя развалины взглядом. — Крупные проломы в стенах прикроем тем, что найдём. Караул ставим в две точки: первая смена держит бывшие ворота и внешний подход, вторая — этот спуск. Подземный вход всю ночь остаётся под наблюдением.

Виктор коротко кивнул и сразу принялся распределять людей. Отсутствие Анатолия неожиданно ощущалось особенно сильно: никто не перекрывал стройку громким голосом, не вставлял шутки в самые неподходящие моменты и не заставлял уставших людей ухмыляться даже тогда, когда повода для веселья совсем не было.

Проломы кое-как заложили камнями, сухими ветвями и принесёнными от края двора стволами поваленных деревьев. Полноценной преграды из этого, конечно, не получилось, зато любое крупное существо уже не прошло бы внутрь совершенно бесшумно. Посреди двора развели небольшой костёр, скорее ради света, разогрева ужина и ощущения хоть какого-то порядка, чем для тепла.

Лошадей привязали возле наиболее целого участка стены. Раненому бойцу снова промыли и перевязали бок, после чего он поел вместе со всеми и почти сразу уснул, завернувшись в плащ. Мелькнула мысль использовать то самое зелье, что я видел в руках Прохора в первый час моего пребывания в этом мире, но решил пока воздержаться, так как впереди неизвестность и могут быть травмы посерьёзнее, где без него никуда, а этого ресурса исключительно мало.

Я сидел возле огня и смотрел на тёмную щель под стеной. Дрожащие отсветы пламени ложились на накренившиеся плиты, отчего временами начинало казаться, будто сам провал едва заметно шевелится.

Мирослав опустился рядом и протянул к костру озябшие руки.

— Как думаешь, там действительно мог сохраниться Камень? — спросил я, не отрывая взгляда от входа.

Старик некоторое время молчал, а затем пожал плечами.

— Мог. Но я бы пока даже это не стал утверждать наверняка. Мы ощущаем остаточную силу, внутри двора Мицелию труднее закрепляться, а значит, что-то внизу ещё работает или хотя бы тлеет. Что