На краю Земли - Сергей Хардин

Сначала ничего, потом камень начал теплеть — медленно, почти незаметно. Изумрудный свет внутри осколка стал ярче, я ощутил знакомое движение энергии, только теперь она уходила не в огромный кристалл, а в живое тело.

Мирослав резко вдохнул. Осколок завибрировал, свет из него постепенно уходил. Потом камень покрылся трещинами и рассыпался. Старик дёрнулся всем телом и сделал ещё один вдох, теперь гораздо глубже, потом ещё. Его пальцы зашевелились, веки дрогнули и открылись. Глаза мутные, но совершенно осмысленные.

Он несколько секунд молча смотрел на меня, потом на Виктора, после снова на меня.

— Ты кто? — хрипло спросил старик.

— Владимир Скуратов, — ответил я и убрал руку. — Граф. По княжьей воле теперь отвечаю за Поречье.

Мирослав медленно усмехнулся.

— Граф… — из груди вырвался слабый смешок, почти кашель. — Значит, вспомнили всё-таки про дальний край? — Старик вдруг прищурился. — Или ты ссыльный?

Умный дед.

— Это сейчас неважно, — холодно ответил я.

Такой комментарий был ни к чему, хоть мои бойцы и знали об этом.

— Для ссыльного обычно очень важно, — продолжил старик.

— Для умирающего тоже многое кажется важным, — парировал я, сжав руку в кулак.

Старик снова усмехнулся.

— А язык у тебя острый.

— Вы живы, значит, уже польза.

Мирослав попытался приподняться, но не смог. Я подхватил его за плечо.

— Камень Поречья я подпитал, — сказал я. — Сейчас примерно три четверти прежнего состояния. Распространение Мицелия возле деревни удалось остановить, земля понемногу приходит в себя.

Старик перестал усмехаться и удивлённо переспросил:

— Сколько?

— Около трёх четвертей.

— Сам справился?

— Не один, осколки добывали все.

— Я не о том.

Мирослав посмотрел на меня внимательнее.

— Подпитку сам проводил?

— Сам.

Старик несколько секунд молчал.

— Воздушник, — это прозвучало не вопросом. — Вторая ступень, — продолжил он и нахмурился. — А уже канал передачи удерживаешь.

— Похоже, удерживаю.

— Где учили?

— Нигде, самоучка.

Мирослав даже немного поднял голову.

— Нигде?

— Сам разбираюсь потихоньку, выбора всё равно не было.

— Значит, либо врёшь, либо неприятно талантливый.

— Мне второй вариант больше нравится, — хмыкнул я.

Старик тихо крякнул.

Система тем временем обновила объективные показатели:

[Мирослав.

Физическое состояние: тяжёлое, стабилизировано.

Магический резерв: 7 %.

Непосредственная угроза жизни снижена.]

— Зачем вы здесь остались? — спросил я. — Яков говорит, раньше вы ходили в Поречье и поддерживали Камень.

— Не только его, — Мирослав опустил взгляд.

— Что значит «не только»?

— Камней вокруг больше одного, граф, — старик говорил тяжело, прерываясь на дыхание. — Малые узлы, слабые. Где родник держат, где луг, где лесной участок. Я за несколькими следил.

Вот это новость.

— И что случилось?

— Мицелий стал сильнее.

Мирослав закрыл глаза.

— Один узел погас, потом другой. Дороги заросли, зверьё изменилось. Я таскал осколки, пока мог, — он усмехнулся. — Потом перестал успевать добывать столько, сколько уходило.

— Почему в Поречье не пришли?

— Пытался, — Мирослав посмотрел на меня. — Ты видел завал?

— Видел.

— Года два назад его там не было. Вот и ответ.

Старик снова прикрыл глаза.

— Последний раз от Поречья пришлось повернуть, едва живым ушёл. Потом уже просто держал вокруг избы небольшой участок и ждал, что кончится раньше — силы или зверьё.

— Судя по всему, первыми закончились силы, — сделал я очевидный вывод.

Старик пожал костлявыми плечами.

— Решил умереть дома. Не самый худший вариант.

— Теперь уже не получится, — добавил я.

— Это я уже заметил, — на этот раз в голосе мелькнуло раздражение.

Это хорошо, значит, жить точно будет.

— Мне нужен человек, который знает Камни, — сказал я. — Пойдёте с нами.

— Вот так сразу? — Мирослав слегка опешил и заозирался.

— Можете здесь остаться, — я указал на лежанку. — Правда, через пару дней снова окажетесь примерно в том же состоянии.

— Не люблю, когда со мной разговаривают моими же мыслями, — Мирослав недовольно посмотрел на меня.

— Я тоже.

Старик ненадолго задумался, потом спросил уже спокойнее.

— Есть ещё зелёный? Осколок жизни, хотя бы второго ранга. Не для источника, тело хоть немного восстановить.

У меня такой был. второй осколок из медведя. Я достал его. Мирослав осторожно взял камень, внимательно посмотрел.

— Подойдёт.

Он сжал осколок ладонями. На этот раз всё произошло иначе, не было нитей между мной и реципиентом, старик сам направлял энергию. Зелёный свет медленно проникал в кисти, поднимаясь по рукам, осколок тем временем тускнел. Мирослав прикрыл глаза.

Через минуту камень треснул, старик выдохнул. Лицо всё ещё оставалось худым и серым, но сидел он уже без моей помощи.

— Теперь лучше, — он осторожно поставил ноги на пол.

— До Поречья дойду.

— Уверены? — спросил я, его вид мне пока совсем не нравился.

— Я маг Земли пятой ступени, мальчик.

— А пять минут назад помирали на кровати, — добавил я.

Мирослав пристально посмотрел на меня. Виктор за моей спиной кашлянул, похоже, скрывал усмешку.

— Ладно, граф, — проворчал старик. — Один — один.

Мирослав осторожно поднялся, но тут же пошатнулся и схватился за стену, но устоял.

— Только сначала соберём мои вещи, я без них никуда, — Мирослав вдруг странно посмотрел на меня, затем внезапно прищурился. — А книга у тебя откуда?

Я машинально коснулся сумки, висевшей на поясе, корешки книг немного торчали.

— Какая? — спросил я, невинно вскинув брови.

— Не строй из себя дурня, — старик кивнул на неё. — Такие переплёты я видел, правда очень давно.

Вот это уже интересно.

— Нашёл в пустой деревне возле брода.

Мирослав замер, словно окаменел, посмотрел на меня, как на инопланетянина.

— В каком доме?

— На дальней окраине. Большой сруб, травы под навесом, книги.

Лицо старика снова стало тяжёлым.

— Травника, значит…

Мирослав медленно сел обратно и задумчиво потёр переносицу.

— Вы его знали? — спросил я и требовательно добавил: — Имя?

— Знал, — старик снова тяжело поднялся. — Но давай об этом потом, сейчас я только из могилы вылез, а ты уже допрос устроил.

Логично, но по реакции было ясно: вопрос неприятный.

— В деревне людей нет, — добавил я. — Вообще. Ни тел, ни костей, только вещи остались.

— Добрались-таки… — Мирослав медленно закрыл глаза.

— Кто?

Он открыл глаза.

— Я сказал: потом! — твёрдо ответил старик, голос уже не был слабым.

Спорить с ним сейчас не стал, всё равно не убежит. До Поречья далеко, разговор ещё будет.

— Ладно.

— Для второй ступени ты неплохо работаешь с воздухом, — неожиданно сказал он. — Книга, кстати, правильная.

— Вы её читали?

— Не эту конкретно, похожую. Видел лет тридцать назад.

— И где вы такую раньше встречали? — поинтересовался я.

— Ты всегда столько вопросов задаёшь? — старик уставился на меня.

— Когда ответов мало.

— Привыкай, в этом мире их всегда меньше, чем вопросов.

Мы