Последний перевал - Олег Дмитриев

***

– Держи револьвер наготове, но не свети им, пусть будет сюрпризом, если тут эти, шизанутые, – сказал Максим, слезая со снегохода. Рюкзак он скинул на сиденье, сайгу взял наизготовку.

Лена молча двинулась за ним к дому. Третий кордон был практически копией первых двух. Только он не был окружен лесом, и от него хорошо просматривалась долина. Охотник аккуратно отворил дверь и заглянул внутрь. За длинным обеденным столом сидел мужчина и пил чай.

– Заходите! Что как не родные? – нарочито приветливо сказал он.

– Ты кто? – стоя на пороге, спросил Максим.

– Я кто? Я – смотритель третьего кордона. А вы вот кто такие? На снегоходе, да еще и с оружием, прям целый букет нарушений! – ответил мужчина.

– Мы – остатки группы туристов. Остальные погибли. Нам срочно надо связаться с заповедником и вызвать помощь! – сказал Максим, не торопясь заходить в дом.

– Как погибли?! Где?! От чего?! – встрепенулся смотритель и встал из-за стола. – Скорее в дом! Я сейчас включу радиостанцию.

Мужчина пошел в комнату смотрителя. Максим вошел в общую комнату, Лена прошла следом. Что-то было не так. Они не могли понять, но было тут что-то странное. В голове Максима вертелся ответ, но он не мог его поймать. Точно! Голос! Именно этот голос отвечал в радиостанцию за первый кордон, когда он подслушивал у окна.

– Засада! – закричал охотник и бросился вслед за скрывшимся в комнате «смотрителем третьего кордона».

Когда он был в центре комнаты, сзади с лестницы на второй этаж прозвучал выстрел, громкий, оглушающий. Максим прогнулся назад и упал лицом вниз. Тут же входная дверь распахнулась, и в дом ворвался третий сектант, схватив рукой за шею Лену.

– Ну вот ты и попалась, сучка! – сказал мужчина, которого остальные сектанты называли Альфа. Он у них был типа вожака. Это девушка узнала еще ночью, когда он в подробностях рассказывал ей, что с ними произойдет.

Со второго этажа спустилась женщина, у нее в руках было одноствольное ружье двенадцатого калибра.

– Ну хоть одну взяли живой, хозяин будет рад, – сказала она.

– А этот точно мертв? – спросил «смотритель», выйдя из комнаты и подойдя к телу Максима.

– Возьми нож и перережь ему горло для уверенности, – ответил Альфа.

– Да знаешь, что-то не хочется, может ты сам? – заюлил «смотритель».

– Трус! – крикнула женщина и села за стол.

– Хватит собачиться. Скоро сюда прибудет хозяин. Кстати, из твоих друзей получился отличный ужин и завтрак, – кивнул Альфа Лене, – а из-за вас, из-за того, что вы сбежали, мы попали в немилость и если бы мы вас не поймали, то тоже стали бы едой. А теперь едой будешь ты. Твой друг, похоже, сдох, а хозяин ест только живое. Слышала бы ты, как твои друзья визжали, когда их рвали на части! – зло смеясь, продолжал рассказывать Альфа, – особенно девка. Я сам лично отрезал ей сиськи и знаешь, что потом? Он позволил нам всем съесть их, чтобы мы готовились к перерождению, чтобы могли стать такими, как он. А того погрызенного волками мы долго пытали, хозяину нравится, когда жертва сначала страдает, ему так вкуснее, так его раны быстрее зажили.

Лена молчала. Она безучастно рассматривала лежащего по полу охотника. На его куртке было хорошо видно несколько отверстий, оставленных картечью, которая, не успев нормально раскрыться, очень кучно вошла в тело.

Альфа повернулся к девушке, притянув ее вплотную к себе, сказал:

– А может, мне попользоваться тобой, пока хозяин в пути, ты вроде нич…

Договорить он не смог. Раздались хлопки, гораздо тише, чем выстрел из ружья, но тоже хорошо слышимые. Один, второй, третий. Альфа согнулся пополам и повалился на пол рядом с телом Максима. Лена достала из разорванного пулями и дымящегося кармана куртки револьвер и начала стрелять в стоящего в нескольких шагах «смотрителя». Молча, без эмоций. Она просто начала убивать. Выстрелив три раза, она попала только один, но этого хватило, чтобы он упал, зажимая рану в груди руками.

Сидящая за столом женщина, не веря своим глазам, судорожно, трясущимися руками начала переламывать ружье в надежде успеть перезарядить его. Всем известно, что в экстремальной ситуации человек не поднимается до уровня своих ожиданий, а опускается до уровня своей подготовки. Вот и эта сектантка опустилась до этого уровня, который, судя по всему, был немногим выше нуля. Как и все сектанты, она ни к чему не готовилась, не тренировалась, она просто была одержима идеей, которая давала ей уверенность в своих действиях, но не давала знаний и навыков. Именно эта идея и собрала вместе кучку маргиналов-садистов, которые мечтали стать хоть кем-то в этой жизни. Они ненавидели всех вокруг за то, что те чего-то добились, могли, умели, у них получалось. А эти просто хотели иметь, получать, но ничего для этого не делать.

Оружие само по себе – это кусок металла и дерева или пластика. Оно ничего не может без человека. А человеку, чтобы правильно использовать оружие, необходимо учиться и регулярно тренироваться. Только тогда от оружия будет польза. Ну и перезаряжать оружие нужно сразу, как только закончились патроны…

Лена тоже не имела никакой подготовки, ни огневой, ни бойцовской. Зато она очень хотела жить, хотела жить как никогда. А еще она была в дикой ярости. Она сама не могла представить, что способна на такое. Она хотела убивать. Убивать жестоко и беспощадно. Девушка очень быстро привязывалась к людям, сходилась с ними, сдруживалась. Поэтому жестокая и мучительная смерть тех, кого она знала всего два дня, потрясла ее немногим меньше, чем потрясла бы смерть близкого человека. А эти твари, нет, не люди, кто угодно, но не люди, просто смеялись над их смертью, над тем, как те страдали. Они убили Максима, они хотели убить ее саму. Нет, им просто незачем оставаться живыми. Ярость в совокупности с желанием жить делала свое дело. Как стрелять из револьвера она узнала только несколько минут назад. Именно поэтому пуля попала женщине в ключицу, а не в голову. И потом еще несколько щелчков курка, по стреляным гильзам в барабане.

Лена непонимающим взглядом смотрела на оружие в своей руке. Почему оно больше не стреляет?

– Патроны кончились, – раздался голос, пусть и не родной, не любимый, но именно тот, который она сейчас больше всего хотела услышать.

– Ты живой?! – радостно закричала девушка, повернувшись к Максиму, который, корчась от боли, смог повернуться на бок.

– Пока еще да, но, видимо, не надолго. Они еще живы, добей их, не теряй времени, – тихо проговорил охотник.

– Как добить? – спросила