На краю Земли - Сергей Хардин

Уголок рта Виктора едва заметно дёрнулся. Я повернулся к Федоту.

— Двор закрыть. В хлев без необходимости никто не входит. Вторую корову перевести в другое место, где нет этой плесени.

— Куда ж я её ночью…

— К соседям, в сарай, под навес — придумай. Только отсюда убрать.

Федот кивнул.

— И следи за ней, — продолжил я. — Если начнёт метаться, пойдёт пена, появятся пятна, вздутия, странный запах — что угодно необычное, то сразу ко мне, Виктору или Прохору.

— А если ничего не будет? — Мужик нервно дёрнул щекой.

— Тогда считай, что тебе повезло.

Федот хотел что-то добавить, но передумал. Яков стоял немного в стороне и всё смотрел на тёмную низину.

— Завтра с рассветом, — сказал я ему, — пойдём по следу. А потом обойдём все дворы, где был падёж, плесень, гниль или странные пятна. Все до единого.

— Люди могут не понять, — стоял на своём староста.

— Поэтому пойдёшь со мной и будешь объяснять, — ответил я немного раздражённо, сказывалась усталость.

Староста покосился на меня.

— Моё дело, значит?

— Ты староста.

— Это я и без вас помню, ваше сиятельство.

А вот сейчас и в голосе старика впервые мелькнуло что-то похожее на обычное человеческое раздражение. Странно, но меня это даже порадовало, лучше спорить, чем молча кивать и потом делать по-своему.

— Ещё мне нужен список тех, кто ходит на старый покос и в перелесок за ручьём, — прождолжил я уже спокойнее.

— Зачем? — вскинул седые брови старик.

— Потому что корову, скорее всего, не разорвали во дворе, — начал я пояснять, понимание облегчает послушание. — Её сильно ранили и утащили. Значит, тварь достаточно сильная, чтобы унести взрослое животное, и достаточно наглая, чтобы среди дня зайти почти в деревню.

Я посмотрел на чернеющие ивы.

— Подпитка Камня не означает, что заражённое зверьё теперь вдруг перестало сюда заходить. Он сдерживает Мицелий, а не ставит вокруг Поречья стену.

Яков медленно кивнул. Похоже, это он знал и без меня.

— Нужно понять, откуда оно пришло и не появлялось ли раньше, — закончил я мысль.

В этот момент Система снова отозвалась, на этот раз сообщение выглядело куда содержательнее:

[Подтверждён локальный очаг Мицелия.

Активность: скрытая.

Риск распространения внутри поселения: повышенный.

Рекомендуется обследование хозяйственных построек и источников воды.]

Я мысленно хмыкнул, вот теперь вовремя. По крайней мере, Система подтвердила то, до чего я уже почти дошёл сам.

— Ваше сиятельство… — тихо окликнул меня мальчишка.

Я обернулся. Тот самый вихрастый посыльный всё ещё стоял в стороне, почти слившись с тенью возле дерева.

— Ты почему до сих пор здесь? — спросил я.

Мальчик нервно сглотнул.

— Это не первый раз, — выдавил он явно с трудом.

Всё раздражение исчезло моментально.

— Что именно не первый раз?

Егорка посмотрел в сторону ручья.

— Кровь там уже была, — продолжил он.

Яков резко повернулся.

— Где? — спросил старик.

— На старом покосе, — ответил мальчишка и тут же втянул голову в плечи. — Не тут. Давно уже. Я видел.

— Когда? — спросил я.

— Недели две назад. Может, больше.

— И кому сказал? — спросил я, решив наседать до последнего, но так, чтобы не спугнуть инициативу.

Малец переминался с ноги на ногу.

— Деду Семёну.

Яков нахмурился ещё сильнее.

— И что Семён? — спросил мужчина.

Егорка покосился на старосту.

— Сказал, чтоб я не выдумывал. А потом сам сходил посмотреть.

— И? — спросил я.

— Сказал молчать, а то бабы вой поднимут.

Яков тихо выругался, на этот раз совершенно искренне. Значит, он тоже слышал об этом впервые.

— Семёна ко мне утром, — произнёс староста себе под нос.

— Не только Семёна, — поправил я. — Всех, кому есть что рассказать.

Егорка всё ещё стоял на месте и было видно — сказал не всё.

— Продолжай, — спокойно велел я.

Мальчик облизал губы.

— Я сегодня видел, — приглушенно произнёс пацан, и по спине пробежал холодок.

— Что? — спросили мы с Яковом в один голос.

— Как корову тащили.

Федот резко шагнул вперёд.

— Чего⁈

Егорка отшатнулся. Я поднял руку, останавливая мужика.

— Не пугай его. Егор, рассказывай.

Мальчишка нервно кивнул.

— После обеда было. Я к ручью ходил… ну, просто. И увидел за ивами что-то большое, мохнатое. Корову в зубах тащило.

— Какую? — спросил уже Федот.

— Не знаю. Она уже не мычала, — сказал мальчик, словно оправдываясь, и виновато глядя на Федота, потом на меня.

— Самого зверя хорошо видел? — спросил я.

Егорка покачал головой.

— Там тень, и ивы мешали. Большой очень. Я сначала подумал — медведь, только ходил странно, низко как-то.

Федот побледнел ещё сильнее.

— Почему сразу никому не сказал? — спросил я мальчика.

Егорка опустил глаза.

— Дед Семён сказал, если опять чего увижу, сначала ему говорить. А я его не нашёл, — сказал он, потупившись. — И страшно было.

Вот это уже объяснение, которому я верил.

— Правильно сделал, что сейчас рассказал, — сказал я, положив ему руку на плечо.

Мальчик осторожно поднял голову. Кажется, ожидал совершенно другой реакции.

— Но в следующий раз, если увидишь что-то подобное, сразу к старосте, ко мне или к моим людям. Один никуда не лезешь. Понял?

— Понял, ваше сиятельство.

— И к ручью один больше не ходишь.

— Да я…

Я просто посмотрел на него.

— Не хожу, — тут же согласился Егорка.

— Молодец, — я похлопал его по плечу и выпрямился.

Яков медленно провёл рукой по лицу. Усталость вдруг сделала его старше лет на десять.

— Вот так и живём, — глухо произнёс он. — Один увидел, да промолчал, другой решил, что пустяк, третий людей пугать не захотел.

— Завтра начнём менять эту привычку.

Я произнёс это негромко, без угроз, но Яков посмотрел на меня и кивнул. На этот раз без спора.

— Виктор, — позвал я, десятник тут же оказался рядом. — Ещё раз: здесь ставим ночные посты. Один на краю деревни, второй ближе к ручью. Огонь развести, но к воде не подходить и в низину не спускаться. Услышат крик, вой, рёв скота или просто движение — сразу будят остальных и меня.

— Понял, ваше сиятельство.

— Лучники на амбаре остаются до рассвета, — повторил я на всякий случай, чтобы у старосты в голове как следует закрепилось.

— Сделаем, — кивнул десятник.

Я повернулся к старосте.

— Яков, предупреди людей. После темноты никто из дома один не выходит. Скот проверить, воды принести, по нужде — только не в одиночку и не за край двора. Детей вообще наружу не выпускать.

Старик поморщился.

— Они и без того