Искатель, 2007 № 11 - Журнал «Искатель»
Теплый Поток висел в толще воды, медленно перебирая щупальцами, погруженный в свои раздумья. Он не заметил, как водный слой, в котором он завис, стал медленно перемещаться, увлекая астронавта с собой. Он очнулся от резких злобных криков, разносимых ультразвуковыми волнами. Взглянув вниз, он с ужасом увидел, что города под ним нет, его дома виднелись где-то у самого горизонта, а прямо под ним тянулась последняя линия силовых заграждений, защищавших город от набегов. Еще немного, и он очутился бы за пределами зоны безопасности во власти стаи дикарей, которая поджидала его за биосиловым полем, издавая яростные вопли. Вот стая бросилась к нему, не в силах дождаться, когда он минует заграждения — ряд живых грибов-эллипсоидов, распространявших мощные биоимпульсы страха. Пока еще эта преграда была для них непреодолимой, но дикари быстро мутировали. Необходимо было придумывать все новые и новые способы защиты. Вот они, похожие на больших плоских червей, извиваются невдалеке, горя желанием растерзать восьминогого и не решаясь броситься через заграждение. Теплый Поток, энергично работая щупальцами, быстро поплыл за импульсный барьер. Он был обескуражен и раздосадован. «Неужели старею? — подумал он. — Мне доверена судьба планеты. В силах ли я сделать все, что от меня требуется?» Дикий визг раздосадованной стаи, упустившей добычу, вернул ему твердость и душевное равновесие.
Взлетная площадка рядом с Космическим Центром была заполнена народом. Вода вокруг сотрясалась от ультразвуковых колебаний. Ребятишки гладили и почесывали корабль, который урчал от удовольствия. Взрослые прощались с астронавтами, желали им успеха, похлопывая на прощание щупальцами. Вот, наконец, космический корабль восьминогих плавно оторвался от взлетной площадки и стал медленно набирать высоту. Это был огромный двухстворчатый моллюск, створки которого были плотно сомкнуты, сохраняя внутри частицу водного мира планеты. На одном его конце размещался большой мускулистый мешок с запасом воды и соплами-трубочками, способными выбрасывать водяные струи, создавая необходимую для маневров реактивную тягу. Внутри створок находился сам моллюск. Его тело образовывало полости — отсеки, отгороженные кожистыми мембранами. В одном из отсеков хранились запасы минералов для питания. Когда вода в корабле истощалась, корабль приоткрывал мембрану, и свежая порция минералов растворялась в воде. Минералами питались особые бактерии, находящиеся в телах астронавтов и корабля, перерабатывая их в строительные вещества для своих организмов и в кислород. В другом отсеке находились сами астронавты. В следующем, переднем отсеке, упакованный в большие, плотно сжатые складки, лежал мешок из тонкой кожи. Он был продолжением мантии, а для создания вертикальной тяги в атмосфере наполнялся водородом, выделяемым специальной железой. Мешок мог выбрасываться кораблем по команде астронавтов через щель в передней части раковины. Больше отверстий в створках раковины не было. Зачем восьминогим иллюминаторы? Никакие стенки не могли быть преградой для их гравитационного зрения. Они отчетливо видели удаляющееся дно океана, видели заслоняющую собой все небо гигантскую тушу Владыки и плывущий над его горизонтом шарик Ио, видели вдали подлетающую к Владыке песчинку — астероид Глаз.
Корабль быстро поднимался вверх. Он уже миновал пояс невозвращения, выше которого низкое давление разрывало приспособленных к большим глубинам живых существ. Плотные створки и мощные мышцы, стягивающие их, надежно защищали внутреннее пространство корабля, сохраняя давление и температуру глубин. Приближался ответственный момент. Корабль подходил к трещине во льдах. На локаторах отчетливо виден был разлом в толще ледяной коры, ущелье, между уходящими ввысь отвесными стенами которого над водой уже нарастал слой свежего льда. Теплый Поток направил корабль к медленно отползающей стене, где над узкой полоской чистой, не успевшей замерзнуть воды клубился густой туман. Вот корабль закачался на волнах. Из его щели выполз мешок аэростата и распластался тряпкой на воде. Мешок стал быстро расправляться и расти, наполняясь водородом, и вскоре над горбом раковины повис в воздухе большой кожистый эллипсоид. Еще мгновение, и он, качнувшись, поставил корабль вертикально и тут же, оторвав его от воды, стал поднимать вверх. В разреженной атмосфере корабль медленно поплыл вверх и вскоре застыл в двух сотнях метров от поверхности. Приближалось время Z, когда планета, подойдя на минимальное расстояние к Юпитеру, проходила линию его наибольшего притяжения.
Астронавты застыли в напряженном ожидании, вглядываясь в силовые линии за бортом.
— Пора! — наконец сказал Теплый Поток и дал команду кораблю. Оболочка аэростата свернулась, а из контейнера с водой сразу в несколько сопел ударили струи воды, словно сверкнули ножи, обрезающие гравитационные путы Европы. Корабль рванулся вперед и вскоре уже плыл над Владыкой по его дальней орбите. Родная планета улетала вдаль по накатанному ею пути, оставляя своих посланцев в открытом космосе. Ее белый шар выглядел теперь крохотным и беззащитным на фоне могучего тела Владыки.
Перескочить с орбиты Юпитера на летящий астероид — все равно что запрыгнуть с вершины Эвереста на летящий «бо-инг». Для нас с вами. Для восьминогих такая процедура по сложности равнялась бы обгону мчащимся болидом Феррари ползущего впереди грузовика или чему-то в этом роде. Вся паутина гравитационных и магнитных силовых полей стояла у Теплого Потока перед глазами, все волны, испускаемые Юпитером и астероидом Глаз, были отчетливо видны. Теплый Поток видел развернувшуюся перед ним картину столь же ясно, сколь ясно увидел бы ее, оказавшись там, землянин… но только в других волнах и диапазонах. Огромный, заслоняющий полмира оранжево-красный Юпитер, опоясанный разноцветными поперечными полосами летящих газов в завитках атмосферных вихрей, темные горошины спутников над ним, а вдали рыжий апельсин негреющего Солнца. Эту картину увидел бы землянин. Эту же картину отчетливо видел восьминогий, точнее, даже более отчетливо. Ему видна была атмосфера Юпитера, виден океан сжиженного водорода и слой металлического водорода под ним, видно его твердое ядро из камня и металлов. Он видел все планеты-спутники Юпитера, даже не освещенные Солнцем, видел Землю, летящую вдали. Он видел гигантскую магнитосферу Владыки, сияющую для него наподобие солнца. Зато он почти не видел Млечного пути, раскинувшегося россыпью над ним, совсем не видел ни галактик, ни туманностей, ничего, что располагалось за пределами орбиты Плутона. Вселенная восьминогих лежала в границах Солнечной системы. За ее пределами царила неизвестность.
Корабль, крохотная песчинка, плыл над пылающим океаном Юпитера по орбите, которую должен был пересечь астероид. Вот он, Глаз, виден вдали, окруженный сияющим ореолом своего гравитационного поля. Теплый Поток и Наследник залюбовались волнующим зрелищем. Огромный валун, переливаясь всеми оттенками испускаемых им гравитационных волн, разрезал поле тяготения Владыки. Поле, окрашенное на этом расстоянии в бледные тона, закручивалось астероидом в большие, медленно расползающиеся завитки, мелкие перед ним и большие