Прах Барселоны - Джулия Лионе

Джоану вдруг оттолкнули. Она отскочила в сторону, пропуская мужчину с аккуратной бородкой, темными волосами с проседью, в светлых брюках и розовой рубашке с закатанными по локоть рукавами – по виду турист. А потом она узнала в нем главного инспектора Ивеса Вилу! Если начальник отдела здесь – дело серьезное.

Лицо напряженное, губы плотно сжаты. Он устремился к Тео.

И в эту минуту парень с силой стиснул зубы. Раздался странный хруст, точно он разгрыз леденец.

– Меня все равно заставят, – услышала его шепот Джоана.

Тео швырнул его на бок, залез пальцами в рот и попытался что-то оттуда извлечь. Парень размахивал руками, брыкался, кашлял и мотал головой. Инспектор Вила оседлал его сверху, надавив на локти и плечи, не давая бесконтрольной мельнице рук помешать Тео.

– Врача! Врача! – сжав на секунду ухо пальцем, прокричал Вила. – Морера, воду! – бросил он Джоане через плечо.

Она выгребла бутылку из рюкзака и машинально протянула главному инспектору. Гул топота – и она оказалась окружена черными фигурами полицейских. У ног парня опустилась женщина в джинсах, футболке и с медицинским чемоданчиком.

– Какого вы используете воду? – орала она. – При подозрении на цианид?

Все трое, стоя на коленях, мешая друг другу, путаясь руками, торопясь, пытались спасти несчастного. Бесполезно. Парня скрутило, он покраснел, руки и ноги свело судорогой, изо рта лилась вода пополам с густой пеной. Он задыхался, закатывал глаза и бился в руках Тео. Кастани пытался обездвижить его, пока женщина прижимала к его лицу мешок Амбу.

Наконец парня оставили в покое, он затих, завалившись на бок. Врач прощупала пульс, поднялась, констатировала смерть. Главный инспектор, оглядев свои рубашку и брюки, перепачканные кровью и рвотой жертвы, выругался.

Тео некоторое время стоял на коленях и тщетно пытался нащупать под скулой студента пульс. Потом замер, закрыв глаза. Правая рука поднялась и очертила в воздухе над трупом неполный крест.

– In nomine Patris… – прошептал он. – Et Filii, et Spiritus Sancti. Amen.

Тяжело поднялся и привалился спиной к стене. Все молчали.

– Почему вы не предупредили, что они используют цианид? – глухо спросил он.

– Потому что никто об этом не знал! – огрызнулся главный инспектор. – Почему вы не догадались? Вы же такой из себя гений!

– Я догадался! Но знаете ли, не придумал ничего лучше, чтобы за оставшиеся секунды заставить его выплюнуть капсулу, как сунуть ему пальцы в рот. Вы налетели и помешали мне!

Тео повысил голос. Вила притих, шокированная Джоана вжала голову в плечи.

Врач мрачно молчала, отошла на значительное расстояние, достала сигарету и чиркнула зажигалкой. Вила прижал на секунду руку ко лбу, с шумом выдохнул и, вынув из кармана жетон, повесил на шею.

– Что он сказал? – спросил он тише.

Джоана смотрела на несчастного мертвого студента, безжизненно замершего в окружении ног в черных ботинках. До сознания, что он мертв, доходило с трудом. В конце длинной залы показалась толпа туристов, привлеченная громкими криками. Но несколько полицейских, дежуривших у входов, преградили им путь.

– Почти ничего. – Тео убрал руки за спину, опустил голову. – Я стащил его с подоконника, он упал, ударился головой, отключился. Потом пришел в себя, плавал в прострации. Когда я начал его спрашивать, чем занимается, учится ли, он оживился. Глаза… В глазах вдруг вспыхнул животный страх. И он принялся выковыривать языком капсулу.

– Где он только такую достал, чтоб его! – процедил сквозь зубы главный инспектор.

– Через Darknet можно достать все что угодно.

– Не сомневаюсь, что вам хорошо это известно. – Вила окинул Тео взглядом василиска. – Что он собирался сделать? Просто из окна выброситься?

Тео достал из заднего кармана телефон жертвы и протянул ему.

– Он прикрепил это к веткам и стене снаружи. Передняя камера снимала траву на дне рва. Собирался запечатлеть свое падение. И для этого ему понадобился пакет с кровью под рубашкой.

– То есть он не хотел совершить самоубийство? Он собирался имитировать его?

– Он проронил что-то вроде, что его все равно заставят.

Главный инспектор скривился:

– Черт! Мы его потеряли! Поверить не могу…

Тут полицейские расступились. Появился Гаэль Солер – криминальный аналитик отдела убийств, профайлер. Тоже одетый в штатское – джинсы, футболка.

Он взлохматил короткостриженые темные волосы, сощурил глаза, мысленно готовясь, и присел к мертвому.

– Все-таки он это сделал, – выдохнул он, уголок рта привычно дернулся в усмешке – но это не потому, что Гаэлю было смешно. Он всегда так делал, когда нервничал. Оглядел труп, глянул на инспекторов снизу вверх, достал перчатки и указал ими на рукав студента. – Кровь, скорее всего, его.

Ивес Вила был еще очень зол, покосился на Гаэля.

– Он не мог взять кровь у себя сам, – продолжал профайлер. – Это сделал кто-то другой. Попасть себе в вену – редкое умение, свойственное лишь медикам и наркоманам. Перед нами ни тот ни другой. Также кто-то помог ему приклеить на скотч телефон там, снаружи стены. Сам он с такой комплекцией вряд ли бы это исполнил. Кто-то должен был увезти его покалеченное тело.

– Да там падать невысоко! Всюду клумбы с цветами и трава. – Ивес Вила стал нервно жестикулировать.

– Вот именно. Он не должен был умереть по-настоящему. Только лишь для соцсетей и мира.

– Бред! Прежде ничего подобного они не исполняли…

– Возможно. А этот вознамерился. Но не так хорошо все продумал. Он был с компаньоном… который тоже, кажется, умом не блещет. Прочешите крепость, где-то поблизости может скрываться его сообщник.

Ивес Вила сделал знак полицейским, раздалось шипение раций – передавали приказ тем, кто занимал посты по периметру.

– То есть он собирался… притвориться мертвым? Так, что ли? – скривился он. – А как на это посмотрят родные? Думаете, легко разыграть роль пропавшего без вести? Видео с распростертым в луже крови телом и все? А куда это тело потом делось? Такое мог придумать только ребенок!

– Я напишу это в своем отчете, – отрезал Гаэль, поднимаясь. – Зовите криминалистов. Ректор ждет нас в университете, я говорил с ним утром.

Главный инспектор смотрел на него угрюмо.

– Да, мы его потеряли, – сказал Гаэль, – бессмысленно заниматься самобичеванием. Цианид – совершенно новая деталь, никто не мог предугадать.