Звезда за облаками - Artyr Gor

Первый важнейший шаг был сделан!

Вторым этапом стало поиск лучшей школы модельного искусства и дефиле. Для этого Со Ын и Артём отправились в район Апкуджон (Apgujeong) — эпицентр сеульской роскоши, высокой моды и фэшн-индустрии.

В начале двухтысячных годов Апкуджон был колыбелью корейского высокого стиля. Именно здесь располагались флагманские бутики европейских домов моды, студии глянцевых фотографов и штаб-квартиры ведущих модельных агентств страны.

Поиск правильной школы дефиле требовал иной специфики.

«Моделинг — это не просто умение красиво ходить на высоких каблуках, Со Ын, — объяснял Артём, когда они гуляли по сияющим витринами улицам Апкуджона. — Высокий моделинг — это геометрия тела, геометрия движения и абсолютное владение балансом. На подиуме одежда на тебе должна оживать. Ты должна уметь держать осанку так, будто твой позвоночник — это стальная струна, а плечи и бедра двигаются с грацией дикой кошки. При этом лицо должно сохранять сдержанную, сугубо профессиональную выразительность, которая подчёркивает силу наряда, а не отвлекает от него».

После изучения нескольких студий выбор Артёма и Со Ын пал на международную школу сценического шага и стиля «Apgujeong Runway Atelier», созданную бывшей корейской супермоделью Хан Хе Рён, имевшей за плечами десятилетний опыт работы на подиумах Парижа и Милана.

Студия располагалось на верхнем этаже современного стеклянного здания. Огромный зал с зеркалами во всю стену, глянцевым чёрным подиумом и профессиональным студийным освещением заставил Со Ын затаить дыхание.

Когда они пришли на первичную консультацию, Хан Хе Рён — высокая, невероятно стройная женщина с безупречной причёской и подтянутой осанкой — внимательно осмотрела Со Ын с головы до ног.

— Пропорции идеальные, — констатировала госпожа Хан, обойдя Со Ын по кругу. — Длинные ноги, отличная линия шеи и плеч, чистая кожа, густые волосы. Лицо очень фотогеничное, с глубокими, породистыми чертами. Но главное — как ты держишься. Откуда у тебя эта естественная, грациозная выправка?

— Я много занимаюсь сценическим движением и пластикой, — скромно соврала Со Ын.

— Что ж, потенциал есть, — резюмировала Хан Хе Рён. — Но подиумная походка требует отточенной техники: работа стопы, разворот бёдер, контроль центра тяжести и ритмическое чувство шага под любую музыку. Занятия три раза в неделю по два часа. Мы сделаем из тебя модель.

Со Ын заключила договоры на обучение в обеих студиях, честно оплатив первый месяц из своих сбережений. Это были солидные деньги, в размере 570000 вон за оба курса, но каждая вона, вложенная в собственное образование, была самым правильным и дальновидным инвестиционным шагом.

К концу января 2001 года жизнь Со Ын вошла в невероятно насыщенный, гармоничный и высокопродуктивный ритм, о котором раньше она не могла и мечтать.

Её график был расписан буквально по минутам:

Понедельник, среда, пятница (утро и дневное время): Занятия в актерской мастерской «Синсоль» у режиссера Кана. Со Ын с головой погрузилась в изучение психотехники, эмоциональной памяти, работу с монологами классической и современной драматургии, а также упражнения на снятие мышечных зажимов.

Вторник, четверг, суббота (дневное время): Обучение в «Apgujeong Runway Atelier». Со Ын часами оттачивала подиумный шаг перед огромными зеркалами, училась работать с длинными шлейфами, тяжёлой верхней одеждой, высокими каблуками и отрабатывала фиксированные позы для глянцевой фотосъемки.

Каждый тёплый и сухой вечер: Любимый уличный десант на Синчхоне. Со Ын выходила к своей публике с серебристым кейсом и "Трубой" JVC, даря студентам мощнейшие хип-хоп и R&B сеты, закрепляя полученные в студиях навыки прямо перед живой, кипящей эмоциональной толпой.

Артём был рядом каждую секунду. Он помогал анализировать сыгранные на актёрских уроках этиды, подсказывал, как ювелирно скорректировать положение стопы на подиумной дорожке, и следил за тем, чтобы Со Ын правильно питалась, высыпалась и не переутомлялась.

Однажды вечером, после тяжёлого, но безумно интересного дня, Со Ын сидела в своей мансарде, смотря на заснеженный Сеул за окном. В комнате тихо играла мягкая фанковая мелодия из её нового компакт-диска.

— Артём-а… — тихо проговорила Со Ын, прижимая к себе пушистый плед. — Я только сейчас осознала, как сильно изменилась моя жизнь. Мы больше не бежим. Мы учимся у лучших мастеров столицы, мы выступаем перед сотнями людей, и мы точно знаем, куда идём.

«Это только начало нашего большого пути, — с бесконечной гордостью и любовью отозвался Артём. — Ты заложила фундамент, который невозможно разрушить. Теперь у тебя есть не просто лоск, а глубокая, профессиональная база настоящего большого артиста. Впереди — весна и поверь мне, этот город ещё неоднократно ахнет от твоего таланта!»

Со Ын улыбнулась, закрыла глаза и погрузилась в спокойный, глубокий, счастливый сон, готовая к новым победам и свершениям.

Февраль 2001 года встретил Сеул колючими, сухими ветрами, выдувавшими остатки праздничного уюта из узких переулков столицы. Но внутри верхнего этажа стеклянного здания «Apgujeong Runway Atelier» царила сухая, раскалённая жара, сравнимая с атмосферой олимпийского спортивного манежа. Огромный зал, залитый слепящим холодным светом галогенных софитов, был выстлан идеальным черным лаком подиума. По всему периметру стены шли трёхметровые зеркала, в которых дробно отражались десятки движущихся, запыхавшихся фигур.

Для Со Ын первый месяц трёхмесячного весеннего семестра (февраль, март, апрель) начал разворачиваться вовсе не с красивых примерок, не с лёгкой музыки и не с эксклюзивных фотосессий для глянцевых журналов. Настоящая модельная школа высшего класса встретила её жесточайшей, практически казарменной физической дрессировкой.

Хан Хе Рён, бывшая супермодель с десятилетним парижским и миланским опытом, на первом же организационном занятии объявила своей группе из пятнадцати отобранных в свою группу девушек:

— Забудьте всё, что вы смотрели по телевизору. Вы пришли сюда не для того, чтобы красиво улыбаться. Улыбаться вас научили в детском саду. Вы пришли сюда, чтобы стать профессиональными вешалками для произведений искусства высокой моды. А идеальная вешалка должна быть сделана из титана, обтянутого шёлком. Если у кого-то из вас слабые суставы, избалованный характер или нежная психика — дверь открыта прямо сейчас.

Первый месяц семестра полностью ушёл на выкорчёвывание бытовых двигательных привычек, постановку жёсткой геометрии тела и выработку того самого «стального корсета», без которого выстоять два часа под софитами в тяжёлом наряде попросту невозможно.

Занятия начинались с полутора часов сухой, изнурительной партерной гимнастики. Девушек заставляли сидеть в статичной растяжке, удерживать тяжёлые набивные мячи на вытянутых руках и часами выполнять