Урок истории - Дмитрий Юрьевич Пучков
Дмитрий Пучков: Немедленно вспомнил Саддамку. Саддамкины генералы все бабки получили и разбежались.
Борис Юлин: Так здесь же не разбежались. Здесь принимали активное деятельное участие и не бежали перед противником, а успешно занимались свержением царя. И здесь не только генералы, но и министры. Здесь ещё и Государственная Дума, которая тоже поддержала отречение царя. И здесь даже Русская Православная Церковь, которая тоже поддержала отречение царя и стала объявлять, что требуется молиться за богоданное Временное правительство.
Дмитрий Пучков: Многие православные почему-то не в курсе. Они рассказывают, что это неправильно процедура отречения прошла.
Борис Юлин: Интересно, как свежеизбранный моментально попами патриарх Тихон, он же первый патриарх был после Петра Великого (который, надо сказать, патриархию упразднил), как Тихон весело вытаскивал из здания Синода царское кресло. Которое там всегда раньше стояло, символизируя главенство царя. Они сами тащили, сами радовались, их никто не заставлял. Не лень было. Можно было просто оставить, даже и не трогать, но нет — вытащили, выкинули.
Дмитрий Пучков: Молодцы.
Борис Юлин: То есть они дружно поддержали. И, наконец, рабочие, которые все дружно бунтовали против царя.
Дмитрий Пучков: Одна секунда! Все правила отречения от престола были соблюдены или нет?
Борис Юлин: Не существовало правил отречения именно от монархии. Отречься от престола монарх мог в адрес другого монарха, своего преемника. Собственно говоря, он отрёкся в пользу Михаила, но какое имеет значение, какие правила соблюдались или не соблюдались, если самой процедуры отречения юридически не существовало. Не положено. Помазанник божий не должен отрекаться.
Дмитрий Пучков: А что подразумевается под «помазанником божьим»? Что это такое?
Борис Юлин: То, что его волей божьей помазали на царство. То есть он теперь обязан именно по воле божьей.
Дмитрий Пучков: То есть он теперь как верующий действует по воле божьей. А если он отрекается, то он плюёт на нашего православного Бога?
Борис Юлин: Да. И бросает дело, которое ему поручено свыше. Но он всё равно отрёкся.
Дмитрий Пучков: Кто не понимает, рекомендую заострить на этом внимание, как Богом данную страну можно бросить? Какие для этого нужны правила отречения? Мне всё время интересно, о каких правилах идёт речь, какие процедуры не соблюдены?
Борис Юлин: Процедуры не существовало, потому что у нас была монархия и поэтому воля монарха, даже последняя, является законом. Он на шифере мог написать мелком, это всё равно бы действовало. Суть-то в чём. Говорят, что он отрёкся недобровольно. Да, не добровольно, его свергли силой. То есть в данном случае монархию свергли. Не Николай Второй отменил монархию, ему дали пинка под зад и монархия отменилась. Его просто, чтоб сразу не убивать, заставили отречься. Не отрёкся — убили бы, наверное, сразу. А так получилась возможность сразу не убивать.
Но мы возвращаемся к вопросу финансирования. Финансировать всю русскую армию, весь командный состав, всю русскую Государственную Думу, русских промышленников, русскую Церковь и русских рабочих…
Дмитрий Пучков: Некоторый перебор, да.
Борис Юлин: Во-первых, кто это потянет? Во-вторых, нафига это кому нужно? Немцы этим не занимались — у них откровенно средств не хватало. Англичане и французы не потянули бы, но им это было и не нужно, им было нужно, чтобы Россия продолжала воевать против немцев. А будь это монархия, республика — им это вообще по-барабану. Главное, чтобы продолжала воевать. Поэтому они быстро признали Временное правительство, потому что Временное правительство сделало в их сторону реверанс: а мы будем продолжать войну против немцев. Ладно, тогда вы законное правительство.
Если брать финансирование внутри страны: все военные ресурсы у тех, кто свергает царя, все промышленные ресурсы у тех, кто свергает царя, все продовольственные ресурсы у тех, кто свергает царя, все финансовые ресурсы у тех, кто свергает царя. Что у царя? У царя — дуля с маслом.
Дмитрий Пучков: Тут тебе сразу возразят: это ты про приличных людей только что говорил. Хруст французской булки, аристократия, а дальше-то?
Борис Юлин: Питерские рабочие.
Дмитрий Пучков: Мерзавцы, быдло, возглавляемое быдлобольшевиками. Вот им-то точно деньги платили!
Борис Юлин: Как, в общем-то, получается, заплатили питерским рабочим, которые все поголовно выступили против царя. Видно, сотни тысяч рабочих были подняты баблом.
Но дело в том, что эти рабочие никуда не делись. Более того, рабочие и солдаты во время Февральской революции, в отличие от союзников, Временному правительству особо не доверяли. И сразу во время Февральской революции они по образцу революции 1905 года устроили самоуправление. Они создали советы солдатских и рабочих депутатов, благо они почувствовали свою силу, они понимали, что могут сделать, и поэтому создали свои советы. Эти советы занимались всеми сторонами обычной повседневной жизни.
Дмитрий Пучков: Это что же получается, советская власть не большевиками придумана, что ли?
Борис Юлин: Да нет, не большевиками. Они придумана сильно раньше. Большевики, когда создавалась система советов, находились частью на каторге или в ссылке, а частью за границей. Почему? Потому что им устроили жесточайший разгром ещё до Февральской революции. После Февральской революции они вернулись.
Дмитрий Пучков: В запломбированном вагоне?
Борис Юлин: Да.
Дмитрий Пучков: В воображении наших граждан — это такая бочка, как у царя Гвидона. Какая-то немыслимая теплушка, где-то под нарами спрятаны большевики, засыпанные сеном, а снаружи запломбировано, чтобы никто туда не сунулся. Все они, понятно, евреи. Сколько их там, пятьдесят два человека было? Сорок восемь из них евреи, у каждого по мешку немецкого золота под мышкой. Видится это строго вот так. Пролейте свет, что же такое запломбированный вагон?
Борис Юлин: Сама тема запломбированных вагонов.
Дмитрий Пучков: Не-не-не, что это был за вагон? Это была теплушка с нарами или что?
Борис Юлин: Нет, это был обыкновенный пассажирский поезд. Такой же, как сейчас ходил в Калининградскую область — из Российской Федерации в Российскую Федерацию, но через Литву.
Дмитрий Пучков: То есть через заграницу. Но пассажирские вагоны.
Борис Юлин: Да. Дело в том, что литовцы пытались вымогнуть денег у тех, кто едет, на получение литовской визы, а наши пытались любым путём отбрехаться от этой литовской визы, потому что она нафиг не нужна, если едешь в Калинниград. В итоге, постепенно пришли к теме, которая давным-давно опробована в мире. Если нужно, чтобы поезд проходил через какую-то территорию и никто его не покидал, его пломбируют. В том числе и сегодня.
Дмитрий Пучков: Пассажирский вагон, в