Апогей пурпура и порчи - Павел Николаевич Корнев

— Стребуешь? — изобразил удивление асессор. — На каком основании?

Ни врать в глаза, ни тем более откровенничать нисколько не хотелось, и я ответил полуправдой:

— Нашу братию подрядили охранять дочь его преосвященства.

— Подрядили? — во все глаза уставился на меня Чарослав. — Хочешь сказать, ты прыгнул в астрал ради денег?

Я мотнул головой и рассмеялся.

— Вот уж нет! Дело в обещании. — Тут мне вспомнились слова профессора Чернояра, и я поправился: — Скорее даже — в данном обете. Впрочем, о нём тогда я думал меньше всего.

— Шансы простого аколита выбраться из астрала… — Молодой боярин вопросительно поглядел на отца. — Один к тысяче?

— Меньше, — уверил его асессор. — Много-много меньше.

— У простого их нет вовсе, — уверил я собеседников. — Но для меня это далеко не первая вылазка в астрал.

— Даже так? — хмыкнул Ночесвет, но сразу махнул рукой. — Впрочем, это не имеет значения! Мы оплатим пошив нового костюма взамен испорченного! Куда прислать портного и сапожника?

Давать этой парочке свой адрес я не хотел, но и отбрехаться не было никакой возможности, так что сказал:

— Дом с театральной кофейней на пересечении Каштанового бульвара и Нагорной.

Как оказалось, ни один из моих собеседников в Черноводске не ориентировался, и старший боярин указал на самоходную коляску.

— Мы подвезём!

В иной компании прокатился бы на этом чуде техники с превеликим удовольствием, а сейчас замялся и совсем уж было собрался сослаться на необходимость посетить банк Небесного престола, но тут меня окликнули:

— Серый!

— Извините… — пробормотал я и развернулся к выскочившему во двор Кабану. — Случилось что-то, Тенебор?

— Не! — мотнул головой деревенский увалень, с опаской глянул на бояр и вроде как даже слегка поклонился им, после чего продолжил: — Убёг я. Здоров же — так чего время зазря терять? У меня дела! Мне кофейню к открытию готовить!

Я воспользовался поводом отклонить предложение бояр, но в экипаже нашлось место и для Кабана. В итоге мой товарищ как прилип к боковому окошку, так всю дорогу в него и проглядел, и пусть представители рода Пурпурного змея никаких предосудительных замечаний в его адрес не отпускали, я со всей отчётливостью уловил их пренебрежение. Тот факт, что бояре проявили интерес к одному труднику и при этом столь откровенно игнорируют другого, ничего хорошего мне не сулил, в который уже раз возникло желание скрыться из города, но…

Сыщут ведь! Пока аспирантом не стану, меня хоть на дне морском найдут, хоть из-под земли достанут!

Вот и приходилось делать хорошую мину при плохой игре, изображая удивление и восхищение новым для себя средством передвижения. А сам сидел и думал о том, какие ещё проблемы подкинет сегодняшний день, раз уж он с самого начала так откровенно не задался.

Вот что ещё может стрястись, а?

Но доехали без приключений, только уже на перекрёстке, когда Кабан выбрался в распахнутую дверцу, Ночесвет меня придержал и вполголоса произнёс:

— Просто чтобы не осталось недопонимания, трудник Серый: я не просил его преосвященство приписать спасение дочери Чарославу.

— И в мыслях такого не было, — улыбнулся я и покинул экипаж, но поспешил за Кабаном, лишь когда бояре укатили прочь, а до того стоял и смотрел им вслед.

Вход в подвал со стороны улицы уже прокопали и даже выложили каменную лестницу, но ею мы пока ещё не пользовались, Кабан остановился подождать меня на углу.

— Ишь, какие фифы! — фыркнул он. — Нос так и воротят! А к тебе со всем почтением. Как раскусили-то? Или того-самое: белая кость, голубая кровь?

— Им что-то от меня надо, — озвучил я свои невесёлые мысли. — И мне это совсем не нравится.

— Да уж, от бояр стоит держаться подальше! — хохотнул здоровяк и хлопнул меня по спине. — Но самобеглая коляска у них отменная! Разбогатею, такую же куплю! А то с лошадьми в городе хлопот не оберёшься.

Нами заинтересовался дежуривший на перекрёстке пикет стрельцов, но приданный в усиление полудюжине служивых тайнознатец ещё издали различил церковные метки, и обошлось без расспросов. Мы обогнули угловой дом, узким проездом дошли до заднего двора, заваленного оставшимися после ремонта подвала обрезками досок и прочим строительным мусором, поднялись на крыльцо, а только ввалились в прихожую, и к нам сразу бросился из гостиной Дарьян.

— Ну вы куда пропали⁈ — заголосил он. — Волота убили!

— Демоны⁈ — охнул Кабан.

— Да какие ещё демоны? — отмахнулся от него книжник. — Серый, Цареслав Волота на дуэли убил!

Нельзя сказать, будто мне от этого известия сделалось дурно, но так и захотелось кулаком по стене со всей дури долбануть.

— Как? — коротко спросил я.

— На какой ещё дуэли? — округлил глаза Кабан.

— Какие демоны? — вторила ему жена. — Тенебор, ты опять с демонами бился? Ты же обещал с ними больше не связываться! Один раз пузо уже проткнули — тебе мало?

Деревенский увалень развёл руками.

— Ну, Догадушка, ну ты чего? Это парни с демоном бились, я просто рядом стоял!

— Врёшь! — коротко припечатала его супруга.

— Так они в больнице, а я здесь! — возразил Кабан. — Соображай, да!

Дарьян потянул меня на выход.

— На университет и вправду демоны напали? — поинтересовался он. — Думал, брехня.

— Демон, не демоны. И не на университет, а на Заряну. Оказывается, наших балбесов подрядили за ней присматривать, вот им и прилетело.

— Но все живы?

— Ершу крепко досталось, остальные уже оклемались. — Я ухватил товарища и легонько его встряхнул. — С Волотом как так вышло? Декан дуэль до смерти разрешил?

— В том-то и дело, что нет! Поединок до первой крови объявили!

— Как тогда Цареслав умудрился Волота прикончить? Почему бой не остановили?

— Да не успели просто!

— Асессор и не успел? А защитная формация как же?

Дарьян покачал головой.

— Волот своим криком Цареслава оглушил, но тот всё же сумел семейный аркан задействовать, чуть огненным штормом защиту дуэльной площадки не снёс! Волот к такому не готов оказался — когда пламя потушили, его огненными клинками на куски порубило.

— Талант — это не только и не столько мера энергии, сколько пороговое значение,