Заноза для Ромашова - Маргарита Светлова
— Ольга, я…
— Не надо извиняться, — перебила она. — Я всё понимаю. Ты не виновата, что он выбрал тебя.
Я не знала, что и сказать. Выбрал-то выбрал, только наш роман недолговечен.
— Когда я зашла к вам в домик, я сначала даже опешила… Антон был в ярости. Честно сказать, таким я увидела его впервые. Да и вообще не ожидала от него бурных эмоций. А тут — на тебе: вулкан в период извержения, — усмехнулась она.
— Сильно лютовал?
— Скажем так, не успел войти в раж — я быстро сориентировалась. А когда он немного успокоился, дал понять, что между нами не может быть ничего. Сказал, что у него есть та, кто ему нравится. Что другую он не желает. И я сразу поняла, что это ты.
Она помолчала, потом вздохнула.
— Я тогда ему сказала: «Чего тормозишь? Если она тебе дорога — действуй». А он ответил, что не всё так просто. — Она покачала головой. — Глупости. Мы живём один раз. Надо брать всё, что жизнь даёт.
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри понемногу отпускает напряжение. Она не злилась.
— А даёт ли она? Может, просто дразнит. Мол: вон твоё счастье, бери, а протянешь руку — оно исчезает, как радуга.
— Это потому, что радуга высоко, вот и дотянуться не получается. А твоё счастье — тут, рядом, — усмехнулась она.
— Вообще-то она не всегда высоко. Я в детстве видела конец радуги на земле. Подбежала к ней, протянула руку, а она — бац! — и исчезла. Так что моё сравнение как раз в точку.
— Он тебе нравится? — спросила она прямо.
— Я люблю его, — ответила я и, выдохнув, добавила: — Очень.
Ольга рассмеялась.
— Ну ты и дурында, — покачала она головой. — Тогда зачем мне помогала?
Я опустила голову.
— Потому что люблю. И хочу, чтобы он был счастлив. Даже если это счастье не со мной.
Ольга посмотрела на меня пристально.
— Диана, мне кажется, ты и есть его счастье. Неужели не видишь? Я с ним давно знакома. Никогда не видела его таким. Он всегда был непробиваемым. Холодным. Словно неспособным чувствовать. А тут… — Она взяла меня за руку. — Диана, если любишь — борись. Не отступай. Он тоже к тебе неравнодушен. Я вижу. Так что не глупи. Бери его тёпленьким, клиент созрел.
Она поднялась, обняла меня на прощание и ушла. А я осталась сидеть на скамейке, глядя на гладь воды в фонтане.
Я знала: обстоятельства не позволят нам быть вместе. Андреев, мой побег, ложь, которую я плела вокруг себя, — всё это висело надо мной тяжёлым грузом. Я не могла строить планы на будущее.
Пусть.
Буду жить сегодняшним днём. Возьму то, что он даёт.
Но глупое сердце внутри меня кричало: «Она права! Он твой! Вы можете быть вместе!»
Я зажмурилась, пытаясь заглушить этот голос. Но он не утихал.
— Нельзя привыкать, — прошептала я в тишину.
Вот только я уже привязалась. Слишком сильно. И когда всё закончится, мне будет больно.
Я поднялась со скамейки и пошла обратно в коттедж.
— К чёрту все сомнения и страхи. Я буду жить сегодняшним днём.
А о том, что будет после, — посмотрим.
Глава 37
Глава 37
Посмотрела на часы — через три часа выдвигаемся в город, пора собирать вещи. Ромашов уехал, обещал через час вернуться. Уже прошло сорок пять минут, значит, скоро приедет.
Тяжко вздохнула, поднимаясь со ступенек крыльца.
Ну что ж, настало время прощаться с ним. Сердце ноет, хочется кричать от отчаяния в голос, а не могу — словно невидимая рука сжала горло. Не думала, что финал наших отношений будет настолько болезненным для меня.
— Диана? — выдернул меня из пелены отчаяния звонкий женский голос.
Повернула голову, а недалеко от меня стоит эффектная девушка.
— Да, это я.
— Как хорошо, что я тебя нашла. — Она схватила меня за руку. — Ты меня не знаешь, но я приехала по просьбе твоего жениха, к которому ты собиралась уехать. Андреева схватили, и он признался, что сам перевёл деньги террористам. Теперь ты свободна.
Да ладно! Насколько мне известно, Лютов его пристрелил. А Андреев так и не признался. Ладно, сделаю вид, что поверила.
— И?
Смотрю на неё и жду, о чём она будет врать дальше. Не стала убегать от неё, ведь недалеко от меня два друга-терминатора стоят с ружьями — только с охоты вернулись.
— Поехали со мной. — И дёргает за руку.
— Не, я так не могу, мне нужно с сестрой попрощаться, — прикинулась я дурочкой. Помню, когда я это делала, терминатора буквально потряхивало от злости.
— Твоя сестра тебя предала, забыла?
Смотрю на женщину и понимаю, что не нравится она мне. Более того, у неё из сумочки торчит рукоятка пистолета.
— Было дело, — закивала я головой, как болванчик, якобы соглашаясь.
— Да ты не переживай, её чуть позже привезут, для неё тоже жених нашёлся.
Интересно, а Лютов это знает? И ещё: она реально меня за дурочку держит?
— Я согласна.
Та выдохнула.
— Но только мне нужно кое-что забрать с собой.
— Только давай скорей, а то твой конвоир может вернуться.
— Ага, я мигом.
Забегаю домой и вытаскиваю пушку Антона из тумбочки. Он меня из неё стрелять учил. Вернее, мы оттачивали моё мастерство.
Выскакиваю из дома, а дамочка по сторонам оглядывается, и её рука в сумке. Я тоже осмотрелась