Заноза для Ромашова - Маргарита Светлова
Я прикрыла глаза, чувствуя, как постепенно возвращается реальность. Тяжёлая, липкая, со всеми моими страхами и сомнениями. Я знала, что не могу остаться. Что, если я останусь сегодня, захочу остаться и завтра. А потом будет только больнее.
Я осторожно начала подниматься, пытаясь высвободиться из его рук. Он не отпускал. Тогда я чуть напряглась, показывая, что хочу встать. Его пальцы сжались на моей талии, притягивая обратно.
— Я хочу, чтобы ты осталась, — сказал он тихо. — На всю ночь.
Я закрыла глаза.
Мне тоже хотелось остаться. Чувствовать его рядом, засыпать в его объятиях, просыпаться и видеть его лицо.
Но я не могла. Не сейчас.
— Нет, — ответила я. Голос дрогнул. — Мне нужно уйти.
Он обнял крепче.
— Останься, Канареечка. Пожалуйста.
Я слышала в его голосе просьбу. Почти мольбу. Мне хотелось согласиться, но я знала: если останусь, потом пожалею.
— Не надо, — прошептала я. — Не усложняй.
Я осторожно высвободилась, села на край кровати, начала одеваться. Чувствовала на себе его взгляд — тяжёлый, почти ощутимый.
Встала, направилась к двери. Очень хотелось посмотреть на него, но я не могла. Если сделаю это — не уйду. Тем более меня до сих пор мучили кошмары. Я просыпалась среди ночи в холодном поту. Не хотела, чтобы он видел меня такой — испуганной, слабой, сломанной.
— Спокойной ночи, — сказала я, остановившись у двери.
— Спокойной ночи, Канарейка, — ответил он. В голосе было разочарование.
Я вышла из его комнаты, прикрыв за собой дверь. Сделала несколько шагов по коридору и остановилась напротив своей двери. Положила руку на ручку, но на мгновение замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается от желания вернуться. Открыла дверь, зашла внутрь и тихо притворила её.
Прислонилась к двери спиной, закрыла глаза, выдохнула. Тело всё ещё помнило его прикосновения, губы горели от его поцелуев, а внизу живота ещё пульсировало то самое тепло, которое он оставил во мне. Я провела ладонью по животу, будто пытаясь удержать это ощущение подольше. Но вместе с этим теплом была и грусть — оттого, что я ушла.
Ну и ладно.
Хотя бы сегодня он выбрал меня.
Я легла на кровать и закрыла глаза.
Глава 36
Глава 36
Два дня пролетели как один миг. Антон буквально не выпускал меня из постели. Он приходил ко мне ночью, уходил под утро, возвращался после тренировки — и мы снова погружались в этот омут: жаркий, пьянящий. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй, каждый взгляд — всё это было как наркотик. Я знала, что это временно. Что скоро всё закончится. Но я отключила голову. Просто чувствовала. Просто жила.
Мы мало говорили. Слова были лишними. Он брал меня, я отдавалась ему, и в эти моменты не было ни Андреева, ни страхов, ни прошлого. Были только мы. Только этот бесконечный, обжигающий момент.
На третье утро я возилась у плиты. Доставала из духовки горячие бутерброды с сыром, когда услышала его шаги за спиной. Он подошёл, обнял, уткнулся носом в мои волосы.
— Не хочу уходить.
— Будешь отлынивать, форму потеряешь, — усмехнулась я, перекладывая бутерброды на тарелку.
— Не уйду, пока не поем. — Он чмокнул меня в макушку и сел за стол. — Ты же старалась.
Я поставила перед ним тарелку, налила кофе. Он ел с аппетитом, посматривая на меня поверх кружки. Я стояла у стола, смотрела, как он жуёт, и на душе стало радостно и тепло. Приятно видеть, как любимый ест то, что я приготовила.
— А ты чего не завтракаешь?
— Я йогурт съела.
Он нахмурился, окинул меня взглядом.
— Этого мало. Ты вон похудела на нервах…
Я смутилась — неужели я так плохо выгляжу?
— Вот только не нужно сейчас себя накручивать, — сказал он мягко, заметив мою реакцию. — Ты мне нравишься любой. Просто сейчас ты тратишь много энергии…
Он многозначительно посмотрел на меня, и я поняла, на что он намекает. Щёки залились краской. Я прикусила губу, пряча улыбку, и отвела взгляд.
— Я поем, — буркнула я, чтобы скрыть смущение, и взяла с тарелки бутерброд.
Он довольно усмехнулся, сделал последний глоток кофе и отодвинул чашку. Поднялся, обошёл стол, остановился рядом. Я почувствовала его руку на своей талии — тёплую, уверенную. Он притянул меня ближе, поцеловал в висок, задержался на мгновение, словно не хотел отпускать.
— Не шали тут без меня.
И вышел из кухни. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Я подошла к окну, провожая его взглядом: он шёл по тропинке — уверенный, сильный, мой.
Я любовалась им, пока он не скрылся за поворотом. Только тогда отошла от окна, убрала со стола и вымыла посуду.
Погода была хорошая: светило солнце, дул лёгкий ветер, где-то в соснах заливались птицы. Настроение было прекрасным, почти беззаботным. Я выскользнула из коттеджа и пошла по тропинке к фонтану.
Шла медленно, вдыхала свежий воздух, просто наслаждалась моментом.
И тут я увидела её.
Ольга сидела на скамейке у фонтана, смотрела, как вода падает вниз, и, казалось, о чём-то задумалась. Я замерла. Внутри всё сжалось. Мне стало неловко. Что она подумает обо мне? Что скажет? Я видела, как она смотрела на него. Я знала, что он ей нравится. И я… я оказалась между ними. Пусть ненамеренно. Но факт оставался фактом.
Я хотела развернуться и уйти, но она заметила меня.
— Диана! — окликнула она приветливо. — Привет. Подойди, посидим.
Я неловко улыбнулась и подошла. Присела на край скамейки.
— Привет, — ответила я, чувствуя себя неловко.
Она смотрела на меня, и в её глазах не было злости. Только лёгкая грусть.
— Не бойся, — сказала она мягко. — Я