Питер - Ал Коруд
— Бедолаг, попавших под влияние шамана, увезли в отдел.
— Думал, будет больше, — прокомментировал Семёнов.
Ильинский, жуя пончик, заметил:
— Чем больше народу, тем больше следов.
— Кстати, ребята, как вы не заметили такой большой очаг магии?
Стрельников тяжело вздохнул:
— Половина людей дёрнули на Псковщину. Старые курганы начали чудить.
— Они же славянские? — удивился Илья.
Капитан пожал плечами. Пелагея прямо спросила:
— Петерсон также там?
— Да. Приехал, как узнал масштабы.
Девушки переглянулись.
— Кажется, мы недооцениваем величину бедствия.
— Что опять? — подцепила нить размышления Забава.
— Мамонт — это прикрытие.
— Ничего себе прикрытие! — не сдержался Михаил. — Тут половину города поломает.
— Друиды хитрее.
Вот тут удивились местные. Ильинский даже отложил новый пончик в сторону, поглядывая на гостей. В его голове ещё никак не уложился тот факт, что приезжие северянки играют сейчас ведущую роль. Да и увиденное в разорённом доме поразило до глубины души. Ноль эманаций и присутствия чужого! Как так можно начисто вымести дрянь из Яви?
— Новые друиды? Они каким местом?
Седых бросила в их сторону острый взгляд:
— Колода вам не довёл?
Капитан выдохнул:
— Не успел. Он сейчас с карельскими сотрудницами куда-то уехал.
У Пелагеи вытянулось лицо:
— Ребята, что происходит? Мы же ясно объяснили ему, что самодеятельность недопустима!
Илья криво усмехнулся:
— Алесь наверняка вытянул у Эйно что-то важное и решил действовать самостоятельно.
— Он подставит Денисову и Дашу!
— Беда.
Все оглянулись в сторону Ивана. Тот выдержал взгляды и начал неспешно выкладывать.
— Наша проблема в том, что в необычайной ситуации мы действуем как привыкли. Только в острой фазе, как в только что прошедшей схватке, действуем как положено.
Стрельников сдвинул густые брови:
— Это заявка на руководство операцией?
Видимо, присутствие ловцов его несколько нервировало. Эксперта точно. Но он благоразумно помалкивал.
— Смотря как понимаешь.
В этот раз взгляд Клюки так тяжёл, что капитан-оперативник невольно поник. Семёнов немедля среагировал.
— Хорошо собачиться, братья и сёстры! Давайте по существу. Погонами позже сочтёмся.
— Но пока старших тут нет, — упрямо заявил Стрельников, — и на правах места действия главенство у нас.
— Было! — неожиданно жёстко отреагировала Трескина и предъявила всем перстень, что украшал её левую руку. Массивный, с замысловатым рисунком, он блеснул сейчас в салоне красным огоньком.
— Офигеть, ни встать! — ахнул Ильинский, в его очках заиграло красное пламя.
Трескина внимательно глянула на него:
— Понимаешь?
— Это же…
— Перстень самого Калиостро.
Помрачнел и Стрельников:
— Откуда он у… вас?
— Хранительница передала.
Оперативник не выдержал:
— Она не имела права! Это дело нашей юрисдикции!
— Не вам судить, капитан, — сухо отметил Семёнов, затем перевёл взгляд на остальных. — Сейчас ясно, у кого командование операцией?
Сидящие в машине кивнули, лишь Стрельников насупился. Иван, поглядывая в его сторону, веско заявил:
— Если кто не согласен, то должен уйти. Так у нас заведено.
Питерский оперативник вскипел:
— А мы находимся не у вас, дикарей!
Дальнейшее произошло очень быстро. Капитан не успел добраться рукой до открытой кобуры, как уже лежал на полу микроавтобуса. Путяшная с изрядным испугом взирала на недавнего товарища, корчившегося перед ней.
— Что происходит⁈
Наталья, ловко охлопавшая тело капитана, выудила из заднего кармана брюк кованый ключ.
— Мы это ищем.
— Сюда быстро!
Крик Пелагеи потряс всех — как будто ей добавили в десять раз больше децибел. Трескина сообразила моментально, бросила подруге ключ, та с ним выскочила наружу.
Стоявшие поодаль полицейские с недоумением наблюдали, как из тёмного микроавтобуса в мгновение ока выскочила худощавая девушка в спортивной куртке и бросила что-то маленькое в нишу, оставшуюся вместо окна на цокольный этаж. Затем там шарахнуло, как будто граната взорвалась, но ничего похожего на взрыв не произошло — ни дыма, ни огня, ни осколков. Один из патрульных дёрнулся посмотреть, но второй, постарше, придержал того за плечо.
— Спецура работает, не наше дело.
— Как скажешь.
Молодой ещё порывался что-то сказать, но заметил взгляд напарника, направленный в сторону микроавтобуса. От той странной барышни исходило нечто такое… из давно забытого детства. Только дети могут чуять ведовство и видеть призраков.
— Что с ним?
Ильинский здорово испугался. Его старший товарищ только что пытался совершить такое, за что по головке не погладят. И ведь он доселе выглядел вполне нормальным. Что произошло? Какая злобная муха его укусила?
Илья наконец смог найти сеть и отправил несколько сообщений. Заметив пронизывающий взгляд Клюки, он сообщил:
— Колоде послал весть. Может, он что-то сообразит. И Ваня, как ты понял?
Потомок богатырей ответил не сразу:
— Мы же как гончие — чуем чужой страх. А чего бояться человеку среди своих? Затем враз Палаша напряглась, когда камень не как положено замигал. Так ведь?
Пелагея кивнула, выглядела она опечаленной.
— А я не сразу уловила, лишь холодок по щеке пробежал. Надо же так оплошать!
Клюка мягко погладил поникшую девушку по волосам:
— Это в ведовстве ты всемогуща! В жизни всё не так просто.
Седых внимательно осматривала бывшего опричника. Почему бывшего? Так он предал товарищей. Тот находился в отключке, что говорило о том, что на предательство он пошёл по доброй воле. Уничтожение заговорённого ключа должно освободить чистую душу от колдовства. Здесь же всё наоборот.
— Печально в вашем королевстве.
Забава залилась слезами. Она никак не могла пережить предательство старого товарища, который к тому же опекал её. Ильинский также чувствовал себя не в своей тарелке. Вроде только что всё под их контролем, и враз всё поменялось. И сейчас непонятно, кому вообще можно верить. И если бы не эти здоровяки, легендарные ловцы, он не знал, как дальше действовать. Насколько он ведал, этих ребят нельзя приручить и околдовать. Иван строго глянул на всех:
— Хватит ныть, дело ещё не закончено! Илья, набирай Далдыкина, это его епархия. У него