Заноза для Ромашова - Маргарита Светлова

— Я плачу потому, что вы меня лишили счастья, а не о том, что сестра выскочила замуж за кошелёк на ножках. Тоже мне достижение, — фыркнула я. — Где любовь, а?

Терминатор не знал, что сказать. Растерялся.

— Вот видишь, и ответить нечего, — горько усмехнулась я. — И подачки от её муженька мне не нужны. Всё, иди, смотреть на тебя не могу.

Стоило ему уйти, я принялась обдумывать план. Мне нужно сделать так, чтобы сестра не страдала. Потому что потеря меня её точно убьёт. Решено: я сделаю так, чтобы она меня возненавидела. Чтобы, когда меня не станет, она почувствовала только облегчение.

Прости, Мила. У меня нет другого выхода. Только это приходит в голову, чтобы вытащить тебя из этого ада. Прости, что заварила эту кашу. Если бы не я… Ну зачем мне были нужны те деньги? Не голодали же. Лучше бы пошла разносить пиццу курьером.

На следующий день Терминатор снова пришёл ко мне.

— Что тебе? — резко спросила я, повернувшись к нему.

Он лишь окинул меня хмурым взглядом.

— К тебе сестра сегодня приедет. Может, тогда успокоишься.

— Угу, успокоюсь, — хмыкнула я. — Себе жизнь наладила, а мне всё исковеркала.

Он покачал головой и вышел. Через несколько минут я услышала, как закрылась входная дверь, щёлкнул замок. Он ушёл.

Я подбежала к окну и замерла. Возле подъезда стояла машина. Из неё вышел Лютый и направился к пассажирской двери. Помог моей сестре выйти. Я заворожённо смотрела на это. Андреев тоже долго изображал из себя заботливого, внимательного мужчину. А под этой личиной скрывался зверь — беспощадный, извращённый.

Я отошла от окна, вышла в коридор, прикрыла глаза, собираясь с силами. Сейчас мне придётся сделать больно человеку, которого я люблю больше жизни. Но выбора нет.

Наконец, щёлкнул замок, дверь открылась — и в коридоре раздались шаги. Я замерла, чувствуя, как напряжение скручивает внутренности в тугой узел.

— Привет, — улыбнулась Мила, раскрывая руки для объятий.

Я развернулась и пошла в комнату. Не могла на неё смотреть. Не могла позволить себе растаять от одного её вида. Я знала, что должна сделать. И если я поддамся сейчас эмоциям — не смогу довести дело до конца.

Она вошла следом. Я стояла у окна, глядя на улицу, чтобы не видеть её лица.

— Зачем приехала? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал холодно.

— Я соскучилась. Переживала за тебя.

— Да ладно?! — зло рассмеялась я и развернулась к ней. Пришло время моей игры, жестокой, но вынужденной. — Не слишком ты и переживала… Хватит лицемерить, сестрёнка! Ты скинула меня на руки этому Терминатору, а сама налаживала свою личную жизнь. Думаешь, я не знаю, что ты вышла замуж за миллиардера?

— Диана, всё не так, как кажется, — начала она.

Я видела, как она побледнела. Мои слова ранили её сердце. Моя душа кричала: «Сестрёнка, прости! Я так не думаю, слышишь!»

Но я продолжала убивать её любовь к себе. Так нужно.

— Да хватит врать! — перебила я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу.

Я сдерживалась из последних сил. «Господи, дай мне сил доиграть эту роль до конца». Она должна поверить, что я зла на неё, ненавижу. Что я эгоистичная дрянь, которая от любви потеряла связь с реальностью и разучилась здраво мыслить.

Мила шагнула ко мне — хотела обнять, наверное. Я отшатнулась, вскинула руки.

— Не подходи ко мне!

Она замерла. Я видела, как ей больно, но не могла остановиться.

— Знаешь… — голос дрогнул, я всхлипнула. — Я бы всё поняла, если бы ты хоть раз позвонила мне. Но нет! Ты даже не позвонила! Вместо этого ты развлекалась со своим красавчиком! Ты даже не пригласила меня на свою свадьбу!

— Я не могла… — голос у неё стал тише. — Егор сказал, что это небезопасно.

— Опять врёшь! — покачала я головой, чувствуя, как внутри всё разрывается от боли. — Хотя мне уже наплевать. Ты для меня умерла. В тот день, когда лишила меня шанса быть счастливой. Когда не дала мне уехать.

— Да как ты не поймёшь — это для твоего же блага! — теперь и она повысила голос.

— С чего ты взяла, что это для меня благо?! — закричала я в ответ, уже не сдерживая слёз. Потому что уже не могла — сердце разрывалось от боли. — Ты хоть понимаешь, что я чувствовала в тот момент?! Вы словно вырвали моё сердце! Мне до сих пор больно, слышишь?! И это твоих рук дело! Ты натравила на меня своего муженька! Будь ты проклята!

Я видела, как она дёрнулась от моих слов, и на миг сама себя возненавидела. Но я не остановилась. Не могла.

— Дина… — прошептала она. — Я же люблю тебя…

— Пошла вон! — заорала я, чувствуя, как внутри что-то рушится окончательно. Душа заледенела от моих слов. — Ты мне больше никто!

Мила выскочила из комнаты, из квартиры. И из моей жизни.

А я стояла у окна. И беззвучно плакала. Я сделала это. Я сделала ей больно — чтобы спасти. Но почему же тогда так хотелось выбежать за ней, упасть на колени, обнять и сказать, что я люблю её больше жизни? Чтобы простила?

Неожиданно дверь в комнату распахнулась. Я резко обернулась, вытирая слёзы. На пороге стоял муж сестры. Его лицо было холодным, глаза метали молнии. Он подошёл ко мне.

— Думаю, представляться нет необходимости. Пошли. — Он схватил меня за руку.

— Никуда я не пойду… — Я попыталась выдернуть руку, но он держал крепко.

— Да куда ты денешься?! — Лютый дёрнул меня за собой, и я едва удержалась на ногах. — Пришло время твоего падения в ад. Ты мне