КОМСОМОЛ-6 - Ольга Войлошникова

Тогда что? С кем она столкнулась? С чем она столкнулась? Впервые за несколько столетий повелительница испытывала страх. И это было так… внезапно… вкусно! Эта казавшаяся ей лёгкая и скучная попытка развлечься, прорыв на Срединный мир… Демоны столько раз уже пробовали это, и некоторым даже удавалось… но никогда никого из них не встречали такие маги!

— Некроманты, — вслух поправилась повелительница.

Их ни разу не встречали некроманты!

А эта малявка? Столько мощи в столь крохотном теле! Она заливала щиты повелительницы стылой, концентрированной смертью. И даже сейчас это отдавалось болью. Не той, приятной, пряной красной болью… А болью отчаяния, болью разложения, болью с привкусом последней и очень неприятной для демонов, последней, медленной смерти…

Кто она такая? Почему заклинание мгновенного старения, после которого могущественные повелители доминионов превращались в беспомощных трясущихся стариков, не оказало на неё никакого влияния?

— Почти никакого, — поправилась рыжая демоница.

Но какое она имела право не рассыпаться пылью как?.. Ещё один неудачник развеялся, и тяжёлый поднос зазвенел по плитам пола.

— Ко мне! — прозвенел серебряный голос.

— Я здесь, госпожа! — синий советник выступил из тени.

— Готовьте прорыв здесь! — чёрный коготок проткнул ещё одно возможное место прокола реальности. — Максимально возможные силы…

— Но…

— Никаких «но»! Я нашла новый источник силы, и если его упустить…

— Я всё понял, госпожа! Будет исполнено!

...

Хорошо, что он успел завербовать два лишних легиона демонов. Если госпожа говорит об источнике силы, эти легионы совершенно не будут лишними. Даже, возможно… Демон-советник привычным усилием заставил себя не думать над возможными последствиями приказов повелительницы.

Не он здесь принимает решения. Не он и отвечает за них.

НА ИЗРЫТОМ ПОЛЕ

Нижняя Австрия, по пути на Холлабрунн

29 января 1948 года, ранний вечер

Аркадий

Вокруг перевёрнутого бронегрузовика и сломанных шагоходов уже копошились казаки. Вот же практицизм помноженный на незамутнённость сознания! Всё что можно затрофеят. Открутят, отпилят, на худой конец отломают. И главное, к чему я никак не могу привыкнуть — эти маньяки воинские только что тяжёлый бой пережили, а все поголовно довольные, словно коты сметаны наевшиеся. Щас ещё госпиталь грабанут, вообще счастливые будут! Как же, демонов не досталось, так они шагоходы поломали! Было в этом что-то наивно-детское и страшное до жути одновременно.

Я встряхнулся. Так-то и сам уже мог кони двинуть. И не раз вообще! Даже и сегодня… Я в задумчивости потёр афедрон.

Ладно. Надо ещё вот что понять. Если раньше цивилизаторы просто манну убирали да как бы щиты от магических воздействий ставили, навроде тех, что Хотару с самолётов сняла, то тут-то вообще другой принцип. Я совсем не мог творить заклинания. И щиты, опять же, слетали. Чувствую, будет нашим учёным и инженерам головная боль. Но тоже полезно — думать-то! Им за это деньги платят!

Вскоре мне были предъявлены несколько агрегатов, похожих на металлические шары со сложной оплёткой из проводов.

— Ваш-сият-ство, по ходу, вот это ищем. Всё остальное на что-нить да похоже, а енти штукенции никто не смог угадать, к чему приспособлены. Но мы с ребятами так решили: коли рядом с имя у вас магичить не выйдет — значицца, они и есть! В кажном паукане посредине кабины под потолком привешены торчали, навроде люстры! Которые более-менее целые мы подсобрали, остальные раскурочены просто в труху. Проверять будете?

— А что, попробуем, — согласился я. — Труп нужен.

— О! Ентого добра у нас навалом!

Буквально в две минуты мне был предоставлен почти целый труп. И, что характерно, поднять его рядом с этими агрегатами я не смог. И вообще ничего магического изобразить не мог, пока методом проб и ошибок мы не выяснили расстояние, на которое они добивают — шесть метров. Шаролюстры были разной сохранности, и при разъединении их стало понятно, что рабочих только три, а остальные по каким-то причинам не фурычат.

Зато вблизи этих трёх гарантированно гасилась не только классическая магия, но и некромантская. Единственное, что я смог рядом с этими хреновинами — немного пополнить запас сирени. Перетянуть, так сказать, на свою сторону, потому что эти непонятные шары втягивали в себя любую магическую энергию, словно пылесос. Даже Хотару рядом с ними лечить не могла, хотя у нас вовсе разные школы и способы использования маны.

Однако облик мы оба сумели принять в обычном порядке. Хоть это радовало.

— Битые сложить отдельно, — велел я казакам, притащившим эти агрегаты, — но всё равно соберите, их наши умники в первую очередь курочить начнут, чтоб не жалко. Ну и целые сложите тоже, само собой.

— Мож, в ящички с Дашковскими тряпошными вкладками? — сразу предложил кто-то. — Глядишь, оттуда у их свои лучи распускать не получится?

— А попробуйте, — согласился я. — Я потом подойду, проверю, получилось экранировать или нет.

— Слушай, Аригатаси, — негромко над ухом сказала Хотару, — а если эти шарики все сюда стаскали, и если они тебе магию блокируют, то значит, в шагоходах…

— Точно! — едва не хлопнул я себя в лоб. — А мы тупим. Помчали вон к тому, я там надеялся поднять их, аккуратно когтями махал.

И мы понеслись к первому моему шагоходу, вокруг которого тоже деловито сновала трофейная команда. И на сей раз сирень сработала отлично! К подъёму кадавров казаки отнеслись с умеренным интересом — для кого-то в новинку, а кто-то уже и наглядеться успел.

Шестеро выбравшихся из кабины красавцев таращились на меня, ожидая распоряжений. А я таращился на них.

— Куда бы послать их? — я огляделся вокруг, на пустынные складки полей до горизонта во все стороны. — Не пропадать же добру!

— Это, ваш-сиятельство, праильно! — одобрил подошедший Севастьяныч, который как раз наблюдал за действом с изрядным любопытством. — Пущай поработают на пользу обчеству!

— Интересно, а казармы ихние отсюда далеко? — спросил с другой стороны подошедший Тимофеич. — Можмыть, в казармы их отправить? С диверсией! У меня для такого случая десяток лишних гранаток есть, я на самолётной базе несколько ящиков набрал.

— Дельная мысль! — согласился я. — Давайте ваши гранатки. Попробуем выдать индивидуальное задание повышенной сложности.

Я прошёлся вдоль строя кадавров и выбрал двоих, в лицах которых мне показалось большее присутствие интеллекта (прижизненного, естественно).

— Ты и ты! Отвечать: умеете ли вы пользоваться вот такими