Путь Стратега 5 - Саша Токсик

Ростислав что-то буркнул себе под нос и снова отступил мне за спину.

— Как вам такая идея?

— Очень неплохо, вот только они тоже станут паладинами? — с улыбкой спросил Басманов.

— Не нравится? — хмыкнул я. — Тогда можно обозвать их самыми настоящими амазонками.

— Амазонками? — переспросила Кристина. — А кто это такие?

— Слышал я как-то краем уха о гордых девушках-воительницах, которые сражались верхом и били из лука на скаку, — ответил я. — Они станут нашей лёгкой конницей, поэтому по мне так название им очень подходит.

— А мне нравится, — оживилась Регина. — Звучит гордо.

— Почему бы и нет, — кивнула Кристина. — Пусть у паладинов будут свои амазонки.

— А ещё амазонки могут возить почту. — Я повернулся к остальным. — Клюворезов на каждое письмо не напасёшься, да и не всякий обрадуется, когда к нему с неба спустится такая птица. А по земле всадница и письмо довезёт, и на словах всё расскажет. А если на караван нападут, она хотя бы успеет доскакать и предупредить остальных.

Я сделал паузу и обвёл взглядом стол.

— А главное, паладины будут военной силой всего Альянса. Если кто-то объявит Альянсу войну, будь то кочевники или любой другой Союз, они встанут на защиту всех нас, а не одной деревни.

Все за столом замолчали, и стало слышно, как Люба в углу перекладывает посуду.

— А кому она будет подчиняться, эта армия, Володя? — негромко спросила Регина, глядя на свои руки. — У Васи в Круге тоже всё было как бы общее — и котёл общий, и дело общее. Я платила в этот котёл исправно, как и остальные. Вот только распоряжался всем один Вася. Что из этого всего получилось? Вы сами всё видели на поляне.

— Паладины в первую очередь будут служить Альянсу, — ответил я. — Куда их посылать и что им делать, мы также будем решать все вместе. Если хоть один из нас против, он объясняет почему, и мы ищем другой путь. Ни я, ни кто-то другой не сможет увести паладинов воевать за себя.

— Значит, и спрашивать с них будем всем Альянсом, — пробасил Меченый. — Что ж, мне такое по душе.

— А если Вася пойдёт на меня, а кто-то из вас будет против? — Регина покосилась на Кристину. — Пока вы будете решать, мою деревню могут уже сжечь дотла.

— Прежде всего армия Альянса служит ради нашей безопасности, — ответил я. — Поэтому цели за пределами Альянса предлагаю выбирать вместе. Но как только на кого-то из нас нападут, паладины сразу же возьмутся за дело. Тогда и спор не повлияет на безопасность наших деревень. Что вы об этом думаете?

Кристина фыркнула, но спорить не стала, а Регина подняла глаза и кивнула.

— Хорошо. — Басманов побарабанил пальцами по столу. — Допустим, соберём мы твоих паладинов. А держать их где? У меня в деревне скот да стойла, им там и развернуться негде будет. Тихону и самому тесно среди его камней. А у тебя, Владимир, и так людей невпроворот, да и скажут потом, что армия твоя, раз стоит у тебя в Дальней.

Все снова посмотрели на меня. Они ждали от меня предложений.

Раз я эту кашу заварил, мне же ее и расхлёбывать, так, что ли? Впрочем, хорошо, что ответ на этот вопрос у меня давно уже был готов.

— А у меня такое место есть, — ответил я. — Я даже предлагаю нам всем вместе завтра туда и отправиться. Что вы на это скажете?

* * *

Наутро два наших катамарана вышли из Дальней вниз по реке, и к полудню течение вынесло нас к Усть-Задену.

Деревня стояла на высоком берегу, там, где река разливалась втрое шире, чем у нашего брода. Избы и причал на сваях были целы, а терем Щербатова так и остался с недостроенной черепичной крышей. Ветер трепал на вешалах обрывки старых сетей, где-то хлопала незапертая ставня, и, кроме этой ставни да плеска воды у свай, вокруг не было слышно ни звука.

Русс, который сам вызвался нас проводить, первым спрыгнул на причал и долго стоял, разглядывая избы.

— Что-то не так, Русс? — спросил я у него.

— Да так, воспоминания вдруг нахлынули, — вздохнул Русс. — Вон там моя изба, господин Стратег, третья от воды. Крыша, гляжу, ещё держится. Хотя, наверное, и недолго ей осталось. Ещё немного, и здесь не останется ничего, кроме гнилых срубов…

— Не волнуйся, — приободрил я его. — Скоро здесь снова жизнь будет бить ключом.

«Быть может, и гаечным», — мысленно добавил я.

Меченый выбрался на причал следом за нами, отряхнул сапоги и с сомнением огляделся.

— И чем тебе эта глушь приглянулась, Владимир? — спросил он. — Людей тут нет, разве что рыба в реке плещется, да и только.

— Причин у меня аж целых три, Константин, и первая у тебя прямо под ногами, — ответил я и кивнул на реку. — По воде отсюда рукой подать и до Дальней, и до тебя в Упахалово. А дальше можно добраться и до земель Регины к западу. Конечно, до нее можно добраться и вскачь, но на это уйдёт преступно много времени. Ее деревня и так стоит на самом краю Круга, и наши земли тянутся к ней узким выступом, заходя на земли Беляева. А по реке, если на нее нападут, паладины сядут на катамараны и будут у нее чуть ли не в два раза быстрее, чем если бы отправились на телегах. Согласись, это звучит куда заманчивее.

— Ну да, дело говоришь, — согласился Меченый. — А другие причины какие?

— Вторая причина уже вокруг нас. Разве ты не видишь? — я обвёл рукой деревню. — Избы стоят, причал цел, вышка тоже на месте. Строить с нуля ничего не придётся, только подлатать да ограду какую соорудить. Красота же! Деревья вокруг поселения ещё Щербатов вырубил, так что подойти к Усть-Задену незаметно не выйдет ни у налётчиков, ни у кого другого.

Соколов поднялся на пригорок у причала, оглядел голый берег и одобрительно кивнул сам себе.

— А в чём третья причина? — спросила Регина, ступив на причал последней.

— А третья в том, что у Усть-Задена больше нет своего Стратега,