КОМСОМОЛ-6 - Ольга Войлошникова
На ОʼКоннора обрушилось осознание:
— Я не знал! Я не знал! Долбанный некромант! Если бы мой отряд… мои люди… Я бы сейчас… Я бы встал рядом с тобой в этой битве, Александр! Верь мне!
— Верю. И я… и я бы встал, старый враг… — отец Александр помолчал. — Что ты собираешься делать?
— Доложить наверх. Клостервальд никуда не денется, а это… Это уже за гранью! И если это сделали наши, то… Надеюсь, в восьмой когорте, когда она пойдёт в бой, найдётся место для старого пулемётчика?
Отец Александр помолчал.
— Найдётся. Теперь нам срочно нужна связь. Вена? — ОʼКоннор кивнул. — Едем!
Мотоцикл развернулся на горной дороге и рванул назад.
ВСЁ ТРЕЩИТ ПО ШВАМ
Южная Моравия, городок Зноймо
30 января 1948 года, около одиннадцати часов утра
Расширенное заседание союзников
Новый италиец — тоже похожий на дожа с полотен Возрождения — раздражал лорда-фельдмаршала неимоверно. Одно радовало, что на сей раз отдуваться и выводить все эти политические кренделя предстояло полномочному представителю кабинета министров Британского островного союза, а лорду-фельдмаршалу предоставилась возможность в кои-то веки просто наблюдать. Он даже получал некоторое злорадное удовольствие от того, как италиец щёлкает по носу надутого лорда, прибывшего к утру (в ответ на исполненную ледяной ярости италийскую ноту) непосредственно из Лондона.
— Этот враждебный акт, — италиец говорил размеренно и бесстрастно, — ставит под сомнение целесообразность ведения с вами союзнических действий, поскольку подобные акты немотивированной агрессии подрывают саму суть коалиции.
Лондонский чиновник был полон духа островного высокомерия и, как сказал бы лорд-фельдмаршал, «необмят». Похоже, они там в министерствах всё ещё полагают, что союзники должны англам руки целовать лишь за то, что их второстепенным державам было позволено присоединиться к этой войне. Лорд-фельдмаршал мысленно поморщился. Чем они читают сводки? Неужели ни у кого до сих пор не хватило смелости признать, что эта быстрая победоносная война выходит не такой уж быстрой? Или у них там недостаток не в смелости, а в уме? Судя по тому, с какой надменной усмешкой полномочный представитель отвечает италийцу:
— Да что вы говорите? И это официальная позиция Италийского союза городов?
Однако италийского генерал-майора было не смутить. Если подумать, этот держался ещё величественнее прежнего полковника. Кто бы мог подумать, совсем недавно их сапог был сплошь покрыт лоскутами отдельных территорий независимых городов, едва объединились — а сколько гонора!
— Именно, — италиец посмотрел на лондонского чиновника, как на муху. — На этот раз экипажи, действующие в чётком соответствии с инструкциями…
Тут лорд-фельдмаршал позволил себе внутренне усмехнуться. Чёткое следование инструкциям! Когда это было видано, чтобы италийцы хоть чему-то чётко следовали⁈ Скорее уж чудом совпало.
— … передали точнейшие данные о нападении на наши части союзнических войск, именно ваших. Да, да именно британского союза. Пока офицер из головной машины якобы предъявлял документы, на самом деле отвлекая дежурный экипаж, остальные, пользуясь моментом, напали на машины, находящиеся в бивуачном положении!
Зал загудел.
— Это прямое нападение, господа! — возвысил голос италиец. — И не просто нападение! Двойное! Первый пункт — уничтоженная новейшая механизированная рота, а эти шагоходы, хочу отметить, должны были стать решающим, переломным моментом в Пражской операции. И немедленно последовавшее второе — нападение на гарнизон Холлабрунна! Или ваше спецподразделение собиралось уничтожить госпиталь? Мы в курсе того, что вы недовольны решением нашего командования о применении магических ресурсов. И если это ваш ответ…
— Вы забываетесь! — почти выкрикнул полномочный представитель, срываясь на высокие ноты. — Мы не позволим!..
Генерал-майор италийцев вздохнул и положил на стол богато украшенную папку.
— Сим довожу до вашего сведения, что Италийский союз городов выходит из Европейской коалиции новой цивилизации в соответствии в пятым параграфом, пункт пятьдесят шесть-а, часть вторая…
— Трусость! Банальная трусость! — взвизгнул полномочный представитель.
— … в связи с чем все территории, удерживаемые на настоящий момент италийскими войсками, объявляются принадлежащими Италийскому союзу городов безраздельно. Любое присутствие на этих землях военных представителей иных держав будет расценено как акт агрессии со всеми вытекающими последствиями. Все гражданские лица иных держав, находящиеся на означенных территориях без италийской визы, будут помещены в трудовые лагеря. Техника и оружие останутся в собственности Италийского союза в качестве компенсации за нарушение коалиционного договора. Мы представляем людям двадцать четыре часа на то, чтобы покинуть названные территории, границы которых чётко обозначены в представленных здесь, — он слегка кивнул в сторону папки, — документах. Отсчёт начинается сегодня в полдень.
Лорд-фельдмаршал испытал даже некоторое облегчение от того, что теперь всё творящееся на этих дурных территориях безумие — больше не его забота. И хорошо, что у него нет семьи. Главное, успеть бы в эти двадцать четыре часа…
Италийский генерал-майор отвернулся от лондонского чиновника и веско, так, чтоб его слышали все сидящие за этим огромным овальным столом, добавил:
— Всё это время мне твердили о противостоящем нам некроманте. Или о маге-менталисте небывалой силы. А может, всё дело в том, что некоторые присутствующие тут лица всё это время вели свою игру? Игру, в которой место союзникам отводилось исключительно в виде разменной монеты, пушечного мяса, марионеток⁈ Рекомендую задуматься над этим, господа. Тем более сейчас, когда они притащили на территорию Европы древнего мёртвого бога. Задумайтесь — на территорию Европы! Не иначе, Британский островной союз надеется, что это существо не сможет преодолеть морской пролив. Удачи им в их заблуждении. Засим, имею честь!
Италиец надел кепи, заученным движением поправил его — кокарда строго посередине — и в сопровождении своей делегации вышел из комнаты совещаний.
— Какое право они имели вот так просто уйти? — подпрыгнул полномочный представитель Британского кабинета министров, яростно вперившись в лорда-фельдмаршала. Но ему неожиданно ответили (если подобную форму обращения можно считать ответом) с другого края стола:
— Разве сторона, выходящая из соглашения, кому-то обязана докладывать что-либо, кроме сего свершившегося факта? — Холёный франк, единственный из сидящих джентльменов бывший в гражданской одежде, подкрутил усики. — Нас поставили в известность, господа, будем благодарны уже за это.
«Действительно, могли бы молча выйти, — подумал лорд-фельдмаршал, — и никаких двадцати четырёх часов не давать. Британский островной союз обязательно поступил бы именно так».
— А вот британской стороне, — продолжил франк, — стоило бы вспомнить, что именно её действия лишили нас четвёртой части войск. Заметьте, в тот период, когда