Очерки по истории рабочего движения в Испании - Арнольд Роллер

Дальнейшее развитие установило обратный порядок. Ныне соц.-дем. — коллективисты, анархисты-же — коммунисты. В то время как социаль-демократия сделала шаг назад, экономические воззрении анархизма сделали шаг вперед. Уже современное состояние промышленности, машинного производства и разделение труда, не позволяют точно учесть долю труда каждого, так что совершенно невозможно говорить об определении полного труда каждого производителя. Правда основным условием коммунистического потребления является богатое производство, но оно становится все более возможным с развитием машинного дела.

Коллективисты и коммунисты сходятся в том, что признают профессиональные союзы основой будущей организации общества.

Совместно с Севильским конгрессом 1882 г. состоялся особый конгресс „Союза“ сельских рабочих Испании; на нем были представлены 105 секций с 20916 членами. Дух этого союза, примкнувшего к „Federation regional“, был решительно анархический, профессиональный и, можно сказать, без преувеличения, синдикалистский (хотя и коллективистический.)

В протоколах конгресса, впоследствии опубликованных, в последней главе ясно сказано: „Рабочая организация должна состоять только из профессиональных союзов, потому что в них нет места большим интеллектуальным различиям среди рабочих, и таким образом невозможно преобладающее влияние отдельных единиц. Равенство труда, заработка, общей борьбы, солидарность, проявляющаяся в стачках, вот действительная связь, нас объединяющая. Но рабочие организации не должны ограничиваться завоеванием путем стачек более высокого заработка и сокращением рабочего дня. Их конечная цель — освобождение пролетариата, как такового, и осуществление общества свободных производителей, в котором каждый получит полный продукт своего труда“. Современные синдикалисты не многим иначе и немногим лучше говорят тоже, самое.

***

В южной Испании нет крестьян, коренных деревенских жителей. Земли принадлежат нескольким богатым латифундиям и обрабатываются земледельцами, которые живут в мелких городах. Бургомистр этих маленьких земледельческих городов чаще всего сам земледелец. Каждое утро отправляются эти земледельцы далеко в поле на работу в своих блузах, как все рабочие, от которых они отличаются только меньшим заработков. Последний равняется 50—60, самое большее 75 сантимам — (28 коп.), в день

Этим обстоятельством легко объясняется сильное анархическое и профессиональное движение, которое издавна наблюдается среди земледельцев Андалузии.

Известно, что в 1881, 82, 83 годах от времени до времени происходили аграрно-террористические акты; иногда сжигались нивы ненавистных эксплуататоров; во время особой нужды совершались кражи полевых фруктов и скота. Виновники этих дел никогда не попадались. Аграрные стачки были весьма чувствительны для владельцев, и они решились на хитрую штуку, чтобы уничтожить профессиональный союз земледельцев. У них не могло быть законной придирки, против открыто и законно существующего профессионального союза, и потому они открыли знаменитый „заговор“ — „Mano Negra“ (Черная Рука), никогда не существовавший и родившийся в головах жандармов и судей.

Жандармский капитан Хереса Манфортэ „нашел“ под камнем в открытом поле завернутым в различные „компроментирующие бумаги“ тайные статьи заговора „Черной Руки“6. Он ставил себе целью кражи, убийства и поджоги.

Простое убийство одного рабочего его двоюродным братом, который был членом вышеупомянутого профессионального союза, послужило поводом к началу следующих мер. Было схвачено 100 человек. Прессе всего мира были отправлены громкие статьи о разоблачении „Черной Руки“, чему читатели и поверили. Ужасными пытками, которые обнаружились лишь спустя 20 л., вынудили все желательные властям показания. Арестованные были исключительно члены „Federacion Regional de Trabajadores“, федерации, которую отождествляли с „Мано Негро“. Обвинение основывалось на том, что убитый в драке рабочий, якобы пал жертвой приговора „тайного трибунала“ „Черной Руки“, председателями которого были будто земледелец Корбачо и учитель Жуан Руиз. Обвинение опиралось на „показаниях“ обвиняемых, вынужденных пыткой. Присяжные заседатели приговорили к смерти 8 человек, и приговор был приведен в исполнение. Из казненных Ф. Корбачо был председателем „Союза сельских рабочих“, а Жуан Руиз — секретарем. Последний принимал участие в Севильском конгрессе в качестве делегата из Хереса.

Американские процессы 1886 г. в Чикаго и процесс Хайвуда Майера, только слабые копии с картины уничтожения испанского профессионального движения. Это были первые мученики чистой классовой борьбы рабочих против капиталистов, — мученики, предтечи синдикализма.

И это не единственный процесс. „Либеральный“ губернатор отдал такой приказ по всей громадной земской области провинций Хереса и Кадикса: „Во всех повреждениях и поджогах, оставшихся не выясненными, будут обвинены члены местного комитета так называемой „Федерации Рабочих“.

В дальнейших процессах против „Черной Руки“ от которых содрогнулся весь мир, всегда применялась пытка, и на основании вынужденных „признаний“ большее число лиц ссылались на пожизненно-каторжные работы в Африку. Правда, все это было так хорошо скрыто, что даже рабочие других областей верили в существование „Черной Руки“.

***

В октябре 1881 года в Валенсии состоялся первый конгресс „Federation regional“. Этот конгресс занимался преимущественно „Черной Рукой“. Он окончился расколом и роспуском этой могучей федерации. Смелые, энергичные и сознательные анархисты защищали акты „Черной Руки“, веря в ее существование; большинство-же, которое скорее лишь симпатизировало анархизму, чем сознательно примыкало к нему — печально сознаться — из страха пред преследованиями заявило, что оно ничего не имело общего с преступлениями „Черной Руки“ и осудило их.

Поэтому наиболее энергичные анархисты покинули эту федерацию и основали позднее чисто анархическую федерацию под названием „Анархической организации Испанской области“. Она состояла преимущественно из свободных групп и кружков для занятия социальными вопросами и для издания газет и брошюр. Наступило время теоретической принципиальной пропаганды и дискуссий, особенно на тему: „коммунизм или коллективизм“.

Это различие во взглядах приводит движение к расколу. Старая федерация профессиональных союзов осталась коллективистической, новые группы, из которых возникла „анархическая организация“, становились все более анархическими и революционными, но оставались вне профессиональных союзов.

В 1885 г., в Рейсе (Каталонии) состоялась первая „Certamen socialista“, нечто вроде литературного конкурса лучших работ по различным вопросам анархизма. Все поступившие и премированные работы написаны были в старом коллективистическом духе. В 1889 году состоялась в Барцелоне вторая „Certamen socialista“. Жюри, состоявшее из наиболее известных анархических писателей, стояло на коллективистической точки зрения; несмотря на это удостоены были награды и опубликованы некоторые работы, написанные в коммунистическом духе. К этой „Certamen“ был приложен вскоре прославившийся анархический гимн „Hijo del Pueblo“ наборщика Рафаеля Карраталя.

1 сентября 1886 г. во время стачки каменьщиков предприниматели устроили собрание, чтобы обсудить меры против стачечников. В собрание была брошена бомба, от которой погибло 12 эксплуататоров.

Старая „областная федерация“ распалась очень быстро. Она созвала еще два конгресса в 1887 и в 1888, и на последнем она себя распустила. В мае 1888 г. анархисты основали на своем барцелонском конгрессе новую профессиональную федерацию: „Federacion de resistancia al capital“ „Pacto de Union у