Арабский кофе со сливками - Евгения Романенко

— Кто?! — хрипло выдохнула Света. — Никита! Дедуля не мог звонить на мобильный Фара!

— Да не твой папа! — как маленькой, терпеливо пояснил мальчишка и ткнул телефоном в сторону Фархана. — А его!

Фархан поперхнулся и закашлялся так надсадно, что Света тут же застучала ему кулачком между лопаток.

— Никита, ты что такое говоришь?! — вскинулась она.

— Я познакомилься со втолым дедой, — медленно, с расстановкой повторил Никита и робко улыбнулся.

— ЧТО?! — рявкнул Фархан, не рассчитав громкость, и тут же сам вздрогнул от собственного голоса. Он тут же понизил тон и мягко позвал: — Иди ко мне, сынок.

Никита, опасливо косясь на нахмурившуюся маму, подошёл к Фархану и протянул телефон. Он чувствовал, что мама очень недовольна, и ему было стыдно.

Света усилием воли взяла себя в руки, выдавила улыбку и ласково сказала:

— Никитушка, милый, нельзя отвечать на звонки не со своего телефона. Это некрасиво.

Мальчишка насупился, надул губы и упрямо промолчал — признаваться в проступке не хотелось.

— Сынок, — Фархан осторожно забрал телефон из цепких ручонок Никиты. — Почему ты не отдал мне мобильник сразу?

— Ты с мамой. Она такая довольная. Не хотел плиходить, — сбивчиво пробормотал Никита, изо всех сил стараясь выглядеть невинным ангелочком.

Света нахмурилась: она слишком хорошо знала своего хитреца.

— Никита, а что ты вообще сказал этому дедушке? — спокойнее спросила она.

Фархан тем временем быстро просматривал историю звонков.

— Я сказаль:  – Пливеть. Я – Никитя. Моя мама и папа заняты.

— А он что ответил? — всё ещё надеясь, что это просто игра воображения сына, уточнила Света.

— А он – кто твой папа? – добродушно ответил Никита.– Я сказяль – Фалхан. Он закличаль в тлубку. Хотя я его не пугаль. А потом он сказаль – тогда я тьвой дедь.

— Так и сказал? — изумилась Света и тут же спохватилась: — Стоп, стоп, мой мальчик! С каких пор ты по‑арабски разговариваешь?

— Мы говорили по‑русски! — упрямо заявил Никита. — Папа, скажи ей, что я не вру!

— Света, наш сын действительно разговаривал с моим отцом, — примирительно произнёс Фархан, подтверждая слова Никиты взглядом на экран телефона. — Разговор длился минуту. Мне даже страшно подумать, как он всё это воспринял.

— Думаю, он в шоке, — с горькой усмешкой заметила Света.

—  Да, – подтвердил Никита. – Дедуля так и сказал – я в шоке… мне полёхо… потом позвал какую-то Фатиму, которая что-то сказаля по-ненашему и положила тлюбку.

— М‑да… Ну и дела… — задумчиво протянула Света. — А больше никто ничего не говорил?

Никита прищурился, сделал нарочито задумчивое лицо и глубокомысленно выдал:

— Исё она, тетька та, клицала – Аллах, Аллах? А кто это такой? Ты его знаешь, мама?

— Никита, — устало выдохнула Света и покачала головой. — Не сейчас, ладно? Я тебе позже расскажу… Или лучше папа — он в этом лучше разбирается.

После сбивчивого рассказа сына Фархан застыл с телефоном в руке, мысленно прокручивая возможные сценарии. Он не питал тёплых чувств к отцу, но уважал его и сейчас искренне беспокоился. Кивнув Свете, он вышел из кухни, чтобы поговорить.

Буквально через минуту он вернулся — взъерошенный, взволнованный — и твёрдо произнёс:

— Милая, мы едем в Эмираты.

— Светка, а ну-ка повтори ещё раз, — подчёркнуто вежливо сказала Ася, откидываясь на спинку стула. В её больших карих глазах застыло немое удивление. Темноволосая девушка задумчиво нахмурилась, потёрла подбородок и подалась вперёд, ближе к несчастной подруге.

В светлой кофейне, несмотря на раннее время и предновогоднюю суету, было на удивление многолюдно и шумно.

— Я вчера поссорилась с Фаром, — поникшим голосом пробормотала Света и подняла на подругу заплаканные глаза.

— Нормально! — протянула Ася и поморщила хорошенький носик. — Я так и не поняла причину. Он позвал тебя с собой в Эмираты, а ты… ну, скажем так, не обрадовалась.

— Я не «не обрадовалась»! — вспыхнула Светка. — Зачем мне туда ехать? Да ещё и Никиту тащить с собой! Я отказалась!

— Ладно, отказалась. Но зачем тогда слёзы лить? — рассудительно заметила Ася.

Света ничего не ответила. Она шмыгнула носом и уткнулась в бокал с остывшим латте. Пышная пена давно осела, оставив на стеклянных стенках белёсую плёнку. Светлана тяжело вздохнула, снова погружаясь в воспоминания о вчерашней безобразной ссоре.

Жаркий спор из‑за неожиданной поездки в чужую для Светы страну быстро перерос в скандал с взаимными упрёками. Фархан настаивал, что она должна покориться его решению, а Света с жаром доказывала, что он ведёт себя как тиран и деспот. Хорошо, что им удавалось не повышать голоса — они не хотели пугать Никиту, который мирно сопел в своей кроватке.

Ася осуждающе покачала головой и задумчиво протянула, вырывая подругу из плена тягостных воспоминаний:

— Ну, согласись, ситуация‑то не такая уж плохая! Мужик, отец твоего ребёнка, безумно тебя любящий, зовёт на один из лучших курортов мира…

— Он не на курорт меня звал! — запальчиво перебила Света и устало подпёрла щёку рукой. Во рту стоял горький привкус, а в груди ныла тупая боль.

— А зачем тогда? — Ася удивлённо распахнула и без того большие глаза.

— Вчера Фару позвонил его отец, а Никита случайно с ним поговорил, — со вздохом в который раз пояснила Света. — Мелкий радостно выложил, кто он такой, и заверил, что Фар никогда нас не бросит.

— Ну, это ведь неплохо, правда? — неуверенно спросила Ася.

— Не совсем, — Света скривилась, словно проглотила лимон, и продолжила: — Всё осложняется тем, что у Фара есть законная жена…

— ЧТО?! — голос Аси взлетел почти до ультразвука.

— Да, — с горькой усмешкой подтвердила Света. — У Фархана есть жена. Ты не знала?

— Нет! — Ася буквально полыхала праведным гневом. — Ну и мужики пошли! Женатый, а к тебе подбивает клинья… Козёл! Сволочь! Все они одинаковые! Думают не той головой!

Света слабо улыбнулась, глядя на чересчур эмоциональную подругу. Ася решительно отодвинула от себя пустую чашку и проговорила дрожащим от ярости голосом:

— Я тебя полностью поддерживаю, подруга. Ты ведь его послала?

Света молча кивнула, твёрдо понимая, что не могла поступить иначе.

— Да, послала. Мне он нужен свободным — от своих условностей, от отца, от жены… А он… он… — она не договорила: горло перехватил спазм, на глаза навернулись слёзы, в ушах застучала кровь. Чтобы скрыть эмоции, Света снова уткнулась носом в холодный латте.

— Ты правильно поступила, — тихо и примирительно прошептала Ася, ободряюще поглаживая ледяную руку подруги с дрожащими пальцами.

— Я знаю. Но… но я не чувствую себя правой, — с жаром заговорила Света, лихорадочно сжимая руку Аси. — Понимаешь?

Ася медленно кивнула. В её взгляде читались и сочувствие, и собственная затаённая боль.

— Ох, мы, бабы… Какие же мы иногда дуры, — с горечью проговорила она. — Я тоже не пойми на что