Лишние килограммы. Все ради тебя - Рин Скай

— Эта женщина тобой манипулирует! Она тебя погубит!

— Не смей так говорить о Каролине Эдуардовне!

— Видишь, как она на тебя влияет? Ты даже родную мать из-за нее не слышишь.

— Я прекрасно тебя слышу. Именно поэтому спрашиваю: какого черта ты ворвалась в кабинет моей начальницы?

— Я защищала тебя. Она заставила тебя лечь на эту операцию.

— Меня никто не заставлял! Я сам принял решение!

Я кричу так громко, что мой голос наверняка слышно в коридоре. Но остановиться не могу. Мать снова перешла все границы и при этом уверена, что поступила правильно.

— Ты понимаешь, что меня теперь могут уволить? — продолжаю я. — Как я буду выглядеть в глазах коллег? Что обо мне подумает Каролина Эдуардовна?

— Тебя только это волнует? Что подумает твоя Каролина?

— Она моя начальница! Ты не имела права ее оскорблять!

Не просто начальница. Женщина, ради которой я готов на все. Но говорить матери об этом бессмысленно. Она все равно не поймет. Для нее Каролина Эдуардовна остается врагом.

— Я взрослый мужик! — ору я. — Когда ты наконец это поймешь? Какого черта ты постоянно лезешь в мои дела?

Мать начинает шумно дышать.

— Не кричи на меня. У меня давление двести. Я вызываю скорую.

— Вызывай!

— Ты довел мать. У меня сейчас инсульт будет.

— Тогда звони врачам, а не мне.

— Приезжай домой, Гриша. Немедленно.

— Я не приеду.

— У меня инсульт! Ты слышишь, что я тебе говорю?

— Если тебе плохо, тобой должны заниматься врачи.

— Я одна! Ты обязан приехать!

— У меня завтра операция. Если я сейчас уйду из больницы, ее отменят. Я не собираюсь этого делать.

На том конце повисает тяжелая тишина.

— Значит, операция тебе важнее родной матери?

— Сейчас — да.

Мать издает сдавленный звук, словно я только что нанес ей смертельное оскорбление.

— Когда вернешься домой, найдешь труп матери. Вот тогда порадуешься!

— Прекрати! — рычу я.

Я бросаю трубку, не желая больше слушать угрозы и обвинения. Руки дрожат от ярости. Мне хочется позвонить Каролине Эдуардовне, объяснить, что я ничего не знал о намерениях матери и никогда не отправил бы ее в офис. Но я останавливаю себя. Сейчас любое мое оправдание может прозвучать жалко. После операции я поговорю с Каролиной Эдуардовной лично.

Примерно через час мать звонит снова. Я не отвечаю, но она продолжает набирать мой номер. На шестой раз я все-таки принимаю вызов.

— Что еще?

— Меня забирают в больницу, — слабым голосом сообщает она.

— Отлично. Езжай.

— Что значит «отлично»?

— Тебя осмотрят врачи и окажут помощь.

— Гриша, мне будет нужен уход в больнице.

— Отлично, тебе там его обеспечат.

— Ты не понял. Мне нужна твоя помощь!

Я крепче сжимаю телефон.

— Мама, у меня завтра операция.

— Нет у тебя никакой болезни! Ты здоров! Не нужна тебе эта операция. Лучше маме помоги.

Вот чего она добивается. Хочет, чтобы я испугался, покинул больницу и все отменил. Ей неважно, чего хочу я. Она по-прежнему считает меня своей собственностью и уверена, что я обязан отказаться от собственной жизни по первому ее требованию.

— Мам, я остаюсь, — твердо говорю я. — И ты ничего с этим не сделаешь. Ложись в больницу и позаботься о себе сама.

— Гриша, как ты можешь так говорить?

— Так же, как ты можешь вмешиваться в мою жизнь и оскорблять Каролину Эдуардовну.

Я отключаюсь, а затем полностью выключаю телефон, чтобы мать больше не трезвонила.

В палате становится тихо. Я откидываюсь на подушку и смотрю в потолок. Мое решение принято. Если мать мешает мне приблизиться к Каролине, я откажусь от матери. Я больше не позволю управлять собой с помощью давления, угроз и чувства вины.

Теперь я живу своей жизнью и сам принимаю решения.

Все ради нее. Ради Каролины.

ГРИГОРИЙ

Два года спустя

Я сижу напротив врача хирурга-ортопеда и нетерпеливо постукиваю пальцами по подлокотнику. На стене висят дипломы, на столе лежит пластиковая модель человеческого скелета, а за окном медленно идет снег.

Врач заканчивает изучать мою медицинскую карту, снимает очки и внимательно смотрит на меня.

— Григорий Сергеевич, увеличить рост теоретически можно. Но сначала я хотел бы понять, зачем вам это нужно.

— Потому что у меня маленький рост.

— Ваш рост сто семьдесят сантиметров.

— Вот именно.

— И что вас не устраивает?

Я недоверчиво смотрю на него. Неужели это непонятно без объяснений?

— Все не устраивает. Я хочу быть выше.

Врач складывает руки на столе.

— Хорошо. Давайте тогда разберем все возможные варианты. Сколько вам лет?

— Двадцать семь.

— Значит, зоны роста давно закрыты. Никакие гормоны, витамины, специальные диеты, висы на турнике и упражнения не увеличат длину костей. Это невозможно.

Ха! Это он мне говорит? Теперь для меня нет ничего невозможного!

— А растяжка?

— Может улучшить осанку. Если человек сутулится, после работы с позвоночником и мышцами он начинает держаться прямее и визуально выглядит выше. Иногда измерения показывают прибавку в один-два сантиметра, но кости при этом длиннее не становятся.

— Я не сутулюсь.

Я сразу расправляю плечи, хотя и без того сижу прямо. За последние два года я приучил себя следить за осанкой. Спина ровная, подбородок поднят, на животе шесть кубиков пресса. Старого Гриши больше не существует. Он умер тогда, два года назад. Вместо него появился новый, уверенный в себе, успешный мужчина.

— Тогда этот способ вам не подходит, — спокойно отвечает врач. — Есть ортопедические стельки, обувь на толстой подошве, скрытые вкладыши. Они могут добавить несколько сантиметров, пока вы обуты.

— Мне нужен настоящий рост, а не обман.

— Можно скорректировать пропорции с помощью одежды. Монохромные комплекты, брюки с высокой посадкой, короткие куртки…

— Доктор, я пришел не за советами стилиста.

— Тогда остается только операция по удлинению конечностей.

Я перестаю стучать пальцами и подаюсь вперед.

— Вот тут поподробнее.

— Это сложное, длительное и травматичное лечение. Кость пересекают хирургическим путем, после чего устанавливают специальный аппарат или внутренний удлиняющий стержень. Затем фрагменты постепенно разводят, обычно примерно на один миллиметр в сутки. В образовавшемся промежутке формируется новая костная ткань.

— Сколько сантиметров можно добавить?

— Это зависит от выбранного сегмента, состояния костей, мышц, сосудов и нервов. Но речь не идет о том, что вы пришли сегодня, а через неделю ушли на десять сантиметров выше. Сначала операция, потом постепенное удлинение, затем месяцы консолидации кости и реабилитации.

— Сколько именно месяцев?

— Иногда больше года. Потребуются постоянные осмотры, рентгенологический контроль, лечебная физкультура. Возможны сильная боль, воспаление, инфекция, повреждение нервов и сосудов, контрактуры суставов, проблемы с походкой. Кость может