Лишние килограммы. Все ради тебя - Рин Скай

— Мама, я уже взрослый мужик и не хочу, чтобы ты водила меня по врачам за ручку.

— А если бы тебе стало плохо?

Я отвожу глаза.

— Мне не стало.

— Гриша, я тебя знаю. Ты наверняка в обморок упал.

— Ненадолго.

— Господи!

Она начинает причитать, а я ухожу в свою комнату. Главное, что я это сделал. Оба больных зуба вылечены.

Теперь надо решать вопрос с их кривизной.

Через неделю я иду к ортодонту. После осмотра он предлагает на выбор брекеты или элайнеры. Элайнеры стоят дороже, поэтому я выбираю брекеты.

— Лечение будет долгим, — предупреждает доктор. — Возможно, около двух лет. Первое время будет неудобно. После коррекции может появляться боль. Вы готовы?

— Готов.

— Ухаживать за зубами придется особенно тщательно.

— Буду.

— Возможно, придется ограничить твердую пищу.

Это уже звучит страшнее всего остального.

— Совсем?

— Орехи, сухари и другие твердые продукты лучше исключить.

— А мясо?

— Мясо можно.

— Тогда ставьте.

Деньги беру со своего накопительного счета. Сумма выходит немаленькая, но я стараюсь об этом не думать. Если хочу стать достойным Каролины, придется вкладывать в себя все, что у меня есть.

Установка занимает много времени. Когда я наконец смотрю в зеркало, металлические замочки кажутся огромными. Во рту все мешает, губы цепляются за брекеты, разговаривать непривычно. Уже вечером зубы начинают ныть.

Но я прекрасно понимаю, для чего все это делаю.

Все ради нее. Ради Каролины.

Мама замечает брекеты за ужином.

— Сынок, это что у тебя во рту? — Она подслеповато щурится и наклоняется ближе.

— Брекеты.

— Господи, зачем⁈

— Хочу ровные зубы.

— Это она тебя снова заставила, да⁈

— Кто?

— Твоя начальница! Сначала заставила вылечить прыщи, теперь за зубы взялась!

— Мама, Каролине Эдуардовне вообще наплевать на мои зубы. Успокойся.

— Сынок, ты просто себя губишь. Что она еще придумает? Как еще станет над тобой измываться⁈

— Она ничего не придумывает. Я сам решил.

На работе, разумеется, сразу замечают мою шепелявость. Девчонки просят улыбнуться, расспрашивают, больно ли ставить брекеты и сколько это стоит. Узнав сумму, удивленно переглядываются.

— Ничего себе, Гриша.

— Зато потом зубы будут ровными, — говорю я.

— Молодец, что решился.

Они смотрят на меня с уважением, и это приятно.

Одному Ренату весело.

— Слушай, Гришаня, а чего это ты в последнее время за себя взялся? То в костюмы переоделся, то прыщи вылечил, теперь брекеты поставил. Влюбился, что ли?

Я стараюсь сохранить спокойное лицо.

— Не лезь не в свое дело.

— Точно влюбился! А она хоть знает?

— Ренат, иди работай.

Он ухмыляется.

— Да ты жирный тюфяк! Похудеть тебе надо, Гришаня. Никакие брекеты и чистая кожа не помогут. Бабы жирных не любят, им качков подавай.

Я отвечаю ему жестко и советую заняться собственной жизнью, но его слова попадают в больное место.

Похудеть мне действительно надо.

Но не сейчас. Сейчас у меня по списку зрение.

Каролина Эдуардовна привычно никак не реагирует на мои брекеты. Кажется, она их даже не заметила.

Ну и хорошо.

Вот выровняются зубы, потом я их отбелю, и тогда она обязательно увидит, каким я стал.

ГРИГОРИЙ

Дальше по списку идет зрение.

Очки я ношу со школы. Сначала стеснялся их, потом привык. Без них я вижу мир так, словно кто-то размазал его мокрой тряпкой. Лица расплываются, надписи превращаются в неясные полосы, а Каролину Эдуардовну я могу узнать только по походке и светлым волосам.

Разумеется, меня это не устраивает.

Несколько дней я читаю в интернете о лазерной коррекции зрения. Отзывы попадаются разные. Одни пишут, что операция изменила их жизнь, другие жалуются на сухость глаз, светящиеся круги вокруг фонарей и то, что зрение снова ухудшилось. После особенно страшных историй я закрываю сайт и решаю, что очки мне совсем не мешают.

Потом представляю, как однажды прихожу на работу без них.

Каролина Эдуардовна поднимает голову, смотрит на меня и замечает перемену.

Этого оказывается достаточно, чтобы записаться в офтальмологическую клинику на консультацию.

По телефону администратор предупреждает:

— Если носите контактные линзы, их нужно заранее снять.

— Я только очки ношу.

— Тогда возьмите их с собой. И результаты прежних обследований, если они есть.

— У меня никаких результатов нет.

— Ничего страшного. Все сделаем у нас.

К клинике я прихожу заранее. После стоматолога кажется, что офтальмологов я бояться не должен. Они хотя бы не сверлят зубы.

Но, когда администратор выдает мне согласие на обследование, становится тревожно. В документе перечислено столько возможных осложнений, что к концу страницы у меня начинают потеть ладони.

Меня вызывают в диагностический кабинет. Медсестра просит поставить подбородок на специальную подставку и смотреть на изображение домика внутри аппарата. Домик то становится четким, то снова расплывается.

Потом мне измеряют давление каким-то прибором, который неожиданно дует в глаза.

Я вздрагиваю всем телом.

— Не двигайтесь, пожалуйста, — говорит медсестра. — Давайте еще раз.

Я снова смотрю на синюю точку. Аппарат дует, и я опять дергаюсь, но уже не так сильно.

Следом проверяют остроту зрения, толщину и форму роговицы, размер зрачков и состояние глазного дна.

Наконец меня приглашают к врачу.

Он долго изучает результаты, щелкает мышкой и увеличивает на мониторе какие-то цветные карты.

— У вас близорукость, — говорит он. — Показатели стабильные?

— Вроде бы. Очки несколько лет не менял.

— Это хорошо. Толщина роговицы достаточная, выраженных противопоказаний я не вижу. Лазерную коррекцию сделать можно.

— И после нее я буду видеть без очков?

— Скорее всего, да.

Мне не нравится это «скорее всего».

— А точно нельзя сказать?

— В медицине вообще редко можно что-то гарантировать на сто процентов. Наша цель — получить максимально возможную остроту зрения без очков. Но результат зависит от особенностей организма. Иногда остается небольшая близорукость, иногда требуется докоррекция. Со временем зрение тоже может измениться.

— То есть я отдам столько денег, а очки все равно останутся?

— Такой риск существует. Но по вашим данным прогноз благоприятный.

Он называет стоимость операции.

Я переспрашиваю, потому что думаю, что неправильно расслышал. Врач спокойно повторяет сумму.

Она оказывается огромной. После лечения кожи и установки брекетов накопительный счет и так заметно опустел. Если я сделаю операцию, от моих сбережений почти ничего не останется.

— А подешевле нельзя? — спрашиваю я.

— Стоимость зависит от метода коррекции и оборудования. Экономить за счет безопасности я бы не советовал.

— Мне нужно подумать.

— Конечно. Это плановая операция, никто вас не торопит.

Весь вечер я действительно думаю.

Снимаю очки и смотрю на себя в зеркало. С расстояния вытянутой руки вместо лица вижу размытое светлое пятно. Подхожу ближе, почти касаясь носом стекла.