Портал к тебе - Александра Никишаева
Он сделал паузу, и эта тишина в кабинете вдруг стала тяжелой, почти осязаемой.
— Но есть кое-что ещё.
Я затаила дыхание, ожидая удара.
— Они спрашивали не о тебе, — он медленно постучал пальцем по папке. — Они спрашивали о чертежах.
По спине пробежал ледяной холод, который не мог согреть даже его сюртук.
— Значит... кто-то знает о станции?
— Или серьезно подозревает.
Рейнар медленно сел напротив меня, сложив руки в замок. Его взгляд стал жестким, почти хищным.
— И вот это, Элис, мне нравится еще меньше.
Я молчала. Он тоже. В комнате повисла густая, вязкая тишина, в которой слышалось только моё прерывистое дыхание. И впервые за весь этот бесконечный, кошмарный вечер я позволила себе задать вопрос, который боялась услышать даже от самой себя.
— Если это не Дэмиан... кто тогда?
Рейнар посмотрел на меня. В его взгляде не было ответов, но была решимость, которая почти физически ощущалась в воздухе.
— Вот это, Элис, мы и выясним.
Он с сухим хлопком закрыл папку.
— А до тех пор ты больше не ходишь одна.
Я хотела возразить. Хотела сказать, что справлюсь сама, что привыкла полагаться только на свои расчеты. Но слова застряли в горле. Я не стала спорить. Потому что где-то глубоко внутри, под слоями шока и боли, уже поселилось холодное, ясное понимание. Нападение в переулке не было случайностью или чьей-то ошибкой. Кто-то начал настоящую охоту. И самое страшное было даже не в том, что меня нашли. Самое страшное — они уже точно знали, что именно искать.
Глава 30.1
Я вручила подарок Камилле в один из тех дней, когда она была особенно благосклонна ко мне. Она сидела у окна, лениво перебирая какие-то образцы тканей, и выглядела совершенно беззаботно. Настолько, что на мгновение я почти забыла, кем она станет в будущем. Почти.
— Это тебе, — сказала я, протягивая ей небольшую, обтянутую кожей коробочку.
Камилла удивлённо подняла брови, переводя взгляд с тканей на меня.
— Мне?
— Тебе.
Она открыла крышку. Заколка из райтания лежала на тёмном бархате, похожая на маленькое, застывшее произведение искусства. Тонкие металлические стебли переплетались между собой, образуя причудливые экзотические цветы. Лепестки едва заметно мерцали, переливаясь глубокими оттенками индиго и холодного серебра. Я специально сделала её похожей на те самые цветы, чей аромат всегда окружал Камиллу. Роскошь. Пряности. И что-то едва уловимо ядовитое, что всегда чувствовалось в её присутствии.
— Элис... — она осторожно, почти с благоговением, взяла заколку двумя пальцами. — Это невероятно.
В её голосе действительно звучало восхищение. И это было самым ценным — она даже не подозревала, что принимает в подарок высокотехнологичный инструмент слежки. Я улыбнулась, глядя на её искренний восторг.
— Тебе идёт.
— Ты сама её сделала?
— Конечно.
Она тут же закрепила украшение в волосах, любуясь своим отражением в зеркале.
— Ну как?
Я посмотрела на неё, и в этот самый момент в кармане моего платья коротко, почти призрачно мигнул кристалл связи. Связь установлена. Я почувствовала почти физическое, острое удовлетворение, разливающееся по венам. Заколка работала безупречно. Камилла только что сама заперла себя в мою сеть. Но внешне я лишь мягко улыбнулась.
— Прекрасно.
Камилла довольно посмотрела на своё отражение, слегка наклонив голову, чтобы металл заколки снова поймал свет.
— Иногда я всё-таки не понимаю тебя, Элли, — задумчиво произнесла она.
Я замерла, стараясь даже не дышать слишком громко.
— Почему? — мой голос звучал максимально ровно, почти наивно.
— Ты стала делать такие вещи.
Она медленно провела кончиками пальцев по холодному металлическому цветку, словно пытаясь на ощупь понять, из чего он сделан и какая сила вложена в его создание.
— Раньше ты боялась даже прикоснуться к сложному артефакту. Трепетала перед каждой искрой эфира. А теперь... создаёшь что-то подобное.
Я неопределенно пожала плечами, глядя в одну точку.
— Люди меняются, Камилла.
Она посмотрела на меня через зеркало. Взгляд был слишком внимательным, слишком изучающим. Она словно сканировала меня, пытаясь нащупать ту самую нить лжи, которая неизбежно должна была появиться после такого резкого скачка в мастерстве. В этом взгляде было всё: и подозрение, и любопытство, и тень того самого контроля, который она так любила осуществлять. Но ничего не сказала. Она лишь слегка улыбнулась своему отражению, окончательно убедив себя в том, что эта заколка — всего лишь красивый жест признательности.
Первые несколько дней записи почти не приносили пользы. Камилла говорила о совершенно обыденных вещах: о новых фасонах платьев, о бесконечных сплетнях про знакомых, о последних слухах в Академии. О том, что какая-то маркиза собирается устроить ужин, на котором будет присутствовать весь цвет общества. Иногда она говорила с Дэмианом. И я каждый раз заставляла себя слушать эти записи спокойно, подавляя поднимающуюся изнутри тошноту. Поначалу в их разговорах не было ничего примечательного. Но через неделю я начала замечать закономерность. Камилла почти никогда не разговаривала с ним наедине. Дэмиан всегда появлялся в сопровождении кого-то еще: инженера, профессора, поставщика или инвестора. И каждый раз, после короткого разговора с ним, человек внезапно соглашался на то, от чего категорически отказывался всего десять минут назад. Я несколько раз перематывала записи назад. Вслушивалась в интонации. Считала секунды пауз. Анализировала формулировки. Ничего очевидного. Никаких прямых приказов, никакого давления или угроз. Он просто говорил. Спокойно. Уверенно. Так, будто решение, которое было нужно ему, являлось самым естественным и правильным решением на свете. Это было похоже на гипноз, замаскированный под обычную беседу.
Глава 30.2
А потом однажды вечером на записи появился знакомый голос. Я узнала его ещё до того, как смогла разобрать слова. Дэмиан. Он говорил тише обычного, почти