Портал к тебе - Александра Никишаева

На несколько секунд он просто смотрел на меня. И в этот момент произошло что-то странное. Я ждала подвоха, ждала ментального давления или попытки проникнуть в мое сознание, но не почувствовала ничего из этого. Никакой угрозы. Но возникло другое. Странное, почти физическое ощущение, будто я уже когда-то стояла перед ним. Не здесь, не в стерильной тишине лаборатории Ван-Голда. Где-то ещё. В другом месте. В другом времени. Когда я была другой. Когда всё ещё верила людям, не ища в каждом слове скрытого смысла. Когда ещё не знала, чем закончится моя жизнь и во что превратится моя преданность. В его взгляде было что-то бесконечно знакомое. И одновременно — глубокая, застарелая печаль, которая смотрела на меня с какой-то щемящей нежностью.

Он отвёл глаза первым, обрывая эту невидимую связь.

— Просто практикант, который любит порядок, — произнёс он, и его голос снова стал ровным, почти отстраненным.

— Не верю, — отрезала я.

— Это не запрещено, — он едва заметно пожал плечами.

Я невольно усмехнулась. Его спокойствие начинало меня раздражать и восхищать одновременно. Он сделал плавный шаг в сторону, пропуская меня к стеллажу. Я уже собиралась пройти мимо, стараясь вернуть себе самообладание, когда он вдруг произнёс, глядя куда-то в пространство:

— Некоторые вещи не исчезают только потому, что мы перестаём о них помнить.

Я остановилась как вкопанная. Слова эхом отозвались в голове, поднимая какой-то глубоко запрятанный слой памяти.

— Что?

Он посмотрел на меня через плечо. В его глазах снова мелькнула та самая тень, которую я не могла расшифровать.

— Ничего.

— Нет. Вы что сейчас сказали? — я развернулась к нему, требуя ответа.

— Просто мысль, — он едва заметно улыбнулся, и эта улыбка была больше похожа на грустный вздох.

— Очень странная мысль, — прошептала я.

— Возможно.

Он снова отвернулся к книгам, возвращаясь к своему идеальному, математическому порядку. А я продолжала смотреть на него, чувствуя, как внутри меня медленно разворачивается что-то, что я так долго пыталась подавить. Что-то было не так. Слишком много совпадений. Слишком много знаний. Слишком спокойный, почти всезнающий взгляд. И это странное, пугающее чувство, будто он видит не Э. Райта. Не госпожу Барнс. Даже не женщину, которую впервые встретил несколько недель назад. Будто он видит меня. Настоящую. Ту, которой я сама уже почти не помнила.

Я попыталась убедить себя, что мне это просто кажется. После всего, что произошло, неудивительно было начать видеть тайны там, где их нет. Паранойя — верный спутник тех, кто однажды был предан. И всё же...

Я медленно перевела взгляд на свои руки, а затем непроизвольно коснулась пальцами места, где под одеждой скрывался кристалл. Холодный металл оправы привычно прижался к коже. Эта маленькая серебряная вещица была единственным, что отделяло моё сознание от вмешательств «друзей». Она стала моей невидимой броней, моей единственной крепостью, позволяя мне быть собой, даже когда весь мир требовал от меня быть кем-то другим.

Я снова посмотрела на Орелиана. Он всё ещё стоял спиной ко мне, сосредоточенный на старых трактатах, но я чувствовала, что он ждёт. Не ждёт вопроса или обвинения, а чего-то другого. Я замялась, подбирая слова. В моем новом мире благодарность была редкой валютой, и я почти разучилась ею пользоваться.

— Я... — мой голос прозвучал тише, чем обычно. — Я хотела поблагодарить вас за амулет.

Он медленно закрыл книгу, и только тогда повернул голову, глядя на меня с тем самым выражением, которое я не могла расшифровать. В этом взгляде не было торжества от того, что его заметили. Только тихая, почти незаметная удовлетворенность.

— Он работает? — коротко спросил он.

— Да, — ответила я, и на этот раз в моем голосе не было ни иронии, ни подозрения. — Он работает идеально.

В его взгляде было что-то такое, от чего по коже снова пробежали мурашки. Это не был страх. Не была вина. Это было узнавание. Я ждала ответа. Я ждала, что он сейчас скажет что-то, что расставит всё по местам, объяснит его появление, его знания, эту пугающую близость.

Он молчал. Несколько секунд, которые показались мне бесконечными. А потом тихо произнёс:

— Отлично.

И просто ушёл.

Я осталась одна среди пыльных стеллажей, в окружении запаха старой бумаги и озона. Слушала, как его шаги постепенно затихают в глубине коридора, оставляя после себя звенящую пустоту.

В моей идеально выстроенной системе, где каждый шаг был просчитан, а каждый враг помечен, появилась новая переменная. И впервые с самого момента своего возвращения я почувствовала странную неуверенность. Потому что я вдруг поняла одну простую и пугающую вещь. В этом мире я была не единственной, кто знал больше, чем должен. И, возможно, Орелиан Дорэ знал обо мне гораздо больше, чем я когда-либо смогу узнать о нём.