Хранитель - Эмми Чендлер

— Нет, я их не убивал. — Кажется, он не удивлён и не разочарован моим вопросом, и мне снова интересно, за что его приговорили к Родону.

Мейси тыкает одну из кнопок на приборной панели, но ничего не происходит. Она тыкает ещё несколько и стучит по встроенному экрану, выглядя растопленной тем, что в этой штуке, не осталось энергии.

— Охранники же вооружены, верно? У тебя случайно не оказалось пистолета? — Наверняка он бы уже сказал мне, если бы у него был пистолет.

А может и нет. Возможно, он мне не доверяет. Возможно, он понимает, что если бы у меня было оружие, я могла бы чувствовать себя достаточно уверенно, чтобы начать действовать самостоятельно — вместе с Мейси — как только я научусь охотиться самостоятельно.

Я всё ещё не готова потянуть за этот рычаг тележки, но оставляю за собой право изменить своё мнение, если не будет хорошего выбора, когда Джейме заберёт нас у Тайсона через месяц.

И четвёртая зона кажется довольно большой. Должно быть где-то место, где мы смогли бы спрятаться.

— Из их оружия могут стрелять только охранники, на которых они зарегистрированы, — сказал Тайсон. — Они защищены отпечатками пальцев и чувствительны к их температуре.

— Они считывают температуру?

— Разрешённые отпечатки пальцев должны регистрироваться при наличии температуры тела. Это сделано для того, чтобы никто не использовал руку мёртвого охранника для стрельбы из их оружия. Я подумал, что, возможно, смогу перепрограммировать их, чтобы они распознавали мои отпечатки пальцев, но это был провал. — Он тянется за сиденье справа от себя и поднимает то, что осталось от стандартного патрульного пистолета, без спускового крючка и внешней, распознающей отпечатки оболочки рукоятки.

— Проклятие. Нож был только один?

Тайсон положил пистолет, а Мейси поднимает его и осматривает, а затем начинает рыться в хламе на заднем сиденье. Я даже не могу догадаться, что она искала.

— Я предполагаю, что у каждого охранника был нож, — говорит он. — Но когда я нашёл обломки, здесь был только один охранник. — Я только открыла по чтобы задать ещё один вопрос, но он перебивает меня. — Я не знаю, что случилось с кем-либо из них. Я оставил того, у кого взял нож, целым и невредимым, если не считать сломанной в результате падения ноги. Когда я вернулся в следующий раз, шаттл был пуст. Итак, я взял из него то, что мне было нужно, а затем спрятал. Насколько мне известно, никто больше не знает, где он находится. — Он встал, и на мгновение тот факт, что он возвысился надо мной, кажется намеренным, а не естественным обстоятельством его роста. — Никому о нём не рассказывай.

— Конечно, нет. — Я хмуро смотрю на него. — Я бы не знала, как вернуться сюда самостоятельно, даже если бы захотела.

Он кивнул, видимо, довольный.

— Ещё одно дело, а потом мы вернёмся. — Тайсон становится на колени в грязи и лезет под водительское сиденье так далеко, что его рука исчезает до локтя. Когда его рука появляется снова, она держит сверток, завёрнутый в ткань, длиной почти с его предплечье и больше, чем его запястье.

— Что это такое? — спросила я, а Мейси наблюдает за происходящим с пассажирского сиденья.

— Одна из самых ценных вещей, которые у меня были. — Тайсон разворачивает свёрток и показывает нам насадку с металлическим наконечником, прикрепленную к бутылке с каким-то топливом. Выглядит как большой кухонный факел. Такие знаменитые повара поджаривают мясо на открытом огне. — Это мини-плазменный резак, — сказал он. — И есть насадка, которая позволяет мне использовать его как сварочную горелку.

Я чувствую, как мои глаза расширяются. На планете, где кулаки считаются смертельным оружием, а в пакетах с едой попадаются только пластиковые спички с короткой ручкой, что-то подобное было бы более ценным, чем месячный запас еды или несколько ванн, полных домашнего алкоголя.

— Ты нашёл её в разбитом патрульном шаттле?

— Нет, — признал Тайсон. — Кто-то отдал мне её давным-давно. Топлива осталось не так много, и теперь я точно знаю, для чего его копил.

Я поняла, что за резаком стоит некая история, и я хочу спросить, кто дал ему горелку, но никто из нас не затрагивал никаких личных вопросов, кроме того, что мне могло бы понравиться в постели, и сейчас не время начинать. Итак, пока он упаковывает свой инструмент и осторожно кладёт его в уже полный рюкзак, я задаю ещё один вопрос.

— Что ты собираешься с ним сделать?

Он даже улыбнулся мне, выпрямившись.

— Сюрприз. — Затем он поворачивается к Мейси, которая всё ещё возится с пистолетом. — Оставь его здесь. Если кто-то найдёт в поселке пистолет, пусть даже сломанный, начнётся бунт.

Мейси выглядит разочарованной, но послушно прячет пистолет под пассажирское сиденье.

На обратном пути в общежитие я не могу перестать думать об охранниках, которые разбились на Родоне. Я предполагаю, что их подобрал другой патруль, но почему их шаттл не удалось забрать? Что случилось, что его сбило?

— Как часто такое происходит? — спрашиваю я, и Тайсон смотрит на меня пустым непонимающим в оставшейся части дневного света. — Патрульный шаттл. Они часто выходят из строя?

— За время моего пребывания здесь я видел только два таких. Первый разобрали до рам менее чем за сутки. Вот почему я спрятал второй.

— Знаешь, почему он разбился? Ты видел, как это произошло? Можешь ли ты по обломкам сказать, что стало причиной для этого?

Он бросает на меня раздражённый взгляд. Мейси смеётся, и я добродушно подталкиваю её локтем.

— То, что вы двое молчите большую часть дня, не означает, что я должна молчать.

Тайсон вздыхает.

— Нет, я не знаю, почему он разбился. Нет, я не видел, как всё произошло. И нет, по обломкам я не могу понять, что его сбило. — Он пожал плечами, и кролик в его правой руке ужасно покачнулся. — Шаттл сильно пострадал от удара о землю. И он не подлежит ремонту.

Некоторое время мы шли молча, и на закате Мейси отрывает длинную красноватую травинку, часто пожимая плечами, пытаясь облегчить тяжесть рюкзака на плечах. Со вчерашнего вечера я знаю, что луна Родона выглядела бы огромной на горизонте, если бы мы могли видеть её сквозь густую малиновую листву, и что в течение нескольких часов она будет отражать достаточно света, чтобы видеть. Но здесь, в лесу, Луны может и не быть.

Когда я впервые спотыкаюсь в темноте, Тайсон пихает мне своего мёртвого кролика, а затем достаёт из сумки два фонарика.

— Держи. — Он протягивает один Мейси, а другой мне. — Мы