Клыкошлюшка - София Трэверс

— Вот и что такого в вампирах? — бормочу я.

Карина наклоняется вперед, с явным интересом наблюдая, как они приветствуют друг друга. Вопрос риторический, но подруга все же задумывается.

— Думаю, дело в зубах. Или во власти.

Один вампир стоит десятерых любых существ в этом баре. К тому же они скрытные, красивые и обычно богатые. Сверхъестественные существа жаждут власти больше всего на свете, а Марк прямо-таки переполнен ею.

— Он настоящая диковинка. Сирены любят диковинки. Он единственный вампир, который здесь задержался.

— Потому что я поощряла их уходить.

Вампиры чаще других сверхъестественных существ оказываются злыми и неуравновешенными. Возраст меняет их, смерть всегда следует за ними. Я вежливо — и не очень вежливо — прогоняла всех любопытных вампиров, которые совали сюда нос. Я не собираюсь делить Сильвер-Фолс с одним из них.

— Похоже, он не против остаться, — задумчиво говорит Карина. — Возможно, присматривает себе территорию.

Вампиры территориальны, их владения простираются на сто миль и больше. К сожалению, я вполне могу представить, как Марк заявляет права на это место. Он выглядит царственно, окруженный поклонницами, которые одновременно боятся его и хотят его. Дон проводит пальцем по его руке, и он склоняет к ней голову, явно заинтересованный. В его холодных серебристых глазах все видно. У меня что-то сжимается в животе, и я отворачиваюсь. Даже когда смотрю в другую сторону, все равно чувствую его присутствие на задворках сознания.

Карина восхищенно выдыхает. Я знаю, что она чувствует, хотя хотела бы не знать.

— Карина, может ли связь заставить меня испытывать к нему влечение?

— Связь? Какая связь?

— Заклинание. Он сказал, что оно создало между нами связь.

Ее глаза расширяются.

— Такого быть не должно.

Я хмурюсь.

— Я чувствую его. А он чувствует меня.

Она качает головой.

— Такого точно не должно происходить. А что именно ты чувствуешь?

Я мысленно тянусь к тому месту в голове, где устроился он. И он резко оборачивается. Я отмахиваюсь от него, но он отвечает прищуром.

— Он просто… там. Мы связаны. И… — Дыхание перехватывает, когда его присутствие становится горячее. Когда связь между нами начинает искрить. — Кажется, она становится сильнее.

— Черт, — бормочет она. — Мне нужно это изучить. Это заклинание мне незнакомо. Прости, Лия.

Я смотрю на Марка. В венах что-то бурлит, и чем дольше я здесь, тем сильнее становится. Может, дело в алкоголе, но я так не думаю. Дон с явным приглашением склоняет голову, и связь снова вспыхивает жаром.

— Черт, — шепчу я. — Я знаю, что чувствую. Это голод.

Карина резко поворачивает голову к вампиру.

— Он собирается кормиться прямо здесь?

Я представляю себе какую-нибудь оргию в подсобке бара, где в центре всего этого находятся мой самый ненавистный враг и моя школьная обидчица, и решаю, что не хочу иметь к этому никакого отношения.

— Ты это почувствуешь, — говорит Карина, и в ее голосе одновременно слышны ужас и любопытство.

— Только через мой труп.

Глава 14

ЛИЯ

Я отталкиваюсь от длинной стойки и направляюсь в противоположный угол, где Дин и его приятели уже прикончили по ведру пива. Это оборотневое пиво, двойной крепости, с пряностями, напоминающими вкус жареного мяса. На стойке рядом с ними стоит бутылка самогона, который делает тетушка Карины, с табличкой, предупреждающей, что побочки могут быть разными. Со вкусом она пока не до конца разобралась, зато напиток должен дольше оставаться в организме.

Идеально.

Я подтягиваю бутылку к себе, и Дин удивленно вскрикивает:

— Лия, серьезно?

— Ага.

Я откупориваю бутылку и наливаю порцию рубиново-красной жидкости в поджидающую рюмку.

— Пять рюмок, и все за счет заведения, да?

Леон, бармен-колдун, наклоняется над стойкой.

— Именно. Пока еще никто не осилил пять. Ну что, рискнешь, истребительница?

— Без проблем. Все дело в мотивации.

Я опрокидываю рюмку, и дыхание сбивается. На вкус — горький огонь и чистая магия. Не комплимент. Ведьминская магия оставляет кислотный привкус за глазами. Опаляет волоски в ноздрях и заставляет искры плясать перед глазами. Прогорклый металлический привкус коктейля ужасен.

Наконец я откашливаюсь, и Дин начинает хлопать.

— А что ты там говорила про мотивацию? — поддразнивает он.

Я закатываю глаза и стараюсь не смотреть на Марка. Чувствую, как пульсирует связь, чувствую что-то, что, должно быть, исходит от него… возбуждение. Я хмурюсь и хватаю следующую рюмку. Сегодня я оглушу эту связь, даже если это будет последнее, что я сделаю.

После двух рюмок хочется опорожнить желудок. Организм бунтует. Взгляд скользит к туалету, но останавливается на Марке. Он развалился за столом, выглядит довольным и раздражающе мужественным — так, что у меня сбивается пульс. Я бы позволила ему укусить себя.

То есть, если подумать, прийти сюда с ним, когда он выглядит вот так? С приподнятыми в усмешке уголками губ и диким блеском в глазах? С таким взглядом, который говорит, что он точно знает, как сделать боль приятной? Я бы потащила его в подсобку. Позволила бы ему показать мне.

Я отмахиваюсь от мыслей, отяжелевших от алкоголя. Он проводит большим пальцем по запястью Дон. Связь вибрирует. Я чувствую его потребность. О Богиня.

В животе словно провал, а в крови — возбуждение, которого я раньше не испытывала и которое точно не мое. Оно заставляет меня чувствовать себя хищницей, будто я вышла на удачную охоту и вампир попался мне на прицел.

Его глаза чернеют, готовясь к кормлению, как я предполагаю, и в желудке все клокочет.

Да пошло оно все.

После трех рюмок я чувствую себя героиней человеческого мультфильма — глаза выпучены, вокруг головы жужжат звезды.

А вот четыре и пять? Их я осиливаю легко. Теперь я словно парю.

Я отталкиваю рюмку и поворачиваюсь к Дину.

— Отвезешь меня домой?

Мне нравится, как этот алкоголь заставляет меня себя чувствовать. Трезвая Лия содрогнулась бы от последствий. Но пьяная Лия? Ее все устраивает.

Он широко раскрывает глаза.

— Ты в порядке?

— Я в полном порядке.

Я поворачиваюсь и машу Карине на прощание. Она на мгновение выглядит встревоженной, но расслабляется, когда Дин кладет руку мне на плечо.

Когда мы приближаемся, Марк резко поднимает голову. Его взгляд скользит к Дину, который держится позади меня, достаточно близко, чтобы я чувствовала, как его дыхание шевелит мои волосы. Он напряжен.

— Неплохо, вампир, — говорю я.

Марк прищуривается.

— Что ты имеешь в виду?

Я пожимаю плечами.

— Я тебя чувствую. Жажду крови или что там у тебя. Очень помогает снять напряжение. Ладно, я ухожу домой. Надеюсь, к тому времени, как ты по-настоящему разойдешься,