Истинная для бывшего мужа-дракона - Рия Адри

— Она ждёт Тирна у нижней лестницы, — сказал Арвен тихо. — Там ловушка.

— Как предупредить?

— Лаурис, ваша печать связана с капитаном?

— Через судебную охрану. На один сигнал.

— Передайте: не входить через дверь. Разбить стену слева.

Лаурис сжала печать.

В зеркальной комнате Калиста услышала грохот.

Стена слева от алтаря рухнула.

Тирн вошёл через пыль и камень.

Калиста метнула красную нить. Капитан ушёл в сторону, перекатился через обломки и ударил мечом по цепи над алтарём.

Красный свет погас.

Я увидела палату.

Малхар стоял у моей кровати.

Не телом. Тенью поверх моего лица в отражении больничного окна. Мои глаза были открыты. Чужие. Тёмные.

Мама сидела рядом и не замечала.

Малхар поднял мою руку и улыбнулся через мои губы.

— Поздно, Лина, — сказал он. — Твоё тело уже вспомнило, как жить без тебя.

Калиста схватила сердечный ключ.

Тирн ударил её по запястью.

Ключ вылетел из рук и покатился по полу.

Она бросилась за ним.

Но из разбитой стены вышла судья Лаурис и поставила печать прямо на металлические кольца.

— Именем нейтрального суда сердечный ключ изъят.

Калиста остановилась.

Тирн приставил меч к её спине.

— Живой, — сказал он, глядя в зеркало на Арвена. — Пока.

Арвен ответил:

— Удерживай.

Орвин бросился к зеркалу.

— Ключ нужно перенести сейчас. Малхар уже закрепляется.

Мара подошла к чаше с чёрной водой и протянула руку.

Я схватила её за пальцы.

— Последний раз спрашиваю. Вы уверены?

Она кивнула.

— Да.

Орвин начал читать заклинание. Лаурис держала печать на ключе. Самуил опустил ладонь в синее пламя и приложил к запястью Мары. На её коже появилась тонкая белая линия.

Малхар в палате резко повернул голову.

Он почувствовал.

— Нет, — сказал он моими губами.

Мама подняла глаза.

Увидела, что моё тело смотрит на пустую стену.

— Лина?

Малхар улыбнулся ей.

— Не совсем.

Он потянулся к её шее.

Я закричала.

Мара сжала мою руку.

— Держитесь!

Сердечный ключ вспыхнул.

Красная нить сорвалась с Малхара, прошла через зеркало, чашу, руки Орвина и вошла в белую линию на запястье Мары.

Она вскрикнула и упала на колени.

Малхар вылетел из моего прежнего тела тёмной тенью.

В палате аппараты зазвенели. Мама бросилась к кнопке вызова. Моё тело дёрнулось на кровати и закрыло глаза.

Обратный путь остался.

Я чувствовала его теперь через Мару — тонкую дверь, далёкий пульс, родной мир.

Калиста резко развернулась и ударила Тирна локтем. Выскользнула из-под меча, схватила осколок зеркала с пола и полоснула им собственную ладонь.

Арвен сказал:

— Не дай ей открыть портал.

Поздно.

Кровь Калисты упала на осколок.

Позади неё раскрылся серый разрыв.

Тирн успел схватить её за плащ, но ткань порвалась. Калиста шагнула в портал и исчезла.

Перед тем как разрыв закрылся, она посмотрела прямо на меня.

— Ты спасла тело, Лина. Теперь попробуй решить, в каком из двух хочешь жить.

Портал схлопнулся.

На полу остался сердечный ключ.

И окровавленный клочок карты с гербом верховного судьи.

На обратной стороне было написано одно место:

Имперская столица. Зал полного Совета. Три дня.

Глава 11

Глава 11

Перенос Элиры начали до рассвета.

Ждать было опасно. Два ритма в моём сердце становились всё неровнее. Иногда один удар пропадал. Иногда тело пыталось вдохнуть дважды подряд. В такие секунды перед глазами темнело, а Элира внутри меня слабела до едва ощутимого холода.

Оболочка под молельней была готова.

Орвин сидел у панели под охраной Тирна. Левая рука перевязана, правая двигалась уверенно. Я не доверяла ему. Никто не доверял. Но Самуил проверял каждый знак, Лаурис фиксировала каждое действие, а Арвен стоял так, чтобы магистр видел его меч.

Лорд Саан находился в лаборатории тоже.

Его привели ради крови.

Он выглядел старше, чем у ворот. Светлый плащ сняли, серебряную цепь рода забрал Тирн. На лице оставался синяк после вызова Арвена, но гордость держалась крепче любых печатей.

Он смотрел на меня и видел дочь.

На дочь внутри смотреть не хотел.

— Вы дадите кровь добровольно? — спросила Лаурис.

— Нет.

— Тогда будет зафиксирован отказ спасти душу вашей дочери.

— Моя дочь должна вернуться в своё тело.

Элира ответила моими губами:

— Я больше не хочу возвращаться туда, где моя жизнь снова зависит от вашего решения.

Он побледнел.

— Ты не понимаешь, что говоришь.

— Всю жизнь вы повторяли эту фразу, когда я говорила что-то неудобное.

— Чужая душа исказила тебя.

— Чужая душа впервые услышала.

Лорд Саан посмотрел на Арвена.

— Вы позволите ей уйти в безродную оболочку? Она останется никем.

Арвен ответил:

— Лучше никем по собственному выбору, чем дочерью в вашем владении.

— Вы говорите о выборе после того, как уничтожили её браком.

Арвен принял удар.

— Да. Поэтому сейчас не стану решать за неё.

Лорд Саан отвернулся.

Тирн подошёл с серебряной чашей и маленьким ножом.

— Кровь можно взять без согласия, — сказал Орвин. — Ближайшее родство действует через тело.

Лаурис подняла печать.

— В рамках спасения души, которой угрожает гибель, принудительный забор допустим при прямом отказе родственника.

— Это варварство, — произнёс Саан.

Самуил хмыкнул.

— Ритуал с кражей тела был семейной заботой, а капля крови вдруг стала варварством.

Тирн взял лорда за руку.

Саан попытался вырваться. Безуспешно. Капитан сделал короткий надрез, собрал кровь в чашу и отпустил.

— Вы ответите за это, — сказал Саан.

— Встанете в очередь, — ответил Тирн.

Мара сидела рядом со мной на низкой скамье. Белая линия хранителя уже поднялась до её локтя и погасла под кожей. Она была бледной, но держалась.

— Что чувствуете? — спросила я.

— Палату. Ваше тело спит. Мама рядом. Врачи что-то проверяют. Малхара больше нет.

— Боль?

— Тянет немного.

— Если станет хуже, скажете.

— Скажу.

Самуил подошёл ко мне.

— Теперь главное. При переносе ты должна удержаться здесь. Не идти за Элирой. Не тянуть её назад.

— Понимаю.

— Арвен даст огонь через чашу. Прямого касания не будет. Но метка может решить, что новую оболочку готовят для тебя.

— Как объяснить метке?

— Метке — никак. Себе — можно. Назови, где остаёшься и почему.

Я посмотрела на Арвена.

Он стоял у чаши