Гостеприимство Аркедорума - Артем Бах

За дверным проёмом показалась просторная комната с высоким сводом, поддерживаемым двумя рядами массивных колонн. Посередине потолка зияла трещина, через которую и пробивались лучи света. Стены же были утыканы проёмами с выбитыми каменными дверьми, а возле этих проёмов стояли статуи в натуральную величину, изображающие разнообразных воителей. Тут были люди, эльфы, дворфы, широкоплечие орки, ушастые гоблины и хоббиты, а также представители незнакомых мне рас. Воители были вооружены пиками, мечами, молотами, топорами, кнутами и другими видами оружия ближнего боя. Я не тратил много времени на изучение статуй: моё внимание привлекла совершенно иная фигура.

Выходом из комнаты служили распахнутые каменные створки, за которыми виднелось заволочённое серыми облаками небо. У основания створок стоял полурослик в сером плаще и кожаной броне, который смотрел в мою сторону с некоторым удивлением. Правая половина его лица была сильно обожжена и покрыта жутким шрамом, который выглядел довольно старым, хоть его и не было совсем недавно.

— Вот уж кого-кого, а тебя… — проговорил Хайхиль себе под нос. — Что там внизу произошло?

Продолжая удерживать клинок в левой руке, я сделал несколько осторожных шагов навстречу хоббиту. Но Хайхиль не проявлял враждебности. Напротив, зацепившись взглядом за мой меч, хоббит поднял вверх руки, демонстрируя, что он безоружен.

— Расслабься, — произнёс полурослик. — У меня нет никакого желания вступать с тобой в схватку. Просто расскажи мне, что произошло.

— Гигуль напал на нас, — холодно ответил я. — После того, как статуя Оркара пришла в движение, у Гигуля помутился рассудок, и он попытался убить меня и Лиама. В итоге я… отрубил дворфу голову.

Хоббит с недоверием взглянул мне в глаза, пытаясь уличить меня во лжи.

— Ясно, — с тоской в голосе подытожил он и опустил руки. — Чёртова магия контроля разума… заставила меня бежать подобно трусу. Я бросил их там… Оставил своих друзей одних в этих трижды проклятых руинах, и вот, что из этого вышло.

Я сухо посмотрел на Хайхиля, не шибко проникшись его раскаяньем. Однако, его слова звучали вполне себе искренне.

— А что произошло с тобой? — без особого интереса спросил я, глядя на ужасный шрам на лице хоббита. Его правое веко было полностью выжжено, и глаз чудом не пострадал. Брови вместе с частью волос на этой половине лица не было, а щека стала впалой и очень тонкой.

— Выгляжу совсем плохо, да? — скривившись, произнёс хоббит. — Я угодил в ту самую ловушку у входа в святилище Оркара. С потолка брызнула кислота и обожгла мне рожу. Эх, а я надеялся, что пара принятых зелий лечения смогут сохранить мой природный шарм…

— Я ухожу отсюда. Не хочу больше иметь дел с твоим «шармом».

— Ясно. И куда направишься?

— Это я хотел узнать у тебя, — честно признался я. Хайхиль усмехнулся.

— Мы сейчас у подножья горы на востоке Штирвунского леса, — сказал он, скрестив руки на груди. Ближайшие поселения, куда ты в теории сможешь добраться, и где тебя не убьют на месте, — Эленвун, город лесных эльфов, и Карпенвин, город кузнецов. Самый безопасный путь к ним лежит на юг, вдоль реки. Дойдёшь до устья — упрёшься в другую реку, как-нибудь переберёшься через неё и окажешься у дороги, связывающей эти два поселения. Карпенвин располагается на западе.

— Спасибо. Не ожидал от тебя такой помощи.

Хайхиль небрежно отмахнулся и, судя по всему, не придал значения моей искренней благодарности.

— Не думаю, что ты переживёшь это маленькое путешествие, — произнёс он, не проявляя особого сопереживания. — Либо тебя съедят звери, либо ты поймаешь стрелу от какого-нибудь дикого, либо найдёшь более оригинальный способ откинуть копыта.

— Что ещё за «дикий»? — поинтересовался я.

— Дикие эльфы. Те лесные эльфы, которые не признают власти Великого Королевства и не шибко жалуют чужаков в родных лесах.

Я нахмурился, а затем обернулся и снова окинул взором многочисленные статуи воинов.

— А это что за место вообще? — спросил я. — Где мы?

— Тут я однозначно ответить не смогу. Гигуль говорит… Гигуль говорил, что это подземелье построено дворфами. Искатели приключений считают, что здесь находится лабиринт, в котором некогда прятался культ Оркара от праведного гнева церкви Минакада. Но сейчас мне кажется, что эти руины являются своего рода ареной.

— Ареной?

— Да, — Хайхиль кивнул. — Ареной, в которой когда-то давно чтившие Оркара воины проходили испытания, весело убивая друг дружку в процессе. Бог войны любит подобное дерьмо, насколько я знаю.

— Ясно. Спасибо за сведения.

Пребывая в раздумьях, я неспешно направился к выходу.

— Ты можешь пойти с нами, если обещаешь себя прилично вести, — без иронии в голосе произнёс хоббит. — Дождёмся Лиама с Илианессой и выдвинемся в Карпенвин, а оттуда — в Одинокого Пьяницу. Это таверна такая на полпути к столице.

Задумавшись над предложением Хайхиля, я трезво оценил риски, которые повлечёт за собой новая встреча с Лиамом, а затем отрицательно покачал головой в ответ.

— Ну как знаешь, — полурослик пожал плечами. — Я могу тебя понять в целом, но хочу лишь сказать, что в этом мире существуют способы самоубийства и попроще. Не выживешь ты в этих лесах.

— Посмотрим, — буркнул я, пройдя мимо своего собеседника.

Передо мной открылась завораживающая картина: с возвышенности, на которой располагался вход в руины, виднелись бескрайние леса, среди которых затесалось несколько небольших гор. За одной из них росло исполинское дерево, вздымающееся высоко вверх и покрытое чуть пожелтевшей листвой. Бурный извивающийся поток реки петлял по лесу, уходя, судя по всему, далеко на юг. Холодный ветер прогонял прочь скопившиеся на небе тучи, так и норовящие разразиться мощной грозой. Солнце было ещё относительно высоко, однако оно плавно спускалось к линии горизонта.

Насладившись свежестью леса, принесённой прохладным ветерком, я было направился к реке, как вдруг меня вновь окликнул Хайхиль:

— Я ведь так и не узнал твоего имени, призванный!

— Леонид, — коротко представился я, остановившись.

— Дурацкое имя, — усмехнулся хоббит. — С таким только конюхом работать или же в поле пахать.

Понятия не имею, чем полурослику не угодило моё имя, но спорить с ним я не стал: по крайней мере меня не звали «Хайхиль».

— Иди к чёрту, — без какой-либо злобы ответил я.