Гостеприимство Аркедорума - Артем Бах

— Ну не знаю, Нилима, он выглядит довольно милым и невинным, — наконец произнесла Лирия. — Он относительно чистый, не бородатый, с ровными зубами и без противного запаха изо рта. Не часто сюда забредают такие как он. Может быть, мы оставим его себе до весны? А после сезона спаривания уже решим, что с ним лучше делать.

От услышанного я поперхнулся слюной и закашлялся. Затем я вновь оглядел двух прекрасных сестёр и крепко задумался.

Да, с одной стороны, я рассчитывал начать своё приключение и лично распоряжаться собственной судьбой, однако, с учётом моего весьма… скудного опыта отношений с девушками, перспектива жить с обворожительными, пускай и немного (совсем не немного) дикими эльфийками казалась мне крайне заманчивой. Быть может, во мне говорило моё мужское нутро, но… Да чёрт возьми, как будто такое решение может нуждаться в оправданиях!

Нилима задумчиво почесала своё ухо, взвешивая доводы сестры.

— Я ещё истории интересные знаю, — робко сказал я, с трудом скрывая смущение.

— Видишь, сестра? — рыжеволосая эльфийка немного оживилась. — Он ещё и истории эстомих суахсу ольтаномихас!

Я удивлённо похлопал глазами, пытаясь переварить услышанное.

— Ассао дилинахсу, ольтано кинтеукхас эму, — ответила Нилима своей сестре.

— Что за чёрт… — прошептал я себе под нос, и обе эльфийки тут же настороженно посмотрели на меня. И тут меня осенило, что действие заклинания понимания языков закончилось.

Девушки продолжали выжидающе сверлить меня взглядами. Быть может, услышав незнакомый язык, они подумали, что я читаю заклинание или делаю что-то подобное. Так или иначе я вызвал у них лишние подозрения, и мне было необходимо что-то срочно предпринять. А так как моё понимание языка диких лесных эльфов оставляло желать лучшего, мне оставалось только одно.

— Акс асмо Леонид, — произнёс я, на ходу вспоминая слова, которые мне удалось выучить в ходе разговоров с искателями приключений. — Акс аурус экто де…

Я осёкся. Обе эльфийки посмотрели на меня такими яростными взглядами, что я невольно попятился. Нилима издала пронзительный крик, больше похожий на вой дикой рыси, и растопырила пальцы, из которых тут же выросли длинные, острые как бритвы когти.

— Вот же… — в ужасе прошептал я и бросился наутёк.

Оглянувшись через плечо, я увидел, как обе эльфийки припали к земле и начали извиваться, покрываясь густой чёрной шерстью и приобретая звериный облик. Через мгновенья они закончили свою трансформацию, обратившись чёрными пантерами, и повернулись в мою сторону.

Обе хищницы не торопились на меня нападать. Они то и дело сокращали и разрывали дистанцию, продолжая преследование и периодически пугая меня свирепым рыком и шипением. Пантеры меня опасались и, дабы не сталкиваться в бою с вооружённым противником, решили измотать. В конце концов, я и без того был сильно уставшим, так что речи о продолжительной погоне идти не могло.

Мы спускались по реке всё ниже и ниже, а моё дыхание сбивалось всё сильнее. Вскоре холодный воздух начал обжигать лёгкие, ноги потяжелели, взор затуманился. Одна из пантер совершила очередной рывок в мою сторону, но я отмахнулся мечом. Несмотря на усталость, взмах получился настолько сильным, что всколыхнул листву на дереве в метре от меня, а стальное лезвие вновь издало мелодичное гудение. Похоже, странный эффект от статуи Оркара всё ещё действовал в той или иной мере.

Но даже если я и мог теоретически совладать с двумя пантерами, я попросту не хотел этого делать. Я видел в них тех двух прекрасных, по-своему милых и грациозных девушек и не хотел им вредить. Вскоре река сузилась, свернула под острым углом и тем самым пересекла мне путь. Хищницы воспользовались моментом, чтобы окружить меня, загнав в угол.

Стискивая кожаную рукоять меча, я сделал пару шагов назад и остановился на краю крутого берега. Река за мной уже рассекалась бурлящими порогами, а её течение казалось значительно быстрее, чем прежде. Хмуро посмотрев на двух подступающих ко мне пантер, я направил меч в их сторону.

— Жаль, что всё вышло таким образом, — произнёс я на ломанном языке искателей приключений, а затем развернулся и одним прыжком сиганул в холодную реку.

Оказавшись в ледяной воде, я сразу подумал, что идея была, скажем, не самой удачной. Холод сковал мою грудную клетку, и дышать стало неестественно тяжело, а мои пальцы быстро начали коченеть. Понимая, что с одной целой рукой пловец из меня неважный, я выронил тёмный меч, который тут же устремился ко дну. Было жалко лишаться столь ценного приобретения, но расставаться с жизнью я хотел ещё меньше.

Бурное течение подхватило меня и начало уносить прочь от моих преследовательниц. Я кое-как выровнялся, вынырнул на поверхность и тут же увидел, что меня несёт на торчащие из воды камни. Я принялся грести ногами и одной рукой изо всех сил, но течение оказалось неумолимым по отношению к моим потугам. Набрав скорость, я со всего маху врезался головой в один из камней и потерял сознание.

Пребывая во мраке, я размышлял о том, что в действительности должно произойти со мной после моей смерти. Раньше я не верил в загробную жизнь, но после всего произошедшего за последний день мои атеистические взгляды стремительно сменились агностическими.

Надеюсь, Илианесса была права, и я прямым рейсом отправился к себе домой, рассекая просторы мультивселенной. Ну или пусть меня переродят в фэнтезийном мире как надо: с какой-нибудь нечестной и недооценённой способностью или же сразу гипер-могущественным магом. На роль повелителя демонов я тоже, так уж и быть, соглашусь. Лишь бы не болванчиком для разоружения ловушек.

Внезапно я ощутил, что кое-как могу пошевелить левой рукой. Затем меня осенило, что я нахожусь не во мраке, а просто мои веки кажутся настолько тяжёлыми, что я даже не пытался их разлепить. Всё же заставив себя сделать одну попытку, я открыл глаза и увидел над собой несколько высоких деревьев на фоне ясного неба. Правое плечо просто адски болело, а остальную руку я почти не чувствовал. Всё тело изнывало от многочисленных синяков, пальцы ног окоченели так, что я не мог ими пошевелить, в голове не утихал звон, и мне всё не удавалось сосредоточить на чём-либо взгляд. Левая рука прямо-таки горела от мышечной боли. К моему великому сожалению, я всё ещё оставался болванчиком для разоружения ловушек и даже не