Дворец зеркал - Артем Бах

С огромной силой и оглушительным звоном два меча ударились друг о друга, однако золоту было не тягаться в прочности с тёмной поющей сталью: лезвие ангела раскололось надвое, а моё продолжило путь и врезалось в его наплечник. Меч рассёк доспех противника, затем плоть и остановился, застряв глубоко в его кости. Из раны брызнула алая кровь, которая испускала яркий свет и очень стремительно испарялась.

Ангел звучно приземлился рядом со мной и тут же ударил меня одним из своих массивных крыльев, однако я заслонился адамантиевой перчаткой и не сдвинулся ни на шаг. Уверенно выдержав ещё одну атаку, я оттолкнул крыло противника в сторону, а затем выдернул из его раны свой клинок, после чего рука ангела выронила обломок меча и безвольно повисла, будучи неспособной пошевелиться. Страж крепости отпрыгнул назад, тем самым пытаясь разорвать дистанцию, но я не собирался давать ему возможности перевести дух и поспешил за ним. В целой руке ангела из пламени сформировался новый меч, который я тут же обрубил по самую рукоять одним взмахом Созывателя. Затем я ударил противнику в грудь кулаком, и того отбросило в противоположный конец зала и вбило спиной в стену так, что по ней разошлись трещины. Его крылья смягчили удар, однако едва ли теперь годились для полёта.

— Откуда⁈ — воскликнул ангел. — Откуда в тебе, смертном, такая мощь⁈ Это не сила Первородного Бога!

Я не стал отвечать своему противнику и побежал в его сторону. Но ангел взмахнул рукой, выпустив очередную волну пламени, и я тут же рванул в обратном направлении, чтобы прикрыть Тимура, которого могло зацепить. Я не знал, сколько времени ещё будет действовать сила Смотрителя Грани моего друга, а потому не мог понадеяться на неё.

Вновь огонь накрыл меня целиком, но он лишь немного обжёг моего друга. Тот же уже закончил исцеляться и, как только потоки пламени прервались, поднялся на ноги. Вся его одежда была изодрана, а клюв на маске обломался, зато сам Тимур был в полном порядке.

— Спасибо, — сказал он мне, а затем обратился к израненному ангелу. — Оротанинаэль! Ты ещё можешь сохранить свою жизнь! Мы пришли не для сражения с тобой, так что отступи, чёрт тебя подери!

— Я клинок своего господина и живу для того, чтобы бороться с подобными вам! — ответил ангел. — Я не навлеку на Солнечного Императора позор, отступив перед силами тьмы.

— Да никакие мы не силы тьмы! Ты сейчас отдашь свою жизнь за собственное упрямство и нежелание думать!

Наш противник обратил свой взор на небо, а затем закрыл глаза.

— Пускай сейчас я вне его взора, но мой господин всегда со мной, — произнёс он. — Лучше уж я истлею, нежели угасну!

— Да чтоб тебя, — процедил Тимур сквозь зубы и принялся читать заклинание.

Ангел шагнул навстречу нам, а с руки Чумного Доктора сорвался луч бирюзовой энергии. Этот луч врезался противнику в грудь, после чего наш противник упал на колени и истошно закричал от боли. Всё его тело сковали неконтролируемые спазмы, ангел выгнул спину, начал выворачивать крылья, руки, ноги и забился в конвульсиях.

— Что ты с ним сделал? — ошарашенно спросил я у своего друга.

— Сохранил ему жизнь так, как мог, — сухо ответил он. — Это заклинание не убьёт ангела, но в ближайшие дни двигаться он не сможет. К тому моменту, как Оротаниаэль придёт в себя, мы будем уже далеко.

Я взглянул на усеянный звёздами небосвод, видный сквозь огромную дыру в потолке, и устало вздохнул.

— Ну и длинная же выдалась ночка, — произнёс я, на что Тимур согласно кивнул.

Олира смогла выбраться из завала самостоятельно, но едва ли была способна двигаться. Чумному Доктору потребовалось много времени и сил, чтобы излечить основную часть её ран, однако та потеряла от взрыва один из своих клыков, а её пасть обгорела изнутри, и драконица говорила с большим трудом. Едва она сумела встать на лапы, как тут же направилась к мучающемуся в агонии ангелу с целью его убить.

— Не смей! — строго приказал я Олире.

Драконица остановилась, задумчиво посмотрела на своего обидчика в золотом доспехе и отвернулась от него.

— И правда, в этом нет смысла, — прорычала Олира. — Оставить его в таком виде будет куда лучше.

Азрия отыскала другой путь в зал и вскоре присоединилась к нам. Рогатая воительница ужаснулась, когда увидела корчащегося в муках ангела, и, хотя её природа внушала чувство соперничества и агрессию по отношению к Оротаниэлю, она явно испытывала и сострадание. Для меня самого это зрелище было далеко не из приятных и затрагивала какие-то струны в глубине моей души, а вот Тимур оставался безжалостен к поверженному противнику, так как считал, что тот сам виноват. С этим я спорить не стал.

После исцеления Олиры Чумной Доктор занялся починкой своего снаряжения и восстановлением маски с помощью заклинания, которому его обучила Аня. Затем мы потратили битый час, чтобы найти помещение, в котором не были слышны крики ангела, и в нём заночевали.

Утро встретило нас ослепительным палящим солнцем, лучи которого проникли сквозь узкие бойницы в стене. Приведя себя в порядок, поев и собрав снаряжение, мы покинули крепость Оро и направились дальше. Впереди виднелись горы и скалы, под которыми находились печально известные шахты Аргарака. Азрия рассказывала, что в их глубинах скрывается целое государство дворфов, жители которого столетиями не видели солнечного света и не выходили на поверхность, пока шахтёры Элегора случайно на них не натолкнулись. С тех пор эти земли стали подконтрольны дворфам, которые не желают вести дела с наземниками и убивают их при первой же возможности.

И вот именно через это замечательное место пролегал наш дальнейший путь.

— Я понимаю, что вы обсудили все свои планы без меня, но всё-таки куда мы идём?

Вопрос Олиры был вполне резонен, однако мы не рвались обсуждать с ней наши планы, так как боялись, что драконица внесёт в них свои коррективы, и эти коррективы окажутся фатальны для сотни-другой невинных людей. Потому, прежде чем раскрывать перед ней все карты, мы хотели завести её туда, где невинных будет не так уж и много.

— Мы движемся в Алидамор, в страну высших эльфов, — ответила Азрия, не вдаваясь в детали.

— Это я уже поняла, — отмахнулась Олира. — Но как вы планируете туда попасть, не имея возможности летать? Алидамор окружён практически непроходимой горной грядой, каждый перевал которой закрыт неприступными вратами. Неужели