Крылья страсти - Ли Винтер
Я покраснела до корней волос. Вино? Или его близость? В храме стало душно, воздух звенел от напряжения. Осмелившись, я положила вторую ладонь ему на грудь. Что ему сделается? Он же связан... Но попытка встать обернулась унижением: ноги запутались в верёвках, оплетавших его лодыжки. Я замерла в дурацкой позе — почти лёжа на нём, бедро прижато к его бедру. Я ногами попыталась освободиться, но все равно не получалось.
— О-о... — Он застонал хрипло, и мурашки побежали по мое спине.
— Простите! Я сейчас... Я сейчас попытаюсь встать... И больше не буду мешать... — и я предприняла ещё одну попытку освободить ноги.
— Птичка... — Его голос стал густым, как мёд. — Перестань дёргаться. Я пролежал здесь вечность... — Взгляд его стал тягучим, тяжёлым. —...но я не из камня.
И тут я покраснела ещё сильнее, потому что почувствовала, как его желание упирается мне чуть ниже живота.
— Простите, — выдавила я, пытаясь мыслить. — А вы... не представились. Раз уж мы в таком... положении. Ваше имя?
— Меня зовут Шахарис Шехорн Исседион, — его губы изогнулись в полуулыбке, а имя прозвучало как древнее заклинание. — Но ты... можешь звать меня Шах. Или свет моеи души….
Он прищурился, и его зрачки — узкие, вертикальные, как у змеи — сузились еще сильнее. Но вместо страха это вызвало лишь странное головокружение.
Шахарис ждал... реакции? Шока? Трепета? Но я лишь моргнула, слишком ошеломленная близостью, его теплом под ладонями и... тем самым напряженным местом, которое все еще прижималось ко мне.
— Приятно познакомиться, Шахарис... — Голос мой дрожал. — У тебя невероятные глаза...
— Птичка, буду признателен если ты берешь руки с моеи груди…
— Но тогда я… — попыталась возразить.
—...снова ляжешь на меня, — перебил он голосом, который звучал невероятно.
Я послушалась. Плечи коснулись его груди, а бедро — того самого места. Теперь я чувствовала каждое движение его диафрагмы, ритм сердца и упорное желание, не утихавшее ни на миг. Его зрачки снова стали круглыми, глубокими, как ночные озёра. Я тонула в них, а в висках стучало: слишком близко, слишком жарко, слишком...
Бесполезно пыталась освободить ногу — лишь бессильно заёрзала на нём. Он же лежал, как довольный хищник, а его ровное дыхание напоминало тихое мурлыканье кота на солнце.
— Попробую распутаться... а потом помогу тебе, — прошептала я, хотя тело кричало останься. На нём было... безопасно. Будто этот храм, его руки (пусть и связанные) и этот взгляд создали невидимый кокон защиты
— Птичка, не спеши…
Я хихикнула, он так сексуально называет меня «птичкой», и его твёрдое желание, что у меня это уже тоже возбуждало…
— Вы... женаты? — сорвалось невпопад.
— Элионора, — голос его стал грубее, с хрипотцой, — хватит формальностей. Нет. Не женат. — Он выгнул бровь: «И что с того?»
— У меня есть принципы, — буркнула я, но пальцы сами поползли по рельефному прессу, скользнули под повязку на его запястье. Кожа под тканью была горячей, гладкой, живой.
— Птичка... ты знаешь, КТО я? — его голос пронзил тишину, став острее клинка.
— Ты тот, чьё имя начинается с "Ш"... — пробормотала я, теряя нить. Рука опустилась ниже, обхватила его напряжение сквозь ткань, сжала... и медленно провела сверху вниз.
— А-ах! — Его тело вздрогнуло подо мной. Дыхание стало рваным, тяжёлым. — Не играй с огнём... если не готова тушить... — вырвалось у него, когда я сжала пальцы под его головкой большим пальцем нажала и раз мазала его желание.
Но я уже не слышала предупреждений. Атмосфера храма — дым ладана, мерцание свечей, древние камни, хранящие тайны, — опьяняла. Вино? Или ОН? Этот незнакомец с глазами-безднами и телом бога? Мои принципы рассыпались в прах. «В той жизни отказывала себе... а здесь? Зачем?»
— Пока ты в МОЕЙ власти... — прошептала я, и сама удивилась своей дерзости. Что вошло в меня? Желание? Магия места? Его гипнотический взгляд?
Резко дёрнула ногой — узлы веревок ослабли, словно подчиняясь моей воле. Я освободилась. И прежде чем страх настиг, оседлала его, впиваясь коленями в каменный алтарь по бокам от его бёдер. Мои руки легли на его грудь, пальцы впились в мышцы пресса.
Шахарис замер. Зрачки снова сузились в опасные щели. Ни звука. Только тяжёлый, обещающий взгляд, от которого внутри всё сжалось и расплавилось одновременно. Его губы приоткрылись...Я лишь тихо хихикнула, наклонилась... и коснулась губами его нижней губы. Нежно, вопросительно. Я не знала, как он отреагирует... Но он приоткрыл рот — и я смело юркнула внутрь языком. Я контролирую ситуацию, — промелькнуло в голове.
Он позволил мне вести... сначала. Его язык лениво отвечал, скользя по моему. Но потом... все переменилось. Он захватил инициативу — его язык двигался уверенно, властно, завоевывая территорию, но оставаясь невероятно нежным, манящим. Я оторвалась, чтобы перевести дух, голова кружилась. Пьянящий. Сладкий. Невероятный. Поцелуй лишил меня мыслей.